– Мама, – открыла ей дверь и посмотрела на неё виноватыми глазами. – Помоги мне снять это платье.
– Конечно, милая. – Вошла в ванную комнату и осмотрела меня со всех сторон. – Какое-то знакомое платье.
Коснулась ткани и нахмурилась.
– Кажется, я видела похожее у себя в шкафу.
– Его там нет, – прошептала я. – Я его взяла в долг… у тебя… на время.
– Украла. Ты хотела сказать, украла.
– Не-е-е-е-ет. – Замялась я и села на бортик ванной, – одолжила. Я же хотела вернуть его тебе. Как раз таки сегодня.
– Только сейчас оно перешито да и размер не мой.
– Прости мам, я просто хотела быть красивой.
– Дочка, ты уже красивая. – Повернула меня к зеркалу и встала рядом. – Ты только посмотри на себя.
– Я вижу красивую тебя. – Ответила я и посмотрела матери в глаза.
– А я тебя. – Поцеловала в щеку и обняла меня. – Однажды ты посмотришь на себя и увидишь то, что вижу я.
– Когда? – Затаила дыхание, словно боялась пропустить ответ.
– Скоро. Немного осталось подождать. Поверь мне. – Её ловкие руки расшнуровали платье, а затем она помогла мне его снять.
Кружевное бельё, которое никто не видел, сейчас видела мама.
– Ой! – Закрыла я кусочки ткани ладонями, но это меня не спасло.
Громкий вздох матери ударил сильнее плети.
– Хорошо, что отец тебя не видел в этом. Его бы удар хватил. – Вышла из ванной комнаты, но вдруг резко остановилась и посмотрела на меня. – Таир же не видел тебя в этом?
– Нет. Он не захотел меня. – Опустила голову на грудь, и жгучие слёзы потекли по щекам. – Я не красивая. Он не любит меня.
– Вивьена, – подошла ко мне и села передо мной на колени, – посмотри на меня, дочка.
Я подняла глаза и всхлипнула.
– Ты красивая. Запомни это. Ты словно нераспустившийся цветок перед самым рассветом. Чтобы показать свою красоту, ему не хватает солнца. Но как только оно покажется из-за горизонта, цветок потянется к нему и распуститься. И тогда весь свет увидит, как прекрасен цветок.
– Я цветок?
– Самый прекрасный цветок, которому просто не хватает настоящей истинной любви.
– Что? – Фыркнула я, пытаясь понять, на что намекает мама.
– Твой истинный мужчина подарит тебе истинную любовь, и ты засияешь.
– Таир – мой истинный. Я знаю. После дня рождения моя метка вспыхнет. – Показала на спящую метку, которая пока никак не проявлялась, и даже не видно было её формы.
– Это не так, моя милая. Таир любит Эллу, и, кажется, скоро они станут родителями. Твой истинный – Моргер Вир. Просто прими это.
– Нет! – Вскрикнула и яростно взглянула на маму. – Никогда этот одноглазый урод не будет моим мужем.
– Что ты говоришь такое? – Возмутилась мама и поднялась. – Он не урод. А глаза у него нет, благодаря твоему отцу. Можешь ему спасибо сказать.
– И скажу. Вот как раз сейчас спущусь к нему в кабинет и поблагодарю за то, что он сделал. А если бы он лишил Вира обоих глаз, вот было бы чудовище! Правда?
– Не смей ничего говорить отцу.
– Дракон без глаз. Кому он нужен такой? Точно не мне. – Засмеялась и поправила волосы.
– Дочка.
– Мне нужно принять ванну после долгой дороги. – Закрыла перед лицом матери дверь и посмотрела на себя в зеркало.
Зелёные глаза сияли ярким светом и первый раз в жизни, я посмотрела на себя другими глазами.
– Таир всё равно будет моим. Только моим. А ребёнка я ему и сама рожу.
Глава 5.
Когда я приняла ванну и высушила волосы, тогда уже посмела выйти в спальню. Как и ожидалось, мамы уже не было. Она ушла, но оставила на кресле мне послание в виде нового красивого платья и туфель с пряжками.
Запрыгав от радости, я захлопала в ладоши и схватила платье. Приложила к тонкой шелковой сорочке и подбежала к зеркалу. Посмотрела на себя и сверкнула зелёными глазами. Кажется, они начинали мне нравится.
Покружилась и удовлетворённо кивнула.
