– Ух ты! А куда?
– В караоке-бар! Все, не отвлекай! Потом все расскажу!
– Ты надолго? Я порепетировать хотела.
– За часик управлюсь, думаю. Успевай, пока девчонок нет.
Мы живем в малюсенькой комнате вчетвером. Обстановка спартанская. Две двухъярусные кровати, две тумбочки, книжные полки, встроенный шкаф и маленький холодильник, который остался от прежних студентов. Готовить в комнате нельзя, мы это делаем на общей кухне. Душ находится на первом этаже, один на все двенадцать. Стирка раз в месяц, и то платно. Но я не жалуюсь, хоть очень скучаю по одиночеству. Вокруг постоянно люди, в Гнесе люди. Что-то поют, играют, репетируют, мурлыкают. Репетиции в коридоре могут длиться до часу ночи! Относительно побыть в одиночестве, я могу только, прогуливаясь по улице. Удивительно, миллионы людей вокруг, а я, наконец, одна.
Подходя к зданию бара, меня окатывает снежной грязной кашей проезжающая машина представительского класса.
– Чтоб тебя! – отпрыгивая в сторону, ругаюсь я. – Даже не извинился, козел!
С грустью осматриваю свой внешний вид, пуховик в мерзкой каше, которая образуется после посыпания противогололедных реагентов, сапоги тоже выглядят не ахти. Чуть не разревевшись от досады, пытаюсь обтереть обувь в небольшом сугробе.
У входа в бар замечаю тот самый автомобиль. Ярый борец за справедливость, ни секунды не раздумывая, принимаю решение.
– Молодой человек! – стучу в стекло. За рулем сидит парень лет двадцати пяти, откинувшись в кресле. Фары приглушены, в салоне играет музыка. – Молодой человек!
Он резко дергается, открывая глаза и безумно таращится на меня.
Пьяный что ли?
– Вы меня обрызгали! Посмотрите, на кого я похожа? – кричу я, поворачиваясь вокруг своей оси.
Приподнявшись на кресле, он начинает копошиться, я не понимаю в чем дело. И в этот момент от его ширинки внезапно поднимается белокурая женская голова. Чувак ржет, убавляет громкость и опускает стекло.
– Чего тебе, малышка?
От этого беспардонного обращения я буквально теряю дар речи. Слава богу, это ненадолго, буквально через пару секунд прихожу в себя.
– Во-первых, мне уже восемнадцать! А, во-вторых, Вы меня обрызгали из лужи!
И в этот момент я понимаю, что там происходило! На стоянке караоке эта девка отсасывала парню. Легко и просто, посреди Москвы! Ну и кринжатина!
– Прости, малышка. Не заметил, немного увлекся.
Девка в салоне начинает хохотать, показывая ровные белые зубы. Фу, блин, как не стыдно!
– Дать тебе денег на химчистку?
С развязной девицы я перевожу взгляд на водителя. Хорош, гад. Темные волосы, выразительные карие глаза с длинными ресницами, чувственные губы и легкая небритость. Белая рубашка с галстуком и дорогие часы на левом запястье прекрасно дополняют образ. От него веет уверенностью. Облизав внезапно пересохшие губы, я отчаянно мотаю головой.
– Себе оставь!
Разворачиваюсь на каблуках и уверенной походкой двигаюсь к входной двери. У меня есть дела поважнее, чем доказывать свою правоту и навязывать эмпатию посторонним людям!
Глава 9. Света
– Добрый вечер, – улыбаюсь я девушке-администратору с именем Анжелика на бейдже, – я пришла на прослушивание.
– Добрый вечер! – широко улыбаясь, отвечает мне девушка. – Оставьте, пожалуйста, вещи в гардеробе, я Вас провожу.
Быстро раздевшись, следую по коридору за Анжеликой. Здесь очень красиво, вдалеке играет музыка, по стенам идет неоновая синяя подсветка, стены украшены зеленью и зеркалами. Атмосферненько, мне здесь однозначно нравится. Хостес проводит меня в небольшой кабинет, за столом сидит парень, лет тридцати, с серьгой в ухе, практически весь покрытый татуировками, голова модно выбрита, волосы собраны в хвостик.
– Проходите, пожалуйста. Это – Артур. Наш арт – менеджер.
– Привет! – открыто улыбается мне.
– Здравствуйте!
– Присаживайся, – указывает мне на низкий диванчик. – Расскажи о себе, кто ты, что умеешь, чего хочешь?
– Меня зовут Светлана Строкова, – плюхаюсь я, располагая сумочку рядом. – Я учусь в Гнесинке на вокально-джазовом отделении, меццо-сопрано, мне восемнадцать лет. Пою с самого детства, играю на фортепиано. Лауреат множества конкурсов, обожаю музыку.
– Хм, интересно. Что любишь петь?
– Все. От русских народных песен до Уитни Хьюстон.
– Послушаем?
– С удовольствием.
– На английском, получается, тоже поешь?
– Да. Но не уверена, что у меня хорошее произношение. Алла Леонтьевна, моя учительница по английскому, часто ругала меня. Но я стараюсь, очень!
– Ранее работала в караоке?
– Нет, никогда. Это важно?
– Ну, вообще, мы ищем человека с опытом. Нужно уметь вовремя подхватить песню, расположить к себе гостей, знать большое количество репертуара, хорошо говорить и, главное, прекрасно петь.
– Я справлюсь! – храбро заявляю я, никогда раньше не бывавшая в подобном заведении. С чего я вообще взяла, что эта работа для меня?
– Что будешь исполнять?
– Ммм. – задумываюсь, усаживаясь за фортепиано. – «The best» Тина Тернер. Устроит?
– Очень даже! – откинувшись в кресло, Артур с интересом осматривает меня, особенно задерживаясь взглядом на грязных сапогах.
– Урод какой-то из лужи окатил, – вздыхаю я. – Даже не извинился!
При воспоминании о водителе, сердце почему-то начинает учащенно биться.
– Бывает! Начинай.
Я пробегаюсь пальчиками по клавишам, немного разогреваясь, беру первые аккорды, и начинаю петь. Вкладываю душу, пою как всегда эмоционально, сильно, на разрыв. Не могу по-другому. Каждый раз как последний. Увлекшись, даже не замечаю, что зрителей значительно прибавилось, по окончании песни слышу аплодисменты. Удивленно оборачиваюсь и замечаю небольшую компанию.
– Спасибо, – наклоняю я голову.
– Это охуенно, Света! – аплодируя, подходит ко мне Артур. Он оказывается очень высоким, метра два ростом, с длинными, худыми ногами и такими же руками. Астенический тип сложения.
– Благодарю за емкий отзыв о моем выступлении! – хихикаю я.
– Ребят, – представляет меня менеджер. – Похоже, это наша новая звезда! Светлана Строкова, прошу любить и жаловать!
– Молодец, очень круто! – слышу я реплики.
– А теперь, работать, работать! – потрясая руками, выпроваживает он зрителей.
– Что скажете, Артур?
– Ты нам подходишь, Света! Сегодня сможешь приступить? У нас вокалистка заболела. Четверг, смена короткая. С восьми до часу ночи, деньги после смены. Развоз до дома.
– О, так быстро? – опешиваю я, лихорадочно соображая. Деньги мне очень нужны, но необходимо еще домашку сделать и как-то попасть в общагу после часа ночи.
– Ну да. Не в пятницу же тебя выводить, звукарь опытный у нас, подскажет чего и как! Оплата – пятьсот в час. Устроит?
Две пятьсот за вечер? Это просто сказка какая-то! На упаковке я зарабатывала меньше тысячи.
– Хорошо, – киваю я. – Расскажете мне, что нужно делать?
– Самое главное – понять, как подпеть гостю. Иногда «принять удар на себя» и исполнить с участником песню от начала до конца. Но ты не должна перетягивать одеяло на себя, нужно украсить песню, добавить изюминку. Строго следить за очередностью передачи микрофона с одного стола на другой, и фильтровать композиции, чтоб не было сплошь медленных и сопливых. Периодически можешь петь свои песни, гости тебя с удовольствием послушают. Сказать честно, таких голосов как у тебя я раньше не слышал. Это очень круто, снимаю шляпу!
Мне безумно льстит такая оценка, хотя я часто это слышу от знакомых. В Гнесе меня не так часто хвалят, на самом деле, часто ругают за самобытность и собственное мнение. Но так закаляется сталь!
Артур проводит меня в гримерку, показывает, где я могу оставить вещи, затем краткий экскурс по помещению, знакомит с сотрудниками. Помимо зарплаты, здесь включен ужин и даже можно выпить пару коктейлей, из которых один алкогольный.