Понятно дело, что при таком поведении желающих жениться на ней становилось все меньше и меньше. И это невероятно бесило ее отца. Как же, высокопоставленный аристократ, запросто общающийся с самим императором, а не может призвать к порядку собственную дочь.
Все это было в подробностях расписано в нескольких дневниках Сандры, которые она вела вплоть до своего исчезновения в то утро, когда в ее теле внезапно появилась я, Александра Андреевна Дортова.
Глава 2
Однажды утром, открыв глаза после сна, я обнаружила себя в чужой комнате, а потом, чуть позже, – и в чужом теле. Внезапно, да. И не особо желанно.
За окном, в разбитом внизу саду, на клумбах цвели разные сорта роз, на улицах не было видно автомобилей, зато то и дело появлялись лошади, а моя новая комната походила, скорее, на комнату принцессы из сказки, чем на привычное мое жилище, скромное и давно не ремонтировавшееся.
В общем, если это и был розыгрыш, то чрезвычайно изощренный и замороченный.
Помню себя в тот момент: я села на кровати, растерянно поморгала, пытаясь понять, что происходит. Моя голова кружилась от множества мыслей и вопросов. Я огляделась вокруг: стены были украшены изысканными гобеленами, мебель из темного дерева была инкрустирована золотом, а на туалетном столике стояли флаконы с духами и украшения. Это явно была не моя комната.
На кресле рядом с кроватью лежало нежно-зеленое платье из шелка и кружева, явно предназначенное для меня. Я надела его, чувствуя, как мягкая ткань обволакивает мое тело. На столике лежали украшения: серьги, кольца и браслеты. Чуть поколебавшись, я все же выбрала несколько из них, чтобы завершить образ.
Довольно быстро я поверила, что переместилась в другой мир. Причем мир магический, что интересно. Если проводить параллели с историей Земли, то тут царил семнадцатый-восемнадцатый век. Махровый патриархат, зависимое положение женщины в обществе, полное послушание детей родителям – в восторг от узнанного я, конечно, не пришла.
Техники как таковой не имелось. Все работало исключительно на магии. Те, кто владел ею, или имел амулеты, заряженные магией, были, как говорится, в шоколаде. Остальные… ну… Они выживали, как могли.
Впрочем, у любого аристократа средней руки имелись подобные амулеты, как и у богатого купца.
Без магии жили в основном разорившиеся дворяне, мелкие лавочники, не особо богатые горожане и крестьяне. То есть процентов семьдесят населения этого мира.
Здесь считалось честью служить у аристократов. И крестьяне, и горожане рады были, если как-то пересекались с дворянством, работали на благородных. И потому любому, даже самому мелкому и полуразорившемуся аристократу было нетрудно найти себе достаточно умелую прислугу.
Моя свободолюбивая натура вопила благим матом первое время после подобных новостей.
А потом я научилась хитрить, изворачиваться, в общем, приспособилась к местным правилам.
На Земле я была единственным ребенком у родителей. Родственников у нас не имелось, включая бабушек и дедушек, жили мы в небольшой однушке, теснились и ютились, как могли. Меня растили в довольно скромных условиях, приучали к экономии и умеренности. Закончив вуз, просто так, ради «корочки», я устроилась менеджером в мелкую компанию, занимавшуюся установкой и починкой всякой разной техники и электроники, стала там «перекладывать бумажки», как выражался мой отец, врач. Квартиру я снимала, своего жилья не было. В общем, все как у всех.
И потому, не по своей воле попав в этот мир, в тело самой настоящей дочери герцога, богача и франта, я чувствовала себя этакой принцессой, причем восточной. Нас с Ингрид вроде бы любили, обеспечивали всем необходимым, родители старались, чтобы мы не знали забот. И в то же время у нас была уйма ограничений. Туда не пойди, с тем не заговори, этикет не нарушь. Золотая клетка во всей красе.
