«А с бабой-мамой мы всегда и везде вместе ходили!» – хмуро отметила для себя Олеся, но возражать не стала и послушно начала переодеваться.

Пару дней назад мама Аня достала свой старый смартфон (медлительный, но ребёнку пока быстрее и не нужно). Показала как пользоваться: посылать смс-ски, писать в Ватсапе и блокноте и вручила Олесе.

Олеся обрадовалась. Маленький телефон будет рассылать магические послания? Да мама волшебница!

В тот вечер мамин мобильник то и дело громко клюкал принимая смс-ки: «мамаАня, пасматри как я прыгаю!», «мама Аня, Бобо гаварит, што любит громко лаить!» «мамаАня, нам хочица пагулять».

Пришлось читать и отправлять сообщения, мечта провести вечер спокойно улетела за поля, за моря. Зато в ежедневнике, где записывались планы на день напротив пункта: «общение с Олесей» появился большой плюс.

Как только за Олесей и Бобо захлопнулась дверь, мамины страхи полезли, как говорится, из всех щелей. Звали их одинаково: «А вдруг».

Когда-то в детстве маленькая Аня очень боялась лягушек и червей. Увидев хоть одно «противное скользкое создание», вопила, что есть мочи, и бежала прочь. Когда немного подросла – боялась темноты. Те далёкие детские страхи казались сейчас абсолютной ерундой, а тревога за дочку росла как на дрожжах и за пять минут достигла размеров самой высокой горы на планете.

– Боже, зачем я отпустила их одних?! А вдруг лифт застрянет или сломается? А вдруг встретится незнакомый взрослый, который обидит, заманит, уведёт? – лепетали «авдруги» на разные голоса и, наконец, заставили бросить все дела.

Мама Аня натянула джинсы, схватила ключ, смартфон, сунула ноги в босоножки и выскочила из квартиры.

Лифт, на котором спустились Олеся с Бобо, успел вернуться и теперь торчал этажом выше. «Бум! Бац! Трямц!» – ворчливо клацало его днище, неторопливо нагружаясь чем-то строительным. Если не хочешь ждать – иди пешком!

Мама Аня вздохнула и устремилась вниз. «Авдруги» приободрились и принялись распевать новые страшилки:

– А вдруг надо в город по делам и…

– Придётся оставить Олесю в квартире одну…

– Ой-ой-ой, что может произойти!

«Не хватало ещё с лестницы свалиться, – ворчала себе под нос мама Аня, стрекоча босоножками по ступенькам. – Вот будет номер»!

Олеся с Бобо в это время сидели на скамье у подъезда. Девочка отвернулась от слепящего солнца и подставила лицо ветру. Вместе с теплым движением воздуха поднималась и настроение.

Тёплая песья шёрстка приятно щекотала ладонь. Высунутый язычок Бобо смешно свесился на бок и подрагивал, а чёрный влажный нос настороженно принюхивался. Одуряюще пахло сырой землёй и чем-то ещё сладким, цветочно-ванильным.

– Какие планы? – деловито поинтересовался пёс. – Предлагаю разведать новый путь за горизонт, с балкона видел одну очень интересную тропинку.

Олеся отрицательно помотала головой.

Бобо посмотрел по сторонам.

– Тогда махнём до города. На автобусе! Я ещё ни разу на нём не ездил. Прогуляемся по знакомым местам. Ты помнишь свой старый адрес?

Олеся на мгновение задумалась.

– Мама узнает и расстроится, я обещала не уходить от дома.

– А говорила: хочу приключений! Уже пять минут, как ничего не происходит.

Пёс обиженно вздохнул и улёгся рядом со скамейкой.

Помолчали. Первой заговорила Олеся.

– Как ты думаешь, почему мне внутри говорить просто, а снаружи, то есть вслух – нет?

Бобо поднял морду.

– Да, ладно, чего ты? Очень скоро у тебя получится! Просто твоя мама учит неправильно. – Надо же, какое противное слово повторять заставила: «кош-ш-ш-ка»! Лапы чешутся от возмущения! – Пёс презрительно фыркнул. – Если хочешь знать, в некоторых языках вообще нет буквы «ш»!

– А ты откуда знаешь?

– А Сигизмундыч на что? – ответил Бобо вопросом на вопрос. – Мой старик обожал читать вслух разные интересные статьи. А кто его слушал? Я, его лучший ученик! Зато теперь у меня энциклопедические знания! Правда-правда! Я очень старался. Каждый день лежал у ног старого хозяина и всё запоминал! Жаль, только никто не ценит моей образованности.

– Ладно, не хвастайся! – пробурчала Олеся и шмыгнула носом. – Лучше скажи, как мне побыстрее заговорить, как все люди.

Бобо приосанился, выпятил грудь и задрал нос:

– Надо выбирать слова повкуснее и попроще. Например: кол-ба-са или кот-ле-та! Скажешь – и сразу запах почувствуешь. Вот, уже слюнки потекли. А от слов «тво-рог» и «мо-ло-ко» в желудке урчит. Шерсть и та линять начинает. Я же не кот!

Олеся прыснула:

– Опять фантазируешь?!

Бобо обрадовался, что хозяйка развеселилась, и продолжил с упоением:

– Не, я не вру. Всё так и есть! Вот возьми, например, собачий язык. В нём совсем немного слов, но все понятные. Главное слово «гав», но столько оттенков и значений оно имеет! Вот послушай:

– Гав-гав-гав! – означает, что я на службе, защищаю хозяина. Могу пролаять и с французским акцентом – «гро-ов-в, гро-ов-в». Нравится? Звучит как музыка. «Тяв-тяв» – так только совсем маленькие собачки могут, а вот я – совсем другое дело. Эх, мне бы подучиться! Голос поставить. Я бы такое нагавкал… Как ты думаешь, здесь есть собачья академия?

Пёс неожиданно замолчал.

– Подожди-ка, тут одна фифа появилась, с девчоночьей резинкой на лбу. Сейчас с ней разберусь.

Строго облаяв малюсенькую собачонку, Бобо вернулся и продолжил как ни в чём ни бывало:

– Р-р-гав! – значит, я очень рассержен. А если вдруг затоскую, то петь начинаю – «воу-у, воу-у» – в таких песнях есть что-то от волчьего языка, но не в пример более стройное и музыкальное. А тихий скромный «ав-в» означает: не пора ли тебе, хозяйка, дать мне что-нибудь вкусненькое? Взгляд тоже всякое может выражать…

– Бобо, что ты разлаялся! – прервала «разъяснения» Олеся. – Где твоё «дворянское» воспитание?

– Ну вот, как всегда! – пёс отвернулся и его бодро торчащий хвост тоскливо повис. – Никто меня не слушает.

Заметив, что пёс обиделся, Олеся пошла на попятную.

– Нет, нет, ты продолжай! Только не так громко. Мне нравится собачий язык, он очень занятный.

Мимо прошагал молодой парень в наушниках, бодро болтающий с кем-то невидимым.

Следом приковыляла бабуля с палочкой. Остановилась рядом с Олесей и, глядя под ноги, принялась громко рассуждать вслух:

– Хлеб купила, а молоко не взяла. Вчерашнее ещё не доедено. Зачем же я ещё в магазин ходила? Забыла. Ох, голова садовая!

Подъехала белая Тайота, остановилась и громко просигналила. Из машины вылез здоровенный мужчина, поднял голову и прокричал:

– Давай быстрее, опаздываем!

Ему неожиданно ответила хозяйка здешних мест, большая серая ворона:

– Ка-арр!

Зычной птице вторили стрижи, рассекающие вышину.

«И почему все вокруг могут говорить, а я нет? – завертелось у Олеси в голове. Некоторые даже ерунду мелют, да так быстро, словно в блендере. Сто слов в минуту»!

Глаза девочки увлажнились. Чтобы не расплакаться, Олеся подняла валявшийся на земле прутик и начала им размахивать.

– Девочка, это у тебя волшебная палочка? – спросила бабуля, всё ещё стоявшая в раздумье рядом. Олеся вздрогнула и, неожиданно для себя, громко ответила:

– Да-а-а!

– Ты, должно быть, волшебница?

Олеся кивнула, представив себя в великолепном розовом платье с блёстками и с сияющей короной на голове. И уже не девочка Лейси, а волшебница Лейси смело направила палочку в небо.

Карамба, барабамба, рананда, хух!

Из-за плеча брызнула танцевальная мелодия:

–Бум-бум-бум, тилим-пом-бим и ава-ля-ля-мо-о-о!

Откуда-то с небес спустилась широкая лестница, устланная красным бархатом.

Олеся прищурилась… Земля под ногами стала оранжевой, будто на неё вылили целое море апельсинового сока. Девочка взмахнула воображаемой волшебной палочкой.

На этот раз зазвучали облака. Птицы повели свои партии громче и радостней. «Ш-ш-ш!» – прошелестел по траве ветер.

Одинокий воробей отпрыгал музыкальный проигрыш: