- Какие люди, Арсений, ты все же почтил нас своим присутствием, - с сарказмом поприветствовал меня он.
- И вам доброе утро, - с таким же сарказмом ответил я.
В офисе воцарилась тишина. Все смотрели то на меня, то на Владимира Петровича ожидая его реакции.
- Ко мне в кабинет зайди, - сгорая от ярости, стараясь сдержаться, сказал начальник.
Я молча встал и спокойно пошел в кабинет Владимира Петровича. Единственные мысли в голове, которые меня сжирали, были: «Как там Эли? Все ли я приготовил верно? Не подвел ли я ее?»
- Арсений, возможно, ты решил, что тебе здесь все позволено, раз начал говорить со мной в таком тоне, но поверь мне мальчик, - начал он спокойным тоном, резко перейдя на крик и стукнув кулаком по столу, - но поверь, я тебе такого не позволю!
- В каком тоне, я просто поздоровался, - надменно сказал я, развалившись на диване.
- Я требую уважения!
- Я тоже.
- Ах ты мерзавец… хочешь вылететь с работы?! Слишком смелый стал?
- Я больше не позволю вам обращаться со мной как с мусором, либо мы уважаем друг друга, либо нам не по пути!
- Что? Ты смеешь мне ставить условия? - прикрикнул он, встав с кресла и подойдя ко мне в вплотную наклонившись, - А теперь слушай меня, я нагружу тебя так, что ты на работе ночевать будешь, ты доделаешь все самые сложные проекты, а если нет, то… - сказал он зло и тихо.
- То что? Вы в курсе, что крепостное право отменили и мы не ваша собственность!
- Наглец! Уволю!
- Не испугали…
- Ты никуда не устроишься! У меня такие связи, что ты и не представляешь!
- Проверим?
Воцарилась тишина, Владимир Петрович молча достал кипу заявок и отдал их мне.
- Время до завтра!
Я взял заявки и вышел из кабинета.
- Это все тебе? – удивилась Марина и взяла у меня из рук документы, - какие сроки?
- Завтра… - спокойно ответил я.
- Да это не реально!
- Все ровно… не успею, так не успею, - спокойно сказал я, раскладывая бумаги.
- Ты чего такой спокойный? – спросила, недоумевая Марина.
- Я вдруг осознал, что совершенно не держусь за это место... Если честно я в шоке, что ты, с таким умом все еще здесь работаешь.
- Ого, я дождалась комплемента, от самого Арсения!
- Не передергивай, я серьезно! Марин, ты ведь умная девушка, вот зачем тебе терпеть это все?
- А тебе зачем? – я пожал плечами в ответ, - вот и у меня так же.
Ровно в конце рабочего дня я начал собираться.
- Ты уже все? – удивилась Марина.
- Нет, - спокойно сказал я, выключая компьютер.
- И куда ты тогда?
- Мой рабочий день закончился, я не собираюсь оставаться не минутой больше, - я встал из-за стола и направился к выходу. В этот момент вышел Владимир Петрович.
- Арсений, - не скрывая удивления, столкнулся со мной он, - ты все закончил?
- Нет, - спокойно ответил я, надевая пальто.
- Тебе завтра нужно все доделать.
- Вы же сами знаете, что это нереально, так зачем напрягаться…
- Ты, что решил потерять работу?
- Как часто я это слышу, - с глубоким вздохом сказал я, устав от заезженной пластинки начальника.
- Уволен! – крикнул Владимир Петрович.
Воцарилась тишина, коллеги перестали стучать клавишами, казалось, что никто не дышит. Я краем глаза увидел Марину, которая смотрела на нас с ужасом в глазах.
- Хорошо, - через пару секунд сказал я, - две недели отработки?
- Нет! Что бы ноги твоей больше в офисе не было, - крикнул он и плавно перешел на спокойную речь, - ну и жизнь у тебя теперь начнется, тебя даже в магазин продавцом не возьмут на работу, - закончил Владимир Петрович, зашел в кабинет и хлопнул дверью.
Я подошел к своему столу и начал включать компьютер.
- Ты чего творишь? – шепнула мне Марина. Я молчал.
- Ты же понимаешь, что сам рушишь свою жизнь, ну потерял любовь, со всеми бывает, ну не разрушать же все мосты! Приди в себя, прошу.
- А может быть я впервые в себе, - спокойно сказал я, делая форматирование компьютера.