И сейчас я с нетерпением ждала, когда же наступит лето, и мы всей семьей сможем переехать в загородное поместье. Там, в нескольких десятках километров от столицы, нравы были попроще, а этикет – не таким строгим. Там можно будет и в саду в одиночестве пройтись, и с провинциальными кавалерами прямо на улице поболтать. И в случае недовольства родителей – все списать на простые нравы местных аристократов. В общем, одни плюсы.
– Санни, ну Санни же! – между тем теребила меня Ингрид, – у нас завтра званый ужин, ты не забыла?
Забудешь тут это издевательство над моими нервами.
«Ах, детка, ну почему ты заказала платье лилового цвета? Тебе же так идет малиновый! Поверь мне, милая, в лиловом ты будешь излишне бледной! Гости решат, что ты себя неважно чувствуешь! Нам же это не нужно, правда?»
«Сандра, ты просто обязана присмотреться к Лотину, сыну графини Ольторской! Нам, нашей семье, выгоден этот союз. И не морщись! То, что он ниже тебя немного, еще ни о чем не говорит. Его отец занимает важный чин в армии! А значит, вы оба потом сможете получить привилегии при дворе!»
Родители постоянно наседали на меня, с двух сторон профессионально вели осаду, не давали вздохнуть и требовали быстрой помолвки и такой же быстрой свадьбы. Ну и, конечно, желанных внуков. Можно сразу и побольше.
– Помню, Ингрид, – кивнула я, лишь бы приставучая младшая сестра наконец-то отстала. – И платье у меня уже готово. И туфли. И семейные украшения – тоже.
– Ах, матушка говорила, на ужине будут самые богатые и родовитые аристократы, – с придыханием произнесла Ингрид. – И почти все – холостые!
Я с трудом подавила тяжелый вздох. Ну конечно, именно богатых и родовитых аристократов мне и не хватало для полного моего счастья. Особенно за столом. Уверена, родители уже присмотрели мне партию. И если я в очередной раз разобью их надежды, мне этого не простят.
Не то чтобы я совсем не хотела замуж. Скорее, не любила, когда кто-то что-то мне навязывал и настаивал на том, что лично для меня было излишне важным. На Земле, за всю свою сознательную жизнь, у меня не было чересчур серьезных отношений с мужчинами. Так, несколько свиданий, пара-тройка букетов и невинных поцелуев, и разбежались. Обе стороны постоянно что-то не устраивало, и у меня, и у моих спутников имелись взаимные претензии. И я считала, что в этом мире произойдет ровно то же самое. Ну или же меня все же выдадут замуж насильно. И ничего хорошего в таком браке нас с будущим супругом не ждет.
Но, конечно же, я не делилась своими опасениями ни с сестрами, ни с родней. Не нужно это. Лишнее.
Глава 3
Мир, в котором я очутилась, назывался Ортанас. Здесь верили в богов и духов, нежить и нечисть. Поклонялись обычно десяти главным богам, в том числе и богу всего сущего Наросу. Именно он являлся негласным покровителем столицы и императорского рода.
Здесь существовало пять материков и три океана. Заселенными были три материка из пяти. И на каждом имелось по несколько государств.
Я жила на самом крупном материке, в государстве, которым правил император Гарольд Сильный, сын Дортунда Благородного, внук Арчина Справедливого.
Все это я изучила за время пребывания в чужом теле.
Свободное время я проводила в библиотеке, или, как здесь говорили, книгохранилище. Сильно обрадовалась, когда поняла, что умею и читать, и писать. Память тела, видимо.
Я читала в основном публицистическую и научную литературу, старалась запомнить как можно больше информации. Сандра, хоть и была свободолюбивой натурой, особыми знаниями не обладала. В ее голове было практически пусто. На мой взгляд, конечно. Если сравнивать Ингрид и Сандру, то вторая, конечно, была в разы умней. Но мне, дитю своего века, такого количества знаний не хватало. Я не отлипала от книг. Правда, с непривычки было трудно разложить новую информацию по полочкам. Но за эти месяцы я справилась. И теперь знала и историю, и культуру, и географию своего нового мира. Немного – политику, чуть-чуть – экономику, слегка – геологию. В общем, знаний в голове у Сандры прибавилось.