Искандер покачнулся и едва не перевалился через небольшой каменный бортик крыши. Только отточенное долгими тренировками чувство равновесия не дало темному эльфу рухнуть прямо в руки защитников города.
Внизу, под ними началось бурное движение. Стража среагировала и бросилась туда, куда мог упасть парень с крыши. Тот же балансировал на узкой каменной балке, и лишь грозился грохнуться вниз. Тут же, стоило стражникам внизу стянуться в одно место, девушка оттащила темного эльфа от края и вместе они бросились в другую сторону. Выиграв несколько мгновений, она уже пожалела, что вообще затеяла все это.
Петляя по крышам, двое темных эльфов неслись что есть мочи к центру города. Стражники, на удивление, не замечали два темных силуэта наверху. В целом, в подземельях Кар-Хиира мало кто искал угрозу сверху.
–И что дальше? – едва отбежав от угрозы, спросил парень, – Брит, нас обнаружили!
–Заткнись и беги, – Ибретта пыталась сделать вид, что так и было запланировано, – Скит, я бы не смогла отвлечь их всех одна!
– Лучше бы просто переждали, – прошипел темный эльф, но все же бежал за сестрой.
Добежав до края одной из крыш, двойняшки остановились. Прыгать на соседний дом было опасно – слишком далеко. Спускаться вниз – значит добровольно сдаться страже, которой явно не потребовалось много времени чтобы начать бить тревогу. Брит лишь в этот самый момент поняла, в какую ловушку они себя загнали…
Подчинение. Покорение или же акт соглашения с силой? Все общество Кар-Хиира существовало на подчинении: покоренные кланы во всем были зависимы от Темного Владыки государства темных эльфов. Сильный ломал волю слабого, заставляя делать все что угодно. Адепт же учил их соглашаться с силой, мудростью или превосходящей магией – но ни в коем случае не покоряться. Именно так ученики подчинялись своему наставнику. Связь, основанная на доверии и долге перед тем темным эльфом, что спас их, положил свою жизнь на алтарь высшей цели и научил юнцов всему необходимому, была тем, что вынуждало их делать все, что бы ни попросил Адепт. Они могли бы и отказаться, ведь свой дар убеждения на них он не применял, но желание служить спасителю было сильнее.
Адепт не был бескорыстным. Являя собой квинтэссенцию харизмы, воплощение ума, и всю суть расчетливости, он был главным заговорщиком, желающим сместить правящую династию Кар-Хиира и самому править темными эльфами. Не на праве наследования их наставник собирался базировать свою власть – на реликвиях самих теней, что раньше определяли достойного правителя.
Семеро детей. Семеро талантливейших темных эльфа, с особенной, уникальной магией. Каждый с непростой судьбой, своими тайнами и собственным предназначением. Их объединил Фэйден Вэлоран, став их учителем и лидером, готовя к своей великой миссии.
-Величайший день в нашей истории! – Адепт спускался с кафедры заброшенного собора к своим ученикам. Те, смиренно поклонившись, принялись внимательно слушать, чего же от них хочет наставник. Выступление перед знатью империи не прошло бесследно для них – эйфория кипела в их жилах, точно лава, а глаза горели жаждой приключений
-Сейчас перед нами стоит важная задача. Величайшая миссия за все время существования темных эльфов! Мы соберем реликвии теней, и направим их силу в нужное русло.
Первыми он подозвал к себе сразу двоих учеников. Двойняшки, темные эльфы одаренные мощнейшими силами к влиянию на темных эльфов – то, что было так необходимо для необычной задачи.
Отойдя чуть в сторону, Адепт понизил голос, обратившись к ученикам:
-На вас ляжет особая миссия. Вы должны достать Наручи, дарованные первому Владыке. По легенде, именно с их помощью он смог объединить кланы в Кар-Хиир не проронив ни капли крови. Вы должны завладеть реликвией.
-Мы вас поняли, учитель, – Искандер и Ибретта преклонились перед Адептом, и уже было собирались уйти, но тот остановил их жестом.
-Прежде чем вы отправитесь, вы оба должны кое-что уяснить. Ни одно живое существо не должно захватить артефакт или вас с ним! Сделайте все тихо и незаметно…
–Нам конец! – Брит чувствовала, как ее внутренности обрушились куда-то вниз, а пустое пространство тела заполнялось паникой.
–Не паникуй, – Скит был менее взволнован, но бегающие из стороны в сторону взгляд и сжатая до предела челюсть выдавали его эмоции с головой.
Темный эльф вдруг схватился одной рукой за край крыши и со всей силы сиганул вниз. В одно мгновение перед глазами Ибретты промелькнул плащ брата – и жизнь пронеслась перед глазами. Мгновение, длиной в целую вечность. Звон бьющегося стекла заставил ударивший прямо по ушам. Еще мгновение. Крики стражей где-то позади вывели темную эльфийку из ступора и та тут же бросилась вслед за Искандером.
Скитвсе же нашел выход, если так можно назвать вторжение в чужое жилище. Как только Брит не порезалась о края торчащих из черного проема осколков, осталось загадкой для нее самой. Попав внутрь, девушка пожалела, что вообще перекусила перед миссией.
Темные эльфы, женщина и мужчина, лежали вниз лицом. Из-под их тел виднелись расплывавшиеся бурые пятна, грязными цветками распустившиеся на каменном полу. С каждым движением содрогающейся в конвульсиях плоти, их мускулы замедлялись, а дыхание, и без того едва слышное, вовсе затихло.
–Скит…-Ибретта подошла к брату и обняла его.
Проклятые способности, проклятая жизнь Кар-Хиира делала из них чудовищ. И если ее дар больше пугал, нежели причинял вред, но Искандер…Тяжело жить тому, кто несет смерть, хочет он того или нет.
Брат стоял словно изваяние. Лицо застыло, точно каменная маска, и только едва заметные дорожки влаги на щеках раскрывали внутреннюю боль Искандера. Теплые руки Брит слегка обогрели мертвенно-холодную кожу парня. Словно оттаивая, Скит едва не рухнул на руки сестре.
–Я…Я…Они бы начали кричать…И…– каждый вдох сопровождался тихим, надрывным всхлипом.
–Тише, тише, все хорошо. Я знаю. Ты молодец, – Ибретта уткнулась в плечо брату и покрепче сжала его в своих объятиях. Это было все еще непривычно – видеть его, Искандера, таким разбитым и надломанным. Всегда серьезный, собранный и стойкий парень иногда просто не выдерживал того, на что способен. Особенно тогда, когда он и сам того не хотел.
Постепенно, грудь темного эльфа перестала содрогаться от каждого вдоха, дыхание выровнялось, и Скит обнял сестру в ответ. Тишина окутала двойняшек коконом, и лишь бьющий в нос запах крови напоминал о том, что произошло.
–Спасибо, – прошептал темный эльф и отстранился. – Что дальше?
–Пересидим здесь, но в другой комнате, пока не удостоверимся, что стража разбрелась по городу в поисках лазутчиков подальше. Потом выберем путь до центра города.
–Любая дорога в этом тьмой покинутом городе ведет только в бездну, – горько усмехнулся Скит и не обернувшись в сторону лежащих тел пошел прочь из этой комнаты.
Брит же огляделась в поисках чего-нибудь для того чтобы накрыть погибших. Никто не предаст мертвецов тьме там, где ее могущество уступило власти династии. Найдя завалившееся на пол после проникновения покрывало, девушка, чуть помедлив, накрыла обоих. Лишь перед тем, как ткань закрыла мертвецов, тонкий луч слабого света от уличных кристаллов проник вглубь жилища, осветив руки покойников. В бледном голубом сиянии блеснули серебром тонкие браслеты, традиционные для супружеских пар Кар-Хиира.
–Да примет тьма ваши души, и да переродит их в тени, – традиционные погребальные слова всплыли в памяти Ибретты, и хоть и не несли они за собой магической силы, сумрак в комнате чуть сгустился, не пропуская больше ни капли свечения кристаллов к телам покойных.
Девушка вышла, не оглядываясь. Они останутся в тени их собственной памяти. Как и другие жертвы. Как и собственное прошлое…
Жилище темных эльфов оказалось скромным. Не было внутренней отделки, стены так же как снаружи были черны и лишь слегка приукрашены красками, словно обитатели этого жилища пытались придать этому дому хоть капельку яркости. В комнатах была скромная мебель, а основное проходное помещение вовсе пустовало. Типичная пещерка для ютящихся в ней жителей Кар-Хиира. И все же легкая тоска охватила Брит.Дома, того места которое можно было бы обставить по собственному разумению, пространства для выражения чувств и эмоций на стенах и в мебели ни у нее, ни у Скита, ни у кого-либо из учеников Адепта не было. Лишь общие кельи, наказ не привязываться к материальным благам и великая цель, что должна была быть важнее тепла и уюта.
