Двери раскрылись, и в ту же секунду он использовал Дар на всю мощь. Боевики, прохожие, полицейские, военные, да все, абсолютно их не замечали. Он вел Анну вперед, а она помогала ему вести, они шли по указателям, разводя перед собой толпу. Каждый человек сторонился их сам того не понимая. Константин ощущал, как миллионы огней крупного вокзала постепенно гаснут, боль в его голове усилилась настолько, что из ощущения превратилась в состояние, но он решил, что так даже лучше и проще переносить. Вопрос только во времени.
— Нам нужно такси, — полушепотом говорил Титов, — и в больницу, — он уже почти провисал на плече Анны. Девушка остановилась, сгибаясь под его тяжестью, но все же продолжила идти.
— Ты только держись, — говорила она, оглядываясь по сторонам, все еще не в силах поверить в происходящее.
Они прошли сквозь рамку металлодетектора на входе, вызвав тревогу, сотрудники охраны изумленно рассматривали устройство, проводили перенастройку, пытаясь понять, что именно случилось, и какой объект миновал их сенсор. Но это уже было не важно, вокзал остался позади, Константин и Анна вышли в ночную Осаку.
Сразу стало видно, что в городе не было так уж спокойно: несколько домов на одной из главных улиц были повреждены, на дороге остались брошенные автомобили гражданских и уничтоженные броневики СГБ и военных. Рекламные транспаранты и информационные экраны погасли, где- то вдалеке слышалась сирена, а из общественное системы оповещения звучало объявление: «Граждане Осаки! Оставайтесь в своих домах и ждите эвакуации. Не вступайте самостоятельно в переговоры с террористами. Повторяю: не вступайте самостоятельно в переговоры с террористами».
Похоже, в таких условиях на общественный транспорт рассчитывать не приходилось. Анна и Константин посмотрели по сторонам, улица была пустынной, ни одного пешехода, а машины проносились на высокой скорости, стараясь как можно скорее достичь места назначения, минуя возможную опасность.
— Думаю, придется идти пешком, — Анна продолжала изучать окружающую обстановку в надежде найти транспорт.
— Не уверен, что дойду, — Константин еще поддерживал свое влияние на окружающих, хотя их, спасибо осаде, стало значительно меньше, а потому считал оставшиеся силы по крупицам, — сейчас попробую что- то придумать, — он расширил влияние на район, вычислил ближайшего водителя и приказал ему затормозить.
Из- за угла показалась серая потертая машина, которая резко замерла перед ними, мужчина за рулем открыл дверь. Константин почувствовал, что теряет сознание. Похоже, все. Анна как могла положила его на заднее сидение.
— Продержись еще немного, — растерянно произнесла она, — мы доедем.
— Нет…, дальше сама…, — Константин отключился.
Как же так? Она смотрела на потерявшего сознание Титова и не могла поверить, что это могло случиться. Теперь она не только сама по себе, но еще и с грузом ответственности. Анна запаниковала. Дыхание перехватило, сердце учащенно забилась. Она просто сидела на переднем сидении автомобиля, не зная, что предпринять.
— Вы кто? — изумленно произнес водитель, видимо, очнувшись после использования способностей Константина.
— Вы же сами согласились отвезти нас в больницу. Я махнула вам, сказала, что мой друг ранен, нам нужна помощь. Вы сказали, что как раз туда едете, — Анна и сама звучала растерянно, но старалась выглядеть убедительной.
— Я не помню такого. Ни в какую больницу я вас не повезу, для этого есть военные и СГБ. Немедленно вылезайте, я должен спешить! — водитель пристально смотрел ей в глаза.
— Не могу, мой друг без сознания и рассчитывает на меня, — она взяла небольшую паузу, — и на вас. Он истекает кровью и без медицинской помощи скорее всего погибнет. Сможете ли вы жить с такой ношей?
— Я…
— Мы все сейчас в опасности и должны помогать друг другу, не самое лучшее время для эгоизма. Куда вы так спешите?
— Да какое вам вообще дело?!
— Чтобы понимать, чего вы стоите.
Мужчина замолчал и заметно напрягся. В нем виделись метания. Это хорошо. Анна не знала, сколько у них времени и есть ли оно вообще.
