Эта грамота заключена с общего согласия [нашего] и посредничеством Божьим, между нашими двумя [церквами] во имя непоколебимости и твердости веры в году восемьдесят пятом [летосчисления] тачиков и сто сорок восьмом армянского летосчисления{361}, в месяце hротиц. И скреплена она волей и перстнями нашими, [тех], чьи имена приведены выше.

ГЛАВА IX

ДОГОВОРНАЯ ГРАМОТА АРМЯНСКОГО КАТОЛИКОСА ВЛАДЫКИ ЕЛИИ АЛУАНЦАМ

Узнав о религиозных смутах, затеянных нечестивцем Нерсэсом в Алуанке, о том, что он посеял в душах многих [правоверных] семена ереси халкидонской и коварной злобой своей подверг гонениям [многих] епископов, иереев и церковнослужителей, я, католикос армянский Елия, в сопровождении своих епископов прибыл в Алуанк, в прославленный город Партав. И собрались у меня духовные и светские [начальники] и показали мне ту грамоту{362}, по которой Нерсэс был предан проклятию и лишен сана католикоса Алуанка, хотя он [продолжал] своевольно оставаться на престоле. Теперь же епископы и вся церковная братия вновь письменно предали его проклятию и скрепили это печатями [своими] и посредничеством Божьим со мною вместе подтвердили, что твердо будут стоять на той же прежней вере [отцов] и не смешаются с последователями скверной ереси халкидонской и злого учения Бакура.

И вот, пока они будут стоять на этом условии и на заповедях святых отцов, то принимайте и любите их, как своих духовных блюстителей. А если кто-либо, будь то католикос или епископ, нарушит это условие, то да не имеет он власти над вами. Вам же следует ежедневно быть в своих церквах и неустанно возносить молитвы к Богу и да управляют вами Бог и правоверные вардапеты. И дал я эту грамоту в успокоение вам святым отцам: Кшику, танутэру монастыря Нерсмирhа и Григору, танутэру монастыря Иовсепа. Я, Елиа, католикос армянский, вместе с епископами своими, взял от собора Алуанского дзернарк об объединении и дал вам эту договорную грамоту, чтобы никто не смел хоть малейшим образом нарушить ее условия. Скрепив обе эти [грамоты] своим перстнем, я передал их на хранение в монастырь Нерсмиhра, святому отцу Кшику в собственные руки, ради спокойствия.

ГЛАВА X

СПИСОК ИМЕН НАХАРАРОВ АЛУАНКА ПО СТАРШИНСТВУ, КОТОРЫЙ ЕВНУХ АМИРМУМИНА АБДЛМЕЛИКА ВЗЯЛ У НИХ И ПЕРЕДАЛ В ЦАРСКИЙ ДИВАН [НА ХРАНЕНИЕ]

Эта грамота о святом вероисповедании, которую мы потребовали от Партавского собора, дабы они письменно изложили истину о ереси исповедующей две природы, и возражения мудрых вардапетов. Мы все узнали точно, первый я, Шеро, князь Алуанка, а также Джуанко, спарапет Алуанка, Вардан Патрик и его брат Гагик; Вахтанг Варазманеан — их предком был Вардан Храбрый из рода Миhрана, которому в дни Вачагана, царя Алуанка, было велено царем председать на Алуэнском соборе и который обосновался в Гардмане, Патрик Кароеан из царственного рода, который по разрешению того же царя Вачагана поселился в гаваре Алберд. Его предками были храбрый Вачаган и Вачэ и другие, о которых вы найдете в книге по порядку, Баб из hРаhатеанов, из князей Атрпатакана, поселившихся в Капалаке и Колте; Ваhан из Вараз Иоhаннеанов, из племени мадианитян, вероисповеданием иаковит, поселившихся в Камбечане, Ростом из Вараз Акоеанов — выходцев из гавара Стаhр в Персии, поселившихся в селе Каланкатуйк гавара Ути, Зармиhр из Вараз Курдакеанов и Маhмат из Шероеанов — сыновья владетелей Длмика, проживающих на Длмаhолке, подаренных им царем страны Алуанк. Вот все они, кто был занесен в список, переданный в диван Абдлмелика амирмумина, чтобы если кто из них станет исповедовать две природы [Христа], то да будет он подвергнут полону и истреблению. Так установился мир во всех церквах Алуанка.

ГЛАВА XI

КАНОНЫ ВЛАДЫКИ СИМЭОНА, КАТОЛИКОСА АЛУАНКА, [УСТАНОВЛЕННЫЕ] ПОСЛЕ НИЗЛОЖЕНИЯ НЕРСЭСА

Эти каноны установлены Симэоном, католикосом Алуанка, когда он взошел на престол на соборе, созванном для осуждения Нерсэса, нарушившего порядки церкви, почему и необходимо было вновь вернуться на истинный путь.

