Вернуть заре её багряный
луч.
Вчерашний дождь поднять
с сырой земли,
Улыбку счастья видеть
на губах,
И вспомнить те, что мы
не сберегли,
Любви произнесённые
слова.
Пусть внемлет память
искренней мольбе,
Пусть белая наступит
полоса,
И пусть назло осенней
ворожбе
Я вновь увижу
милые глаза.
ПУСТОЕ
Небо ползучее, листья падучие.
Жизнь — суета сует.
Ветры холодные дуют негодные,
И золотистый цвет
На одеяльце пшённого поля
Средь чистоты утра.
Осень — прощания грустная доля,
Медная мишура.
Сдула с берёз и осин паутину
Жалких сухих одежд,
И беззастенчиво их лишила
Самых простых надежд
На возвращенье тепла-уюта.
Замкнут дождливый круг.
Голые ветви поют кому-то
О пустоте вокруг.
ВЕТРЕННОЕ
Мешая в осеннем стакане
Чаинок густой листопад,
В колодцы дворов разливает
Горячий цветной шоколад,
Взлетает, смеётся и кружит,
Любуясь, как солнечный цвет
Ныряет в прозрачные лужи
Пригоршнями медных монет.
На мёрзлые плечи бульваров
Кладя золотое кашне,
Смущённых небес пеньюары
Крадёт в голубой вышине.
Ах, ветер, шалун и проказник,
Любимец октябрьского дня,
Ты будишь оранжевый праздник
И нежность в душе у меня.
НАКУЛИЧКИ
Вышел к ночи за порог,
Глянул на дорогу,
Чую полу ветерок
Тянет понемногу,
Шепчет в ухо, собирай
Соль, махру и спички
И немедленно мотай
К чёрту на кулички.
Чем томиться и грустить
Курицей рябою,
Может лучше потрясти
Свежей сединою.
Я чешу в затылке мысль,
Бес ребро щекочет,
Ветерок-то мне, кажись,
Верное бормочет.
Сунул ноги в сапоги,
Нужное в котомку,
Да понёс свои стихи
В звёздные потёмки.
Есть кулички у чертей,
Нету ли, не знаю,
Но за тридевять земель
Весело шагаю.
ПОЗДНЕЕ
Тени робкие пугает
Пламя лёгкое свечи.
Каплю капелькой толкая,
Воск, как часики, журчит.
Вяжут белые узоры
Нитью кружев на окне
Спицы зимнего мороза
В полуночной тишине.
Печка дышит мягким жаром,
И, проснувшись, голосок
Подал чуточку устало
Незадачливый сверчок.
Пёс упрятал нос под лапу,
Мышь уснула в тюфяке,
Кошка дремлет на полатях,
Каша зреет в чугунке.
Дым в трубе протяжно стонет,
А смышлёный огонёк
То нечаянно уронит,
То подбросит уголёк.
За лесами в поле дальнем —
Чу! — гадалкою в ночи
Сиротливо и печально
Шепчет вьюга. Мы молчим.
БЕЛОЕ
Чувство угасает,
сдерживая бег,
память укрывает
белый белый снег.
Сердце, остывая,
тихо тихо бьёт,
и в душе не тает
белый белый лёд.
Быстрое теченье
белых белых рек
в белое забвенье
спрятало навек
встречи и разлуки,
радость и покой,