- Ты так легко не отделаешься! Ты позоришь секту, - лис перевёл взгляд на старейшину Длинного, который едва не поперхнулся вином. Меньше всего ему хотелось вмешиваться в разборки младшего поколения: никто из них не имел никакого отношения к Пику Меча, а про Пик Травников он и сам мог бы сказать, что они позорят секту.
Почувствовав на себе взгляды со всех сторон, глава делегации секты Духовных Корней принял решение:
- Ученик Пика Травников примет вызов, - «Пик Травников» Длинный выделил особо и пристально глянул на подопечного.
- Зачем? - удивился тот. - Сын метнул в отца ледышкой. Зачем нашей секте Духовных Корней, - Тихий Омут выделил название секты и слово "нашей" по аналогии с Длинным, - вмешиваться во внутриклановые разборки?
Председатель собрания оскалил львиные клыки.
- Я швырнул её в тебя! Ты отбил её в отца! - признался Снежная Буря в провокации. - Что теперь скажешь? Примешь вызов?
- Нет. Ты слишком силён, - сказано было так, что издёвка сквозила из каждого звука. Даже некоторые Звери захихикали, чем подогрели психоз Снежной Бури.
- Тогда на колени и проси пощады! И отдавай свой пространственный пояс, раз уж ты признал меня своим повелителем.
Да, именно таков дуэльный кодекс: вызывающий на сражение автоматически как бы ставит вызываемого на один уровень с собой. Например, принц вызывая на бой простолюдина, повышает его статус. Если же тот отказывается, то автоматически возвращается на своё место. И это не просто условность. Значит, отказавшийся - вне рамок дуэльного кодекса и его можно прирезать на месте.
- О! Так это было ограбление, - человек покивал с серьёзным видом, потирая подбородок, а потом опять мерзко улыбнулся, взглянув на лиса. - Что же ты сразу не сказал, что обычный разбойник? Я бы не стал говорить с тобой как с достойным младшим господином Снежных Лис.
Всем зрителям нравилось происходящее, кроме пожалуй нескольких исключений вроде Губ Черешни и Длинного. Особенно довольно улыбался второй брат: когда старший портит свою репутацию, ему это на руку. Вдруг в глазах отца он подрастёт на фоне наследника и этот титул перейдёт к нему?
Но глянув на Кроля Снежных Лис, надежды пришлось оставить. Видимо, отец одобряет поведение любимца.
А ещё в глаза бросалось то, что Снежна Гора, младшенький, сидит с предвкушающим видом. На что он надеется?
- Думаю, будет справедливо, если младшие померятся силами, - рыкнул Лев, выпуская свою ауру, от которой всем стало тяжело дышать. Почему-то только Алая Слива не напряглась от этого жеста, хоть дыхание её и участилось. - Без применения техник и оружия, раз уж мы в чужом дворце. Не стоит его разрушать.
- Раз лисёнок захотел мой пояс, пусть ставит взамен свой, - Тихий Омут обратился к самому сильному. Он старался держать голос ровным, но давление со стороны Льва заставляло слова литься рывками.
- Справедливо, - рыкнул Лев. - Отдайте мне ваши пояса. Судить будем мы с уважаемыми братьями, - Лев посмотрел на мужчин справа и слева от себя. И Король Снежных Лис, и старейшина Длинный кивнули. Хоть они находились ближе всех к источнику подавляющей ауры, выглядели оба бодрячком.
Оба младших отдали пояса главному судье. Только Снежная Буря хотел порадоваться, заметив, насколько тяжёл пояс человечка, как понял, что что-то в этом деле не так: уж больно странно ухмылялся непутёвый младшенький. Он пытался скрыть свою ухмылку, но не мог. Ехидство пёрло из всех щелей, коих на голове, как известно, семь.
Естественно, сражение не стали проводить в пиршественном зале, вышли наружу, во двор, мощёный плиткой. Хоть убойные техники и запрещены по условиям поединка, но если один практик запустит другого в полёт, то тот, как пушечное ядро, может натворить дел.
Все, кто проходил испытание совместно с Тихим Омутом, представлял себе сражение как череду исчезновений товарища и ударов из слепой зоны. Они были уверены, что у того есть шансы на победу. Не гарантированно, и даже не пятьдесят на пятьдесят, но всё-таки есть.
А пояса и вовсе вызывали неподдельный интерес у всех участников. В отличие от артефактов внешнего мира, они не аннулируют полностью массу хранимого в них. Было заметно, что оба пояса тяжелы, особенно пояс человека. Если Снежная Буря мог оставить вещи в клане, то вот наверняка все добытые на Испытании сокровища Тихий Омут носит с собой. За ним пристально следили только в конце состязания и что он мог напихать в хранилище - для всех загадка. Опять же, как известно, в пояса нельзя заглянуть духовным зрением и нельзя вынуть один предмет, только всё сразу, хранящееся в одном пространственном камне.
Оттого-то почти все зрители уверены, что никто не перепрятал самое ценное после того, как была сделана ставка. Гора вещей должна вывалиться вместе с незаметной мелочью при такой попытке.
Особенно радовался Король Снежных Лис: он знал по крайней мере о двух видах ценностей: Нити Чистоты и Звериные Техники.
- Что он делает? - зашептались особи женского пола, когда Тихий Омут принялся стягивать с себя верхнюю одежду, а его товарищи скорчили рожи в стиле «опять?». Но отразилось на них и беспокойство: они уже заметили, что у парня бзик на сохранении одежды, но вроде как не смертельная битва предстоит, скорее дружеский спарринг. Или он решил что-то кровавое отмочить? Как в Гиблом Месте, когда нырнул внутрь подземного монстра.
- Ты что творишь, придурок? - его противник брезгливо поморщился.
- После того, как ты до меня дотронешься, придётся выкинуть вонючее тряпье, - гнусно ухмыльнулся Тихий Омут.
- Я научу тебя, как пишется слово «смерть»! - заревел Снежная Буря и ринулся в бой.
Вопреки ожиданиям тех, кто видел технику перемещения Омута, тот не стал сбегать, но и удар не встретил в лоб, как-то странно уклонился, едва коснувшись противника, подтолкнул того в сторону атаки, закрутил вокруг себя, а потом вокруг собственного центра тяжести Лиса и от души швырнул на мощёную поверхность дворика. Плитки не выдержали этого издевательства, потрескались и вмялись в землю. Немного каменной шрапнели полетело в зрителей.
- Ты смерти ищешь?!! - разозлился Снежная Буря.
Глупо было бы ожидать, что второй раз пройдёт тот же самый трюк с опытным воителем. И конечно же Тихий Омут подтвердил, что он кое-что понимает в тактике поединка. Он не стал даже пытаться маневрировать, а встретил врага прямым ударом в грудь ногой.
И отлетел на двадцать метров, в то время как лис лишь сделал всего один шаг назад.
- Наконец-то! - довольно оскалился он, уже лисьей мордой. Частично он обернулся в Истинный облик, чтобы стать быстрее и сильнее. Не зря во внешнем мире боятся пришельцев из Малого Мира. Когда они меняют облик, то превосходят пределы своего уровня, чем мешают правильно взвесить опасность.
По человеку было видно, что он нервничает, а все его знакомые решили, что вот теперь-то точно начнёт пропадать и атаковать со спины.
Но нет. Следующая сшибка превратилась в шквал ударов с обеих сторон. Омута явно теснили, и на каждый его успешно проведённый удар приходилось три вражеских. Да и не были они равными: лисьи когти оставляли кровавые отметины разной степени опасности на теле человека. Тело Тихого Омута покрывалось ранами, пусть и не серьёзными по отдельности, но весьма опасными в таком количестве.
В итоге он закономерно ослаб и вылетел из круга, ударившись спиной о толстую стену, ограждающую границы поместья.
Человек дёрнулся, сплюнул большой комок крови и потерял сознание.
Лев посмотрел на «судейскую коллегию», получил два кивка и торжественно огласил очевидное:
- Победил Снежная Буря! - потом глянул на поверженного и добавил тихо, обращаясь к Длинному: - Прикажите кому-нибудь позаботиться о нём.
В голосе звучало разочарование, готовое перейти в презрение. Впрочем, что-то подобное чувствовали все остальные, пожалуй, кроме нескольких участников. Кто-то (догадайтесь, кто) торжествовал. Снежная Гора ухмылялся, предвкушая лицо отца и брата, когда те заглянут в пояс Тихого Омута, набитого камнями, собранными во дворе поместья. Всё ценное хитрец переложил в браслет. Жаль, что не увидит - как и положено грабителям, делить добро старшие сородичи будут в приватной обстановке.