Но моя сила считала иначе. В груди вспыхнул жар. Барабаны отдавались в висках. Тело не слушалось.
Отражение — сила, созданная специально для убийства магов, нашёптывала мне, требовала закончить начатое. Старые инстинкты взяли верх над моим разумом.
Я поднял с земли саблю Колокольцева и склонился над ним.
— Б-белов, ты что делаешь? — заикаясь, спросил лежащий на асфальте Колокольцев. — До первой крови же!
Действительно? Что я делаю? Убиваю проклятого мага, как и делал это всегда.
Я ещё никогда не вставал перед таким выбором. Любое столкновение с магом в моей прошлой жизни заканчивалось гибелью последнего.
Разум твердил остановиться, а инстинкты требовали пролить магическую кровь.
Я занёс клинок над Юрием.
Глава 12
Я размахнулся и воткнул саблю в землю рядом с головой Колокольцева. Юрий в ужасе посмотрел на собственный клинок и оторопел.
Я тяжело дышал. Усилием воли мне удалось утихомирить свои инстинкты. Я вытер выступивший на лбу пот и сказал:
— Больше никогда не смей даже прикасаться к своей сестре. Ты меня понял?
— П-понял, — выдавил из себя Юрий.
Я отошёл к ближайшей стене и, обхватив голову руками, уселся на землю.
Такое со мной произошло впервые. С тех пор, как я попал в этот мир, мне довелось всего дважды сразиться с магами. Первый раз сразу после воскрешения — на дуэли с Погребицким. Второй раз на распределении с Антарктьевой, Валуновым и Безумовым. В те разы всё было иначе, инстинкты молчали. Почему в этот раз я чуть не потерял над собой контроль?
Очевидно. До этого я не испытывал ненависти к своим соперникам. Погребицкого я счёл за обычного сопляка, которого нужно поставить на место. А на распределении это и вовсе был показной бой. Сейчас же бился с магом, к которому испытывал мощную личную неприязнь.
Именно поэтому инстинкт охотника на магов взял надо мной верх. Так моя сила отреагировала на этого недотёпу Колокольцева. А что бы случилось, попади я на дуэль с Павлом Мясниковым? Он сильный маг и вражда между нами нарастает с каждым днём.
Я бы не смог себя остановить. И это большая проблема. Я сейчас не в том прежнем мире, где можно выкашивать каждого встречного мага. Здесь за этим обязательно прибудут последствия.
В лучшем случае тюрьма, в худшем — казнь. Другого не дано.
Если я хочу выжить в этом новом мире, мне нужно научиться управлять своим инстинктом отражателя.
Углубившись в мысли, я не заметил, что Колокольцев отполз к противоположной стене и уселся на землю напротив меня.
Он выглядел сломленным.
— Я жалкий неудачник, — прошептал Колокольцев. — Ты отделал меня голыми руками. Мог даже убить.
— Но не убил, — сказал я.
— Но не убил… — глядя в пустоту, повторил за мной Юрий. — Знаешь, Белов, а лучше бы убил.
— Ошибаешься, — не согласился я. — Мне такие проблемы ни к чему. Да и твоя сестра бы расстроилась.
— Она меня ненавидит.
— Значит, есть за что, — заключил я. — Но Юля всё равно бы расстроилась. Она девчонка добрая.
Колокольцев закрыл лицо руками и, судя по прерывистому дыханию, разрыдался.
Чудесно, не убил, но довёл мага до слёз. Вот так судьба превратила меня из главного охотника в главного обидчика магов.
— Как же ты до такого докатился? — спросил я. — Колокольцев, на тебя ведь даже смотреть тошно! Ты же дворянин, возьми себя в руки, леший тебя подери.
— Да лучше бы я родился простолюдином, — ответил Колокольцев. — Тогда бы на мне не было столько ответственности. Не было бы это проклятой магии!
Я уже давно мог уйти. Мог оставить этого жалкого человечишку самостоятельно разбираться со своими мыслями. Но мной овладел интерес. Мне захотелось понять, как мыслят маги вроде него.
— Почему ты хотел бы избавиться от магии? — спросил я.
— Почему? — истерично посмеиваясь, переспросил Колокольцев. — А ты что же думаешь, я просто так напиваюсь каждый божий день?