— Всего лишь одна остановка или грех на всю жизнь. Ну? Вы вообще ОПЗМовец?
— Ладно! — он захлопнул дверь и надавил на газ.
Девушка едва успела пристегнуться, но дискомфорт в поездке был уже не так важен, главное, ей удалось добиться желаемого результата. Только бы добраться вовремя.
Глупо было отрицать, что возможная гибель Константина сейчас не виделась ей как падение символа, смерть лидера народа. Нет, это было личным, от того становилось страшнее. Еще страшнее от того, что он покинул ее в самый ответственный момент.
Девушка сжала поручень.
Он сделал все, что мог, теперь ее очередь. Она посмотрела на запястье, где был написан номер: цифры уже начали стираться. Несколько раз прочитав его, Анна запомнила последовательность.
Водитель гнал, что было сил, выжимая из машины все и не считаясь с правилами дорожного движения, он лавировал между другими автомобилями, пока, наконец, не встал в поток, движение замедлилось, а потом и вовсе сошло на нет.
— Вот! Центральный госпиталь Осаки. Остальное мне не по пути, — он выглянул в окно, цепь машин тянулась еще на несколько сотен метров вперед, — вылезайте!
Напряжение рисковало перерасти в безумие, а потому в этот раз Анна решила не рисковать. Она отстегнула ремень безопасности, открыла заднюю дверь и стала вытаскивать Константина. В несколько приемов и истратив все силы уже на этом моменте она взвалила тяжелое тело себе на плечо и начала волочь его в сторону госпиталя. Полкилометра сейчас казались ей непреодолимой дистанцией, а генеральный директора, пусть и был спортивного телосложение, для ее сил весил запредельно.
Сделав пять шагов она привалилась на ближайший автомобиль, тяжело дыша. В салоне нервно задергались, открылась дверь. Девушка вздрогнула.
— Вы что делаете?! — возмущенно произнес мужчина в желтой кофте, недоуменно глядя на нее.
— Он ранен, — переводя дыхание сказала Анна, — прошу, помогите дотащить до госпиталя, одной мне не справиться.
— Черт, — мужчина провел рукой по черным волосам, посмотрел вперед — в конец потока, затем перевел взгляд на Константина, — а чего он в маске и очках?
— Заболел, на вокзале возник приступ кашля прямо рядом с…, — она не хотела говорить слово «террорист», мало ли, какие настроения сейчас в народе, — бойцом Фронта. И тот его сильно избил.
— Что они творят, — покачал головой ОПЗМовец, затем недовольно посмотрел на машину и снова на тело, — ну, хорошо, давайте, — он взвалил Титова на себя и пошел вслед за Анной.
С помощью добраться до госпиталя удалось гораздо быстрее, но впереди оставалось еще одно испытание: четыре пары дверей, две рассчитанные на вход, а две на выход сейчас были распахнуты и все равно не могли вместить толпу страждущих. Поток пациентов не прекращался, было много раненых и больных, медикам бригады скорой помощи приходилось проталкиваться, из- за гомона люди не слышали их крики и просьбы расступиться, а может быть даже не хотели слышать.
Анна остановилась в нерешительности, не зная, как преодолеть такую живую стену. Оглядевшись по сторонам она увидела отъезжающую бригаду скорой помощи, быстро подбежала к ней и едва успела схватить за зеленую куртку фельдшера, собиравшегося закрыть задние двери.
— Эй! — медик два раза стукнул по корпусу, чтобы машина остановилась, та едва успела набрать ход, — что у вас?
— У меня раненый, пожалуйста, доставьте его в палату.
— Девушка, здесь каждый второй ранен, мы спешим на вызов, — он открыл ящик, бросил ей моток бинтов и пластиковую бутылку, — обеззаразьте рану и наложите повязку, — вырвавшись из хватки он закрыл дверь, и машина уехала.
Анна крепко сжала бинт и хотела было закричать, выпуская накопившуюся злость на саму себя, на эту поездку. На бессилие.
Вернувшись к Константину она раскрыла толстовку, проверила повязку. Бинт намок, но кровь остановилась. С помощью ОПЗМовца наложив новую, она села на землю, думая, что делать дальше.