Обещали (Вы!) войну через два месяца, – 25 июля! – пока нет… что дальше – Бог даст.
Да нет, не ставьте и гроша медного, все сожрут! Отменяется. Ккк-ак вспомнил дни былые… плюньте крупье прямо в харю – можно и в круп! – и – текайте, пока целы…
Помаленьку американюсь… выбираю карту на 10 лет. Это лучше, говорят, чем застраховаться…А потом за «нансена» примусь. Визу обещают в 2-3 недели, – слово такое знаю… – и уже ждут там… «дитя, подойди к нам поближе…»422 – пишут из Троицы423. «Православная Русь» идет вовсю424, и аз даю им, пока безгонорарно. Приучаю читателя. Чита-телей у меня та‐ам..! – вороха!!! Заманивают… статьи о Шмелеве пишут… гла-дят… ей-ей… И никогда книжек Шмелева нельзя достать… в пу-бличной даже библиотеке. Требуют еще комплект, но даже у меня ничего нет. Новая читательница в Холливуде оказалась гениальной… карикатуристкой! Рекомендую ей иллюстрировать «Конька-Горбунка». Наживет миллион и поделится. Прислала пробу – глаза разбежались! А сама… – звезда экрана! Ходит к Мэри Пикфорд запросто, чайку попить… – правда, года два тому ходила… а теперь Мэри шмыжит и держится за молодого мужа. Скупила все акции пяти студий… и – никому гроша не дает! Но что там за национальный парк «Юсемити»*! Медведи косолапят… авто сквозь «секвайи» проезжает!.. а моя читательница снимается у корня… в… одной рубашечке!.. ну, чудо, а не читательница!.. У-мна-а… что за письма!.. Светтерто мне прислала. Дивны наши девицы… весь свет покорят. Холивудится, а сама Шмелева «Лето Господне» и «Богомолье» каждый день по две-три главы читает (может быть, и в монашки уйдет)… Я ей славу предсказал. Может быть, и меня иллюстрирует… – подсуну ей «Мэри»425… – Зейлер как увидал карикатуры – ахнул!.. Ведь карикатуристы родятся 1 раз в 100 лет, как кометы… Мад426 перед ней – щенок. А пока – до Подворья. А-у и – аминь. Ваш, исколотый пикюрами**, Ив. Шмелев.
[На полях:] Антон Владимирович, виллу окрестите: «Невыразимая».
22. X. 47.
Дорогие, томлюсь без белых сухарей, а хлеб есть не могу. Хочу написать в Швецию, тому батюшке, который прислал Вам квэке-брод***. Дайте его адрес, и как ему писать. Я ему возмещу расходы, буду посылать международные почтовые купоны. Здесь – нигде не могу найти бискотов*. У Heudeberʹa** – оч-че-реди, до драки! Пожалуйста!..
События… о, мно-го будет, всего. Во мне – муть и – нерешительность. Ну, как Господь внушит. Ваш «Взыскующий – Града» и – покоя для светлого труда.
19. 12. 47. Вечером.
Дорогие друзья, и верные,
Не осудите, если не смогу побывать-откланяться: замотался, – а главное, почти не выхожу, – по околотку, даже, – боюсь в эту собачью погоду застудиться, а мне надо быть в силах, – такое чувство, – бо-юсь захрипеть. А надо выезжать – отдохнуть. Дмитрий Иванович Ознобишин придумал провезти на своей машине, – вот и боюсь «захромать», а дни – близкие. Ох, не укорите. Да и с печкой возня, опять бросили отоплять. Скоро – может быть, к Празднику – расстараюсь написать подробно. О-чень хочу вложиться в основную работу над романом, а в Париже – не могу, тряска. Мечтаю «уйти в себя», чтобы ничто не рассредоточивало. Так что, как видите, – «этапным порядком». Да я напишу…
А пока, – надеясь свидеться! – обнимаю Вас, милые. Много доброго от Вас видел. Вы у меня – на сердце крепко. Привет Стиве. Доброго – в мире – не жду. Хорошо бы очнуться – и с Вами! – в стране Могикан… Помнить надо русскую пословицу: б. и. Б. б.: буки иже Буки буки. Ныне – кругом – бу-ка… Помните, в «Борисе Годунове»: «Вот бука-бука тебя…» Так-то. И еще: старые люди, малосильные, зá-годя приходят – в церковь ли, в Крестный ли ход… Помните? Ну, молодец – одна голова… он и за конёвий хвост уцопится. Ваш Бурдон***.
