Литмир - Электронная Библиотека

– Хм, а также первая женщина, от которой я не смог добиться ни одной улыбки за… За сколько? За пять дней, практически!

Видя, как заискрило пространство вокруг меня, он с удовольствием поржал.

– Ладно-ладно, вернёмся к предыдущей теме, – и утёр скупую слезу. – Но, девочка, ты действительно вписалась в историю. Это покруче, чем быть просто первым учеником.

– Вы слишком громко это называете, – раздражённо бросила я, – «история»! История охоты началась не так уж давно.

– Без разницы! – напяливая ботинки, он подал знак собираться. – Если для тебя девяносто лет это «недавно», то публика будет иного мнения, поверь мне.

Опять публика… Похоже, кое-кто предвкушает новый повод для газетной шумихи.

– Почему девяносто? – спросила я, лишь бы отвлечься от шипа неприязни, пронзившего сейчас комок нервной системы. – Глава говорил мне, что шестьдесят пять. Он показал фотографию первого состава специалистов и сказал, что это было шестьдесят пять лет назад.

– У, да он тебя просветил, – мужчина хмыкнул, его настроение явно улучшилось ещё на пару пунктов. – Это история Ассоциации началась шестьдесят пять лет назад, а история охоты – гораздо раньше. Официально – это где-то девяносто лет – когда заложили Мегаполис, и Правительство по-настоящему взяло всё в свои руки. До этого оборонялись кто как мог.

Да и вообще тогда только начали строить действительно организованное общество.

– То есть Глава не был среди самых первых охотников?

– Был. Ассоциация построилась на уже существующих спецах. Представь, он ещё докатаклизмовым оружием из Баз Знаний пользовался, потому что ничего другого у людей не имелось.

– Ох… – я немного удивилась масштабам той личности, с которой однажды находилась в одном помещении несколько минут. – Если всё началось вместе с Мегаполисом девяносто лет назад, сколько же ему было лет?

– Восемнадцать, как и мне, – Мичлав, закрепляя ремни оружия поверх жилета, с усмешкой взглянул на меня. – А сейчас ему сто шесть. Никто из охотников в целом состоянии тела и ума до такого возраста не дожил. Чего это ты вдруг так заинтересовалась Стариком, а?

– Вы сами начали этот разговор, – удивилась я. – Прошу простить за вопрос, но… а вы до скольких лет планируете дожить?

Он громко хохотнул, свободно откинув голову, прежде чем ответить. Да, настроение у него действительно подскочило ещё выше.

– Главное, не количество, а качество, верно? О, да неужто? Она улыбается! Хах, уже нет. Ладно, девочка, мы всё равно сработаемся. А теперь – за спину! Режим тишины!

Как всегда было жаль расставаться с побережьем. Как всегда я с тоской бросила взгляд за плечо, шагая в тень деревьев. И как всегда после хаоса уничтожения кругом царила безмятежная и душистая логика жизни. Джунгли выглядели обновлёнными. Конечно, по пути встречалось множество поваленных стволов, но те, кто пережил бурю, излучали настоящее солнечное счастье. Да, я имею в виду растительность и всех представителей животного мира, которые попадались на глаза. Лес цвёл живой радостью! И всё шло своим чередом.

А, может, это я стала немного иначе видеть?

Красота и блаженство, царившие кругом, угнетали моё и без того напряжённое сознание. Очень быстро я поняла, что не могу вернуть себе ту сосредоточенность, которую имела раньше, до детерминации. Я отвлекаюсь, я не слежу за наставником, не слежу за шумом, который произвожу, мне тяжело, мысли полнятся только веером лесных запахов, и яркие цвета сдёргивают внимание.

Соответственно, от Мичлава столь же быстро начали прилетать корректирующие действия. Ему постоянно приходилось на меня оборачиваться, сверкать на меня глазами, за шкирку подтаскивать к себе, подавать знаки – и эти жесты становились всё раздражённее. А я всё больше чувствовала себя обузой, да ещё и такой, которая вовсе не напрашивалась на эту роль. И понимала – пока мы идём по зоне покрытия инфразвуком, ещё можно не напрягаться. А что будет дальше? Мне нужно отрезвиться, вспомнить уже приобретённый навык поведения на вылазке. Но я не могу.

