Литмир - Электронная Библиотека

Также требовалось обозначить цели контракта – чего хочет клиент, что в данном случае звучало как: «Прекратить (или уменьшить до значений, необходимых в рамках обучения в академии) воздействие графа Леонида Безрукова на Романа Некифорова».

И, конечно же, пункт оплаты, где указывались суммы, а также условия предоставления услуги: не влияющая на благополучие Российской империи; не влияющая на благополучие Санкт-Петербурга; не влияющая на благополучие рода Некифорова; не нарушающая законодательство Российской империи и т.д.

Не забыть установить сроки… бессрочные договоры – это хорошо, но в данном случае я не могу гарантировать, что эти двое через десяток лет не столкнутся по работе и им не придётся взаимодействовать. Потому срока в пару лет достаточно.

Ну и, конечно же, условия расторжения контракта. Не стоит быть настолько самонадеянным, чтобы считать – я всемогущ!

Имелось множество и других пунктов, но они заполнены ранее – они либо стандартны для всех договоров, либо без них уже я не согласился бы подписывать контракт.

Когда всё было закончено, то я передал пергамент и ручку Некифорову. И с сожалением отметил, что чай и десерты, слуги, под командой хозяйки дома, уже убрали. А ведь я успел попробовать далеко не всё.

– У вас большой акцент на пунктах защиты информации, – вчитываясь в пункты договора, отметил Виктор Алексеевич. – Господин Некифоров не имеет права разглашать ничего о ваших методах ведения дел, информаторах и прочих источниках.

– Совершенно верно, – я улыбнулся под тяжёлым взглядом полицая. – Я не желаю, чтобы мои методы стали достоянием конкурентов. А потому, стоит вашему другу поставить подпись, как я буду вынужден попросить вас удалиться. Вы же не часть нашего договора.

Я не стал уточнять, что сам глава дома потребует подобного. Стоит старшему Некифорову поставить подпись, как между нами образуется не только нить силы, но пункты контракта, словно печати, будут наложены на души сторон. Да, это работает в обе стороны, так что я и сам заинтересован в исполнении контракта.

Если кто-то пожелает рассказать или иными методами поведать, например, о ритуалах, или о моём даре – он банально не сможет вымолвить ни слова. Магический блок на разум, который питает сам маг, как только подписывает договор.

И это ещё заказчик не добрался до пунктов, согласно которым после завершения сделки мне представляется неприкосновенность от посягательств из-за недовольства возможными последствиями. Если заказчик примет работу, то любая попытка напасть на меня или натравить кого-то может быть для него плачевна.

Хотя, если он попытается напасть по другим мотивам – руки его свободны.

Эти пункты были обтекаемо вписаны в договор, но без них я не подписал бы ни одного документа. Это основа моего выживания и конфиденциальности. Тем более, не хотелось бы, чтобы меня захотели устранить после того, как я выполню свою часть.

Мне не нужны суды, чтобы отстоять своё… либо выполняется контракт, либо, если нарушил, боль, а после мучительная смерть!

И я знал, что Некифоров подпишет договор… Этот человек считал, что пытается защитить своего наследника. Свой род. И ради этого он готов пойти на многое. Если не на всё.

– Я доверюсь вам, – наконец-то прозвучали заветные слова. Впрочем, что именно таков будет результат – я не сомневался.

Прошло не менее получаса обсуждения на противоположной стороне стола, пока обсуждалась корректность формулировок и мелкие нюансы. Однако два старых вояки так и не смогли найти, к чему придраться.

Роспись ручкой, и я почувствовал, как нить контракта коснулась моей души. А затем оттиск родового перстня. Боль и эйфория слились в едином порыве. Сознание закружилось от потока силы, а тело содрогнулось. Я вцепился в столешницу, чтобы не упасть. Цветные пятна перед глазами пустили хоровод.

А ранг… огромная мощь! И пара процентов от неё – это большой шаг к следующему рангу для меня. Эх, ещё три-четыре таких контракта и ранг В! Можно сказать, жизнь налаживается!