21. I. 48.
Mon adresse: Мне, c/o Mr. Rich, ingénieur,
15, Bd. de Georges Favon, Genève.
Дорогие, милые друзья, Павла Полиевктовна, Антон Владимирович, – существую!427 и… все эти дни был в нерешительности: не вернуться ли? Тянул привычный уклад, квартира, многое. По характеру своему, я – «трепыхалка». Многое здесь мне не по душе. Но здесь покойно. А все почти пишут мне: нет, не возвращайтесь… В Париже не было молока, белых сухарей… – и это, между другим, гнало меня. Куда и когда – дальше… не знаю. Вы скажи́те: чего надо ждать? – в ближайшем будущем? – Я знаю, как Вы всматриваетесь в события. А я… я слишком восприимчив, личен! Выкатился «колобок» – ка-тись! Сил-то мало, старость… куда уж тут странствовать! Но в Париже я не мог сосредоточиться – завершить последний труд – «Пути…» – и вот в пути, – вернее – на распутье. Так, должно быть, и кончусь – «на пути»…
С Иваном Александровичем еще не виделся: далеко, дорого. А жизнь здесь – страшно дорогая, не могу привыкнуть. Устроился пока, очень сносно, очень экономно, но… выйдет не менее 300 швейцарских фр. в месяц. Потянуть могу месяц-другой… А дальше… – мрак, неведомое. Не могу я, не мог не быть «на своих ногах»! Ген. Ознобишин очень внимателен, но я не могу быть бременем. И то – 3 недели жил на его счет. А pension его – 15 фр. в сутки! Безумие…Я все время как бы в пустоте… – скверное чувство. Эта страшная неприкаянность! И нервами поразбили, – боюсь, очень, – ну, заболею! Многое вынудило меня сдвинуться из Парижа. Без молока… и – всего жди! В газеты не гляжу… – жуть. Как бы хотелось прочитать Вашу лекцию – «Правда веры и правда науки». Где бы достать? Если бы прислали!.. Чую, – важно это для всех! Ваша книга, для меня, – правда и – благоговение. Сколько дикого в статье еп. Нафанаила428! Отлично сделали – так ответить. Вопрос – огромный, универсальный. И я знаю, как Вы глубоко его взяли… – чую.
Отвратительна статья François Mauriac’а в Figaro! «Ответ» Лазаревского – довольно куцый429. Не так бы надо. Только два русских человека могут дать отпор: Вы – и Иван Александрович. Да вот – негде!
Какие парижские новости? – по «злобе дня сего».
Я еще не решил, как мне дальше: через Париж – или прямо, минуя. Иван Александрович советует второй путь430: лететь к мореплавателям… а там – «плыви мой челн…»431 Надо, надо бы встретиться с ним, да… «капиталы не дозволяют». А он все полеживает, переутомлен. Хороший человек о. Стефан Тимченко432. Получил от него посылки – или через него? – и письмо, – отвечу.
Получил дикое (но очень почтительное) письмо, заказное, avionʹом из Норвегии, от одного русского моряка, должно быть, большевика, по поводу моей статьи «800-летие Москвы»433. Что-о он накрутил!.. – невообразимо. И – «родной привет от Москвы! Идите же в ногу с родным народом!» Тема его (?) – «все мозг, ум, а не чудо!» И к «мозгу» присчитал даже прп. Сергия, которого называет «отче Сергие» – в именительном падеже. Письмо – дикая, всяческая безграмотность, – даже страшно! Как вывернуло мо-зух! Редкий образчик тьмы. И все же чувствуется, что его – зацепило. Просит ответить… но что я могу такому отвечать?! Столбу. Бес-полезно. Он все же с кусочком «сердца»… и, может быть, наиболее грамотный. Все в нем перемешано. Ну, и наследство же оставит советчина! Излечить нельзя, целое поколение – выпало из жизни России… У-жас. Бедная Россия.