– Спасибо, мамочка. – Послала воздушный поцелуй в зеркало, словно она стояла за моей спиной и гладила мои волосы.
Прихватив с собой туфли, побежала в гардеробную всё примерять.
Голубое платье сидело идеально. Подчёркивало небольшую грудь высоким лифом, облегало талию, делая её ещё более узкой. Длина была подобрана идеально, и в платье я не казалась слишком высокой.
Забрав волосы в незамысловатую причёску, посмотрела на себя в зеркало и хмыкнула.
Взгляд зацепился за приоткрытое окно и разговоры на улице. Плотные шторы скрывали всю высоту окна, но я знала, что они были в пол, а ещё у меня был большой балкон, на котором я часто сидела по ночам и считала звёзды.
Подбежав к двери балкона, выбежала на него и осмотрелась. Повисла на поручнях и увидев край крыши конюшни на заднем дворе, поняла, чего я хочу больше всего на свете – ну конечно, увидеть своего любимчика, коня Кирка.
– Вариус! – Крикнула я так громко, что конюх поднял голову и помахал мне рукой. – Здравствуй, мой друг.
– Мисс Вивьена. Вы вернулись?
– Да. Как мой дружок поживает?
– Очень хорошо. – Кивнул конюх и улыбнулся.
– Я сейчас спущусь. Подготовь Кирка к прогулке верхом.
Выйдя с балкона, остановилась и замерла на мгновение. Я знала, что внизу меня ждёт хмурый отец на серьёзный разговор, но общаться с ним сейчас желания не было. А раз не было – значит, я буду делать то, что хочу. И сейчас, выглянув в окно и увидев Вариуса, поняла, что во что бы то ни стало, должна навестить своего коняшку.
Платье снимать не хотелось, а одевать амазонку или бриджи с рубашкой – ещё больше. Поэтому сняв красивые туфли, надела чёрные кожаные сапоги и приподняв платье, выскользнула из своих покоев.
Осмотрелась по сторонам и никого не увидев побежала в сторону длинного тёмного коридора, который вёл к закрытой части замка.
Мама рассказывала, что когда я была маленькой, то решила заняться серьёзным обустройством замка. Снести старые стены, увеличить коридоры, сделать красивые светлые анфилады. Прорубить окна и сделать комнаты светлее. Мама очень увлеклась этим занятием, а когда ремонт был закончен, то решила отдать часть замка
другу семьи – Бертрану Тата для его нужд. То есть под детский приют. Но что-то пошло не так, и в итоге Тата отказался от такого щедрого предложения. Теперь подготовленная часть замка для приюта, была закрыта на замок, но только не для меня.
Через эту часть замка, я сбегала из своей комнаты и могла делать всё что вздумается.
Сейчас, подбежав к стоящей у двери высокой статуи, сунула руку в его гипсовый карман, и достала оттуда ключ.
– Спасибо Берт. – Так, я называла статую, в честь Бертрана Тата и надеялась, что старик Тата никогда об этом не узнает. – Я ненадолго. Только повидаюсь с Кирком и вернусь. Ты глазом моргнуть не успеешь, как я вернусь.
Подмигнув каменному усачу в сюртуке и мечом в руках, открыла дверь и вбежала на запретную часть замка.
Здесь всегда было очень тихо и темно. Свет шел только из окон, затянутых паутиной, но сейчас, когда солнце садилось, сумрак постепенно проникал в комнаты и накрывал их темным полотном.
Не останавливаясь и не задерживаясь долго в пустых комнатах, я пробегала их насквозь, стараясь побыстрее отсюда выбраться. Я все-таки была жуткой трусихой, и наверняка, как все девчонки, боялась темноты, паутины, которая вдруг липла к лицу. А если в придачу с ней был паук – то пиши пропало, моим визгом можно было разбивать окна.
Увидев нужную мне дверь, я подбежала к ней, открыла ее вторым ключом и выпорхнула на улицу. И тут же оказалась на заднем дворе замка Эрлингов.
Дорожка, по которой я направлялась к конюшне, заросла высокой травой и чапыжником, кое-где стояли непросыхающие лужи и грязь. Осень набирала обороты и совсем скоро все деревья переоденуться в желто-красные платья, трава пожухнет, а дожди будут идти чуть ли не каждый день.
Видимо, не зря я надела сапоги.
Приподнимая воздушное платье, чтобы не испачкать подол, я не видела того, что мои тощие коленки светились в заходящем солнце. Но их увидел Вариус.