Вседержитель Бог, благодетельный и человеколюбивый, пожелал умилосердиться над нами по милости своей и великой любви и назначил нас пастырем, блюстителем и предводителем над паствой своей разумной, над святой и апостольской церковью. И дарована нам эта божественная и великая честь не за наши благодеяния или какие-либо достоинства, но великим Его благоволением, так пожелал Он и одарил нас своей милостью. Как сказал блаженный апостол, устами которого говорил сам Христос: «…Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога справедливо, потому заповедаю вам: внимайте себе и всему стаду»^[137].

И еще: когда Господь заповедал Моисею о священниках, говорил: «Поставлю тебя главой и предводителем над народом моим, чтобы предостерегал соблюдать заповеди мои. Мужайся, будь храбрым и не медли». По тому же примеру через других пророков Господь предостерегает и нас: «Сын человеческий! Я поставил тебя стражем над народом моим… И будешь вразумлять их от Меня… остеречь грешника и беззаконника от беззаконного пути его, чтоб он жив был… а если ты не будешь вразумлять, Я взыщу кровь их от рук твоих»^[138]. Вот какое грозное и строгое повеление от Господа имеем мы. И еще: «Дал я вам власть отпустить грехи и избавить людей из оков грехов». И ныне мы не сами и не силой взяли эту власть и почести, престол апостольский, но сам Бог-Создатель и Творец всего назначил меня на это место, пасти паству Его, как того Сам желает.

Вот почему любезные и благородные братия мои и избранные ученики Христа, послушные рабы заповедей Его, нам надлежит, нам следует принести Богу добрые и сладкие плоды, угодные Ему, и творить, опираясь на апостольское основание, т. е. на Иисуса Христа, и золото, и серебро, и драгоценные каменья, т. е. всякие добродетели и благие дела, чтобы, когда мы предстанем перед Богом, Спасителем нашим, быть удостоенными неувядаемого венца славы.

Итак, благодатью Святого Духа и заповедями Его выберем же себе добро и, понося, отвергнем зло, и как велел нам Господь через пророков, апостолов и учителей, мы прежде всего должны любить Бога и соблюдать Его заповеди.

Мы должны соблюдать непоколебимо и твердо все то, что получили от праведных и святых отцов наших.

Мы должны также соблюдать незыблемыми порядки святой церкви, еще более прославлять ее с помощью пречистых священников и служителей, любить друг друга, как самих себя, мирно вести духовную жизнь в соответствии с каноническими повелениями: не допускать, не давать возможности недостойным и военным людям захватить власть церковную.

Никто да не смеет передавать власть над церковью никому из незаконнорожденных или прелюбодеев, или убийц, или воров, или лжецов, или лжесвидетелей, или притеснителей, или алчущих скряг, или обирателей, ни тем более военным всадникам или мытарям, никто не смеет давать хлеба или hаса подобным людям. Ибо, согласно божественным законам, тем, что народ приносит в дом Божий в искупление своих грехов довольствоваться могут лишь священники — святые отцы и служители алтаря. Им принадлежит всякое возношение, за то, что они день и ночь молятся Богу, прося о благополучии и мире на земле, об отпущении грехов и о здоровье душ и тел.

Ведь [ни в коем случае] не дозволено недостойным или воинам забирать власть в церкви и наводить тем самым гнев Божий на всю страну и на самих себя. Ибо когда Господь Славы заповедал Моисею о скинии, сказал, чтоб он избрал священников святых и беспорочных [лишь] из колена Левия, но не из других родов Израилевых — из воинов или же из недостойных грешников и опороченных, как велят Законы: да не посмеют недостойные приступить к жертвеннику и есть из приношения. А также священники непристойного нрава да лишены будут они наследства. Никто из простого народа да не приблизится ни к службе, ни к обрядам, ни к месту священников. А если кто и дерзнет [приблизиться], умрет подобно Корею, Дафану и Авирону^[139], которые были поглощены землею, или как Оза^[140] или как многие другие осмелившиеся служить Богу, когда сан их не позволял того. Ведь скиния и священники служат примером братии новой святой церкви, к которой не смеют приступиться недостойные или воины. То же повеление еще более утвердили святые апостолы повелением Спасителя, говоря: «Духу Святому и нам угодно было установить так: да не посмеет [никто] из воинов или недостойных, подчинить церковь своей власти. А если кто дерзнет, да будет он проклят». В соответствии с этим и постановили наши блаженные отцы: «Никто да не посмеет Божью церковь передавать в руки недостойных или воинов, или продавать как имущество, или же дарить князьям и пестунам их. Точно так же священники не смеют передавать приношения или хлеб кому-либо недостойному из братьев или сыновей [своих] не смеют продавать наследие церковное, и если сами священники, их братья или сыновья окажутся недостойными, да будут они лишены наследия. А если кто осмелится, да будет он проклят».