– Нет, не годится. Никто не поверит, еще и скажут, что мы суеверные и старомодные, – покачал головой Цзя Ли.

– Можно еще змею найти и всюду с ней ходить.

– Да, лучше всего взять ядовитую, с красным жалом, это по-настоящему опасно.

– Опасно-то опасно, но если она кого укусит…

– Мы будем ее держать! – сказал Цзя Ли. – И кормить жабами.

– Ну нет, девочки скажут, что мы жестокие.

Ох уж этот нерешительный Лу Чжишэн! Если все настолько детально продумывать, какие же это приключения? Совершенно заурядные делишки, а не приключения!

Пока они обдумывали возможности, те сами их поманили.

Неподалеку раздался крик женщины:

– Стой! Стой… Эй, хватай его!

Мальчишки подскочили, вытянули шеи. Они увидели, как молодая женщина в аллее яростно вопит и указывает рукой вперед. Казалось, она вот-вот расплачется. У нее были туфли на высоких каблуках, поэтому бежала неровно. За десять с лишним шагов впереди нее несся молодой человек с дамской сумочкой в руках. Лицо его раскраснелось.

– Он украл ее сумку! – завизжал Лу Чжишэн.

У него аж голос переменился. У Цзя Ли зашумело в ушах. Он был в состоянии крайнего возбуждения. Храбрецов, сражающихся с преступниками, он видел только по телевизору, но никак не ожидал, что и ему самому представится такой случай. Недолго думая Цзя Ли скомандовал:

– Вперед! – и, как пущенная из лука стрела, очертя голову метнулся к тому мужчине.

Вор повел себя странно. Когда Цзя Ли обхватил его за талию, он не вытащил нож или какое-то еще оружие, а разразился бранью:

– Чтоб тебя, что ты вытворяешь? Не отпустишь меня – отлуплю!

В это время, тяжело дыша, подоспел Лу Чжишэн. Увидев, что уже началась рукопашная схватка, он заорал:

– Это мы тебя отлупим, злодей!

Он набросился на вора с кулаками, не ожидая, что тот крепко схватит его за руки и начнет с силой отталкивать. Лу Чжