Литмир - Электронная Библиотека

– Раннвей, скажи ему, – переведя на меня взгляд, взмолилась Данна. – Скажи, что мы с тобой обо всём договорились. Сегодня утром. Не бойся его.

Тут уже напряглась и я, оказавшись под перекрёстным обстрелов взглядов. Особенно пристально смотрела королева. Пристально и с усмешкой, которая уродовала её не хуже, чем толстый слой белил и слишком яркие румяна.

– И о чём же вы сегодня договорились, Раннвей? – подалась вперёд Корделия. Браслеты с россыпью драгоценных камней у неё на запястье тихонько звякнули в такт движению.

– Ни о чём, – резко произнёс Эндер. – Леди Левенштерн обожает сочинять сказки, в которые не верит никто, кроме неё. И если вы спросите саму Эдвину…

– Я хочу спросить вашу жену, герцог, – сказал, словно очнувшись от летаргического сна, король. – Раннвей… – приподняв голову, безвольно опущенную, перевёл взгляд на меня. – О чём вы говорили с вашей тётей? Вы хотите быть опекуном девочки или это только желание вашего мужа?

И снова пристальные, сверлящие душу взгляды. Даже слуга, вернувшийся с напитками и сладостями, замер у стола, не торопясь уходить. И смотрел на меня. Они все смотрели.

Точно такие же взгляды были у учителей гимназии, когда я не справилась ни с одним экзаменационным заданием. Я ненавидела их за это. За их ко мне отношение. За пренебрежение…

Вздрогнула, вдруг осознав, что никаких экзаменов ни в какой гимназии я не сдавала. И что это чувство, ненависть ко всему свету, принадлежит не мне, а другой девушке. Драконице, которая стала появляться слишком часто. Чтобы взять под контроль своё тело и свою жизнь, а от меня избавиться.

Эндер Делагарди

То, что Женя исчезла, а её место заняла Раннвей, я понял сразу. Невозможно не заметить изменения, за несколько мгновений произошедшие с этой девушкой. Ещё минуту назад от неё было сложно оторвать взгляд, а теперь наоборот хотелось отвернуться. Не видеть, как испуганно поджимаются губы, как глаза тускнеют, словно в них гаснет жизненное пламя. То, которого в Жене было с избытком.

Раннвей же всегда не хватало даже искры.

– Леди Делагарди, мы слушаем, – поторопила её королева.

Мысленно выругавшись, я попытался вмешаться. И надо же было ей именно сейчас прийти в себя!

– Моя жена ещё не отошла от вчерашних потрясений. За одну короткую ночь её пытались убить дважды. А ты, Данна, решила этим воспользоваться, – проговорил я жёстко. – Точно так же, как воспользовалась ситуацией вчера!

– Не говори глупостей, Эндер, – хмыкнула Левенштерн. – Мы с Раннвей утром неплохо пообщались и обо всём договорились. Правда, милая?

Взгляды правителей и стервятницы устремились к моей жене. Рангеля в тот момент больше занимали пирожные на золотом блюде и шоколадные конфеты, которые он бросал себе в рот, ни на секунду не останавливаясь и явно плевать хотел на Раннвей.

– Ну же, милая, – заметив, что племянница мешкает, с показной мягкостью проговорила Данна. – Скажи правду. Не бойся. Скажи, как и обещала, что согласилась передать нам все права на Эдвину.

Не знаю, кого мне в тот момент хотелось убить больше: Раннвей или Данну.

– Это правда, леди Делагарди? – хрипло поинтересовался Вильхельм. – Вы отказываетесь от племянницы?

– Если так, то тут и говорить не о чем, – поддакнула королева, после чего перевела взгляд на меня. – В таком случае ваши притязания, эйрэ, не имеют смысла. Может, вы и стали для девочки родным, но не по крови. А в нашем случае, как вы понимаете, кровь решает всё. И никакие угрозы дуэлью (или как вы это сами называете) тут не помогут. Решение за леди Делагарди…

От слова «дуэль» Рангель трусливо побледнел и даже соизволил оторваться от конфет. Раннвей же от пристального внимания серпентария окончательно стушевалась. И прежде чем успела промямлить катастрофические для Эдвины слова, я поднялся, схватил её за руку и потащил к выходу.

– Мы ненадолго.

– Лорд Делагарди, что вы себе позволяете?! – швырнула мне вдогонку возмущения королева.

– Это что за спектакль?! – присоединился к ней Вильхельм.

Я не стал отвечать. Вытолкнул самую главную проблему своей жизни за двери, отвёл подальше, чтобы не мешали, и развернув к себе, прорычал яростно:

– Хватит всё портить! Хотя бы раз в жизни подумай о ком-то, кроме себя!

Она попыталась отшатнуться, но я держал крепко. Держал и смотрел в её глаза, в которых снова начала появляться ядовитая зелень. Болотная жижа с вкраплениями ржавой рыжины. Отвратительный цвет, так не похожий на чистый серый, какого были глаза у Жени.

– Пусти! Мне больно!

– Не так, как сейчас Эдвине, которую ты снова предала! И если сейчас…

Она дёрнулась в моих руках, глухо зашипела, как дворовая кошка, у которой отобрали отходы, а потом вдруг замерла и, наверное, впервые за долгое, очень долгое время посмотрела мне прямо в глаза.

– Так ты всё знаешь… Знаешь про эту воровку! Про эту…

– Замолчи! – Не сдержавшись, я встряхнул её за плечи. – Замолчи сейчас же! Ты говоришь о девушке, которая превосходит тебя во всём. У которой, в отличие от тебя, есть сердце!

– Сердце? – вкрадчиво переспросила Раннвей, и её лицо исказила злобная гримаса. – Разве оно может быть у лгуньи и аферистки? И ты такой же… Ты всегда меня ненавидел!

Раньше – нет, Раннвей просто меня раздражала. Но кажется, у нас всё впереди, и я вполне могу одну ненавидеть, а другую любить.

Эта мысль, внезапная и такая яркая, на какое-то мгновение выбила меня из колеи. Я часто думал об иномирянке, но никогда не признавался себе, что имел неосторожность влюбиться. И вот… свершилось.

В который раз припомнив за сегодняшний вечер харга, тихо процедил:

– Если уж мы заговорили о лжи, почему бы тебе не признаться в интрижке с Родингером и не рассказать мне, какую роль он сыграл в твоём исчезновении? А в том, что ты пропала с его подачи, я даже не сомневаюсь.

И секунды не прошло, как Раннвей побледнела, рискуя слиться цветом лица с закрывающими окна занавесками. Отступила на шаг – на этот раз я не держал – и проблеяла, как очень хорошо умела:

– Он ни в чем не виноват… Не виноват! Он… – Задержала на миг дыхание, а после выпалила с несвойственной ей страстью и дикой, какой-то первобытной яростью: – Это моё тело и моя жизнь! И я верну всё, что принадлежит мне! Верну назло всем! И в первую очередь тебе!

Она пошатнулась, глаза, полные слёз, стали закрываться. В последний момент успел подхватить её и замер в надежде, что сейчас вернётся Женя.

Но Женя почему-то не возвращалась.

Глава 5

Женя Исаева

Открыв глаза, не сразу поняла, что нахожусь не во дворце, а в собственной спальне. Рядом, откинув голову на спинку кресла, дремал Делагарди. Дремал, потому что стоило мне вздохнуть, пошевелиться, как он тоже встрепенулся. Открыл глаза и в упор посмотрел на меня.

На столике в изголовье кровати горела всего одна лампа и в камине догорало, лениво облизывая угли, пламя. Но даже в полумраке, стянувшемся вокруг кровати, я смогла различить выражение его лица. Настороженность, недоверие, напряжение… Сейчас он походил на дикого зверя, готового в любой момент броситься в атаку. На меня. А точнее, на Раннвей.

– Опять она? – тихо спросила я, прекрасно зная, что услышу в ответ.

Дракон мрачно кивнул, а я почувствовала, как неприятно кольнуло сердце.

– Когда?

Хорошо помню, как мы приветствовали эту парочку тиранов. Как вошли, раболепно кланяясь, Левенштерны, и разговор сразу же пошёл об Эдвине. Что было дальше…

А дальше, видимо, случилась Раннвей.

– В самый неподходящий момент, – так же тихо ответил Эндер и, поднявшись, пересел на край кровати. – Данна заявила, что Раннвей готова отказаться от Эдвины.

Я взволнованно кивнула.

– Я собиралась ответить, что это всего лишь её бредовые фантазии, но… Получается, не успела. Что Раннвей им наговорила?

– Ничего, – сказал Делагарди, и я чуть слышно выдохнула.

13
{"b":"897785","o":1}