— До этого момента я именно так и думал. А при чём тут магия?
— А ты только представь, Белов, каково это, увидеть человека и сразу же узнать, что он собирается сейчас делать? С какой ноги начнёт шаг, куда переместится его рука, какое у него будет выражение лица. А теперь представь, какой поток информации проносится через мою голову, если я нахожусь в толпе людей?
— Но твоя магия работает не постоянно. Ты ведь можешь её отключать, — подметил я.
— Нет. Я родился с очень мощной магией восприятия. Она работает всегда. Я лишь усиливаю её, когда того требует ситуация, — объяснил Юрий. — Я с ума схожу из-за того, что постоянно предсказываю, даже когда сам того не хочу. А алкоголь очень хорошо притупляет моё восприятие.
— Но это не выход, ты же понимаешь?
— Не выход. Но другого выхода я найти не могу, — Юрий поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Знаешь, почему я рассказываю об этом тебе?
— Теряюсь в догадках, — пожал плечами я. — Наверное, потому что я сам тебя спросил?
— Нет, — помотал головой Колокольцев. — Потому что в битве с тобой, Белов, я впервые в жизни на долю секунды перестал чувствовать свою проклятую магию. И это было… великое блаженство.
Юрий улыбался сквозь слёзы и в целом создавал впечатление в край обезумевшего человека. Однако благодаря ему я понял одну важную вещь, которую не осознавал раньше.
Магия приносит мучения не только окружающим, но и самим магам.
— Ты можешь снова так сделать? — спросил он. — Можешь ещё разок избавить меня от этого кошмара? Хотя бы на несколько секунд.
— Нет уж, Колокольцев, — вставая на ноги, сказал я. — Это было одноразовое удовольствие.
— Ну пожалуйста! — воскликнул он. — Дай ещё раз к тебе прикоснуться. Всего раз!
Колокольцев потянулся ко мне трясущимися руками.
— Так, Юра, руки убрал, — пресёк это безумие я. — Ещё раз повторюсь, на всякий случай. Юлию не трогать, ко мне больше не подходить. На этом всё. Бывай.
И я оставил Колокольцева наедине с собой.
Минус одна проблема. Поскольку моё распределение уже прошло, четверг и пятницу я был полностью свободен от учёбы. Если не считать отработку у Черновского. А это значит, что эти два дня стоит провести с максимальной пользой.
И первым делом я решил пойти в магазин сотовой связи и обзавести этой чудной штукой, которую все кличут мобильником.
Консультант плотно присел мне на уши, пытаясь втюхать самую последнюю модель. Уж какой магии в этот кусок пластика только не засунули! И магию иллюзий, и времени, и телепатии, и электричества. Но у меня в кармане была только одна тысяча рублей.
Я выбрал не самый дешёвый, но достаточно бюджетный вариант за пятьсот рублей. И тогда настала моя очередь присаживаться консультанту на уши. Я выпытал из бедного паренька всю информацию о том, как управлять этим аппаратом.
Научившись пользоваться мобильником, я покинул магазин сотовой связи. Довольный, как сатир в женской бане.
Осталось обзавестись нужными контактами — и дело в шляпе. По крайней мере, больше не придётся искать Бродского по всему студенческому городку.
По дороге в общежитие я наткнулся на столпотворение. Не меньше полусотни людей пытались пробиться к какой-то торговой лавке.
— Свежий выпуск газеты «Магический вестник»! — послышался звонкий голос продавца. — Разбираем! Вчера наступил Тёмный час прямо в центре города!
Тёмный час? Так, мне срочно нужна эта газета.
Я принялся протискиваться через толпу. Как только люди разглядели на мне форму Магической Академии, меня тут же пропустили без очереди. Я приобрёл «Магический вестник» и начал пролезать обратно. В напутствие продавец бросил мне загадочную фразу:
— Будьте аккуратны, молодой человек. Тучи сгущаются.
Я уже догадался, что сгущаться начали не только тучи. При мне уже упоминали разок о пересечениях нашего мира с Тёмным Миром. И вот опять. Неужели всё, за что боролся наш орден, пошло коту под хвост?
Я нашёл свободную лавочку, устроился поудобнее и взялся изучать статью.