— Классно излагаешь, — похлопал я даже от восхищения в ладоши, — давай третий пример.
— Запросто, — она затушила в пепельнице стюардессину и продолжила, — Наполеон Бонапарт, слышал про такого?
— Трудно найти такого человека, — ответил я, — который про него не слышал бы — и чего там с ним?
— Катрена про него… ну якобы про него… такая — «По, Нау, Лорон, больше огня, чем крови, купаясь в славе, великий человек бежит к толпе».
— И где тут Наполеон?
— Следи за руками, — предупредила она меня, — меняем местами второе и третье название из начала, получаем что?
— Ну похоже, но все равно не то, — отвечал я, — Нау-По-Лорон… поролон какой-то.
— На старофранцузском почти так и пишется его имя, — просветила меня Лена, — Напаулеон… ну пара букв буквально не та.
— И что дальше?
— А дальше то, что и Нау, и По, и Лорон это названия городов на юге Франции, а описывает тут Нострадамус обычную средневековую войнушку… еще примеры нужны?
— Хватит, наверно, — сдался я, — а про Вангу что скажешь?
— Могу и про Вангу, мне не трудно, — ответила Леночка ангельским голоском, — это проект болгарского КГБ в основном…
— Да ты че, — повернулся я к ней и подпер щеку рукой, — она же, кажется, начала пророчествовать еще во времена Второй мировой, когда никакого болгарского КГБ даже на горизонте не значилось.
— Тогда, может, она еще сама по себе работала, — не стала спорить Лена, — кое-какие способности у нее, конечно, есть. Но после войны, когда поползли слухи про нее, и народ повалил в ее деревню толпами, тогда точно КГБ вышло на первый план… они там собирали сведения о визитерах, вот она и поражала их своим всезнанием.
— Но кое-что она же предсказала довольно точно, — не сдавался я.
— А по большей части пальцем в небо попадала, — парировала Лена, — со смертью Сталина ошиблась на несколько лет и на месяц, апрель она ему предсказала, прилет инопланетян обещала несколько раз, а их как не было, так и нет… опять же Тихонова взять…
— Штирлица что ли?
— Ну да, его — он приезжал к Ванге лет пять назад, и та попрекнула его тем, что он не купил будильник Гагарину… мол без него он проспал подъем в день своей смерти, и это как-то повлияло…
— И что тут не так?
— Да Штирлиц потом рассказал, что он и с Гагариным-то никогда знаком не был, не то, что о будильниках с ним говорил…
— Понятно, — только и смог ответить я, — а про Вольфа Мессинга я в принципе и сам все знаю…
— И что ты про него знаешь? — довольно искренне заинтересовалась Лена.
— Что он хороший психотерапевт был и мог улавливать мысли людей по их мельчайшим рефлекторным движениям… это он так угадывал, кто где чего спрятал…
— А тот знаменитый случай, когда он предсказал катастрофу самолета с хоккейной командой? — поинтересовалась она, — это на психотерапию не спишешь.
— Там все довольно туманно, — ответил я, — знаем мы об этом предсказании от позднейших интерпретаторов этой темы, а они могли накрутить все, что хотели.
— А расскажи поподробнее про эту катастрофу, — вдруг попросила Лена, — не каждый день и даже не каждые 10 лет спортивные команды разбиваются.
— Действительно, — пошел я ей навстречу, — не каждый… у нас в стране еще разве что Пахтакор разбился 2 года назад, а из зарубежных примеров можно добавить катастрофу Манчестер Юнайтед в Германии… это, кажется, лет 20 назад было. Так вот, — собрался я с мыслями и напряг память, — команда ВВС в январе 50-го года вылетела в Челябинск на матч чемпионата с этим… с челябинским «Дзержинцем», он потом в Трактор переименовался. Не полетели на этом рейсе только Всеволод Бобров…
— Он нашу команду тренировал на Суперсерии, — вспомнила Лена.
— Точно, а до этого был суперснайпером и в хоккее, и в футболе, редкий случай, — добавил я, — так вот, по общераспространенной версии у него не прозвенел будильник, и он тупо опоздал в аэропорт.
— А не по общераспространенной? — задала вопрос Лена.
— Там еще два варианта есть, самый простой — он как раз оформлял переход из ЦДКА в ВВС, поэтому как бы еще не был частью команды, вот и поехал отдельно.
— А еще кто тогда не полетел?
— Ну Василий Сталин, естественно, главный попечитель этого клуба, он благополучно дожил до 62 года и скончался от злоупотребления алкоголем. А второй — Анатолий Тарасов, другой наш знаменитый тренер… разбился его старший брат Юрий.
— И что там насчет пророчества Мессинга? — направила она в нужную сторону мои мысли.
— Якобы он сказал Василию Сталину, чтобы тот не летел именно этим рейсом. Это не подтверждает ни один независимый источник, раз, плюс Василий тогда вовсе не на каждый выездной матч ВВС выбирался, дай бог на каждый второй. Так что то, что он уцелел, скорее всего, просто цепь счастливых случайностей. Так же, как и у Боброва с Тарасовым.
— Да-да, — тихо согласилась Лена, — я в одном журнале читала, что на те рейсы, которые не долетели, куда им надо, аномально высокий процент пассажиров, опоздавших или отказавшихся от полета.
— Ладно, с Вангой и Мессингом мы разобрались, кажется, — сказал я, — теперь давай ближе к текущему моменту… что ты там намекала насчет Зины-Корзины?
— Да не Вольф же Мессинг она, — махнула рукой Лена, — и даже не Ванга. А то, что ее слова как-то и в чем-то подтвердились, это не больше, чем результат глупых совпадений.
— Уж больно много этих глупых совпадений, — позволил себе включить спорщика я, — и с диагнозом матери все совпало, и с тем, чтобы мне в больницу больше носа не казать, в цвет пришлось. Да и с самосвалом этим удивительно точно попало в цель.
— Прошло и прошло, — философски заметила она, — пуля мимо просвистела, забудь…
— Хорошенькое дело, забудь, — возразил я, — семьдесят рублей я ей таки отдам, когда буду в Нижнереченске.
— Отдай, если так хочется, — не стала спорить она, — а сейчас о будущем надо подумать. Что ты там говорил про этого товарища из Внешторга — напомни…
Глава 4
Винтовка рождает власть
Винтовка рождает власть
— И что мне прикажешь делать с моей поджелудочной? — спросил Сандро, — сколько хоть мне осталось жить-то по твоему мнению?
— Год точно, а там как бог даст, — туманно ответил ему я, — но могу провести пару профилактических сеансов… как оно там получится, точно сказать не могу, у меня большие проблемы были полгода назад, в результате этот мой дар небес сильно пострадал…
— А что случилось полгода назад? — довольно искренне поинтересовался он.
— Долго рассказывать, — ушел от ответа я, — если коротко, то почти все потерял… но спустя некоторое время кое-что вернулось… так мы будем профилактику делать или как?
— Конечно будем, — рубанул он сплеча, — только круглый дурак от такого предложения откажется.
И я начал… разговора с этой тварью, что притаилась в дальнем углу его желудка, у меня не получилось. Явно не тот вариант тут был, что у жены Бессмертнова… ну не хочешь по-хорошему, решил я, будем тогда крайние меры принимать.
Опухоль отреагировала на мое воздействие очень нервным образом — примерно как медуза, если тыкать в нее чем-нибудь острым. Ну ничего, я предупреждал, выдал я ей мысленный посыл, дальше будет только хуже… что, русский язык, сука, не понимаешь? Учись, пока живая…
* * *
Через полчаса я был мокрый, как мышь, а Сандро тяжело дышал, будто только что взобрался на стометровую горку.
— На первый раз достаточно, — сказал я ему, — как ощущения?
— Как будто по мне трактором проехали, — честно описал он свое состояние, — ты мне лучше скажи, как оно там? Поддается или нет?
— Или да, — хмуро ответил я, — пару сеансов еще надо будет провести.
— А теперь может расскажешь, как ты это делаешь? — хитро усмехнулся он, полностью придя в себя, — а я научусь… ты не думай, что я такой деревенский дурачок из провинции, я очень даже способный, когда надо.