А главное, не хочу…

Всего два километра по очищенной территории, но они дались очень тяжело. В конце концов, в качестве апогея, я просто врезалась в мичлавскую спину, не заметив, что он остановился.

Охотник окаменел. Всё, сейчас это станет последней каплей… Я отшагнула назад и даже сжалась, готовая получить по затылку. Ну или толчок в плечо. Или встряску за шиворот. Заслужила. Не знаю, ничего не могу с собой поделать…

Наставник медленно обернулся и посмотрел с высоты. А я смиренно ждала тумака, заполняясь горечью по самую макушку. Вдруг нечто неуловимо изменилось, и…

– Ну же, птенчик, что с тобой? – произнёс Мичлав, протягивая руку, чтобы взять меня за подбородок. И зол он уже не был…

Ч-ЧТО?!!!

Вскипев, я с силой оттолкнула его здоровенную лапу и прошипела:

– Я вам не птенчик!!

В этот момент он потемнел, схватил меня за плечо и прорычал в самое лицо:

– Ты мне то, что я тебе скажу, ясно?

Не выдержав его гневного взгляда и двух секунд, я опустила глаза, хоть от возмущения едва ли не колотило.

– Ты что здесь устраиваешь, мелкая? Сдохнуть хочешь безвременно? Ты что мне продемонстрировать пытаешься? Ну? Отвечай!

От негодования и злого страха перехватило дыхание.

– Не з-знаю, наставник… Не получается ничего…

– Не будет получаться – убьют либо тебя, либо меня, когда я полезу за каким-то чёртом тебя спасать. Если забыла, ты тут не за спасибо ошиваешься! Ты здесь работаешь!

Я затравленно молчала и не могла на него смотреть.

– Сейчас выходим из зоны покрытия, и я хочу, чтобы ты стала глазами на моём затылке и пушкой за моей спиной, ясно? В джунглях мы становимся одним человеком – с мозгами вот здесь, – он ткнул себе в висок. – Я здесь решаю, и я тебя веду. Я – твой наставник. И ты живёшь и дышишь по моим правилам – либо подыхаешь по закону джунглей.

Это лучше, чем соглашаться на птенчика…

– Тебе всё ясно? – напоследок проговорил он так, что каждое слово зазвенело у меня в венах.

– Мне всё ясно, наставник…

Он выпрямился, раздражённо отбросил мою руку, и, отчеканив «За спину!», шагнул навстречу непокрытой зоне. Секунда, две – соберись, Леока, ты должна следовать за ним. Но справа вдруг что-то мелькнуло…

Как в замедленной съёмке – я увидела вылетающего из тени кустарника квазиантропа. Он вытянулся в прыжке, и искажённая яростью морда всё равно была похожа на человеческое лицо. Мичлав развернулся и, не успевая схватить пушку, выпущенную до этого из рук, встретил зверя мощным ударом! – а тот рухнул на него с уже простреленной головой…

Скинув с себя труп, охотник обернулся – я замерла с поднятым полуавтоматом.

– Леока, ко мне! – это я скорее поняла, чем услышала.

Нас разделяло всего несколько шагов, а из мирного солнечного леса уже с грохотом неслась невидимая волна. И неслась будто со всех сторон. Я рванулась к нему, он рванулся ко мне и, поймав на лету, спрятал за спину.

Но прятать было бесполезно – нас окружили – джунгли наполнились отчаянным криком вспугнутых птиц, и стены шатающейся растительности будто сдвинулись. Перехватив оружие наизготовку, я встала в стойку, отстраняясь от раскалённой спины наставника, в которую вжалась в первое мгновение…

…Это была мигрирующая стая. Количеством в четырнадцать особей.

Работа была выполнена, а меня потряхивало. Мичлав забрал полуавтомат и сам зачистил останки. Когда он сел рядом, прямо на землю, тёплую даже сквозь слой прелой подстилки, я пыталась утереть лицо салфеткой, но руки дрожали.

– Ну что? – вопросил он чуть грубее, чем буднично.

– Не надо было меня брать! – просипела я, а пот продолжал капать со лба.

– Я лучше знаю, что надо, а что нет.

– Вы не услышали засаду – из-за меня!

– Вот и сделай выводы.

– Вас действительно могли убить!

– Но не убили.

Спорить совершенно бесполезно…

13
{"b":"887711","o":1}