- Ты сума сошел? – взволновано сказала Марина увидев, что я делаю, - еще есть возможность все исправить, иди купи хороший коньяк, подари, извинись, скажи, что не в себе был.
Марина положила свою руку на мою, чтобы предотвратить мои действия, но меня было уже не остановить.
Закончив с компьютером, я взял стопку документов, которые я уже успел подготовить и положил их в измельчитель бумаги, включил его и, застегнув пальто, ушел из офиса навсегда. За мной выбежала Марина.
- И что дальше? Арсений! Ты куда? – крикнула она вдогонку.
- Не знаю, только вперед…
Марина стояла растерянная, не понимая, как мне помочь, но помогать не надо было. Вдруг я развернулся к ней и распахнул руки в разные стороны.
- Знаешь, Марина, я впервые чувствую, что делаю все правильно! Понимаешь? Вот вся жизнь до этой сомой точки не моя! А я хочу жить своей жизнью! Не прозябать на нелюбимой работе, не общаться с неинтересными мне людьми, не тратить время на пустых девиц! Я хочу ощутить настоящую любовь, понять искреннюю дружбу, заниматься своим делом. Сейчас у меня чистый лист и я буду писать свою историю.
- Это все утопия, красивые слова и только. Ты поймешь, как ты ошибаешься через дня два. Мне пора. Не пропадай, я буду волноваться за тебя.
Марина поднялась обратно в офис, я же направился к Эли, одухотворённый свободой. Подойдя к пекарне, я был удивлен, что она уже закрыта, ведь время было только полвосьмого. Собравшись с духом, я решил подняться к Эли. Я постучал в дверь и ждал, но мне никто не открывал. Я стоял у двери, настойчиво ожидая, что она откроет, я был уверен, что Эли дома, а если и нет, я ее дождусь. От безысходности и усталости я сел облокотившись спиной о дверь в ожидании, периодически стуча в дверь. Вдруг дверь отворилась, и я чуть не упал.
- Я же просила оставить меня в покое, - со злостью начала Эли, что ей было не свойственно.
- Подожди, дай объясниться, 15 минут. Если ты не простишь, я уйду, обещаю.
Эли пустила меня в квартиру, и я начал свой монолог:
- Эли, девочки, они не правильно все поняли, и они передали не мои слова, а свои догадки. Поверь, я никогда не считал тебя чокнутой или странной, ты просто чудо! И тем более я не хотел поиграть с тобой. У меня слишком сильные чувства к тебе, что бы поступить с тобой так. Ты уникальна, я восхищаюсь тобой, - я взял ее за руку, - просто я… я не очень порядочный, был, ты меня изменила, изнутри. Я даже не мог представить, что кто-то способен это сделать, но ты сделала. Я боялся сделать тебе больно, но видимо, чего мы больше всего боимся, то с нами и случается. В тот момент как ты ушла, я почувствовал опустошение внутри, как будто ушла часть меня. Я готовь бросить все! Лишь бы ты меня простила, а не простишь, пусть так, лишь бы ты не страдала. Я уйду и больше не побеспокою, только обещай, что ты не будешь страдать! Я чувствую, у тебя такие чувства первый раз и прости, что они оказались такими. Но я и не мог подумать, что мои друзья не поймут. Не нужно было тебя туда везти.
Я отпустил ее руку и повернулся к двери. Эли подошла и взяла меня за руку обеими руками.
- Не уходи, - она потянула меня в квартиру. Я не снимая пальто и обуви, пошел за ней, мы молча сели и обнялись. Мы просто седели и молчали, но моя душа наполнялась теплом с каждой секундой наших объятий. Через минут двадцать мне стало некомфортно от того, что я сижу в пальто и обуви, и я легонько отодвинув Эли, решил снять их.
- Я кстати уволился, - спокойно сказал я.
- Что? – удивилась Эли.
- Ты знаешь, я вспомнил наш с тобой разговор про жизнь… про работу. И я понял, что ты хотела сказать, согласившись с твоими словами. Я не хочу тратить свою жизнь на страдания от ненавистной работы.
- Я думала тебе нравиться твое дело… и что теперь?
- Не знаю, чистый лист. Я волен выбирать то, что по душе.
- И что тебе по душе?
- В данный момент находиться рядом с тобой, - я подвинулся ближе и обнял Эли.