Глава 21

Лёгкие нотки бергамота в чае приносили расслабление и подчёркивали лучшие оттенки вкуса, что ещё играли во рту после прошедшего завтрака. Елена вновь превзошла себя: вафли со взбитыми сливками оказались выше всяких похвал.

Она всегда готовила вкусно, так, чтобы угодить моим предпочтениям и при этом время от времени добавляла новые блюда, чтобы проверить мою реакцию на эти новшества. И если поначалу не всё было так уж хорошо, но со временем моя слуга стала лучше разбираться в том, что мне может гарантированно понравиться, и теперь я мог с удовольствием есть блюда чуть ли не со всех уголков планеты.

Вот, казалось бы, ничего особенного в её готовке не было и сами рецепты, как я потом вычитывал в сети, были довольно простыми, но у меня такого почему-то не получалось. Отчасти это было даже обидно – в ритуалах я не допускал ошибок, а там важны мелочи. В готовке же, даже строго следуя рецепту, хоть блюдо у меня в итоге получалось, но всё равно не такое вкусное, как у Елены. И вот как ей это удавалось – я искренне не понимал?

Собственно, тем и хороша была её готовка, что она оставалась некого рода тайной для меня.

Теперь же я неспешно изучал прессу на планшете, параллельно продумывая следующие ходы в заключённых мною спорах, сделках и договорах. К сожалению, хоть информация порой попадалась довольно любопытная, но ничего стоящего пока в городе не происходило. Да и вокруг ситуации в Британской империи пока была какая-то подозрительная тишь.

Я, конечно, понимаю, что местных граждан вряд ли должны заботить события в чужой для них империи, но складывалось такое впечатление, что все новости из-за границы проходили жёсткую цензуру. Так что вполне можно было найти информацию о новом сезоне всем полюбившегося сериала или о очередном бизнесмене, умудрившемся прославиться своими поступками, совсем не подобающими положению. И ничего о том, что происходит теперь в Британской империи после того, как была уничтожена вся оппозиция в лице моего рода и наших союзников.

Всё это жутко раздражало, но ничего поделать я пока с этим не мог. Видимо, придётся искать людей, которые имеют непосредственный доступ к информации в обход всех официальных источников. Без этого я просто не буду знать всей картины происходящего.

– Елена, у нас ведь ещё остались контакты буйных студентов? – не отвлекаясь от чтения, уточнил я в пустоту.

– Конечно, господин, – Елена верно ожидала за плечом, дабы услужить. – Контакт Романа Некифорова, как секунданта и девушки из их компании – Владовски. Контактов самого Безрукова у нас не имеется.

Я пролистнул ленту соцсетей. Великолепная вещь, с которой информаторы практически не нужны – люди сами выкладывают о себе всё и более, чем откровенно. Просто бездумно хвастаясь своей жизнью. Благодаря этому при знании дела о людях можно узнать очень многое, и даже то, что они изначально не планировали демонстрировать. И что самое главное – подобные новостные ленты почти не подвергались цензуре – ведь люди рассказывали о себе, а не о тех же политических потрясениях. Да и, честно говоря, их больше интересовала своя личная жизнь и мода в большей степени, чем всё остальное.

В данный момент я просматривал данные о своей новой цели – Романе Некифорове.

Его социальная жизнь началась чуть ли не сразу после рождения, что неудивительно для аристократического отпрыска. Много милых фотографий и забавных постов, причём сделанных не профессиональными маркетологами, а явно любящими родителями… В данном случае матерью. Это особенно чётко прослеживается лет с шести-семи – много совместных фотографий с матерью.

А вот в десятилетнем возрасте, после нескольких официальных фотографий от различных фотографов с похорон матери, погибшей в авиакатастрофе, социальная жизнь наследника рода практически замирает. Несколько чопорных снимков раз в пару месяцев, загруженных с официальных мероприятий.

Никаких друзей или подруг, на первый взгляд, не видно.

32
{"b":"895860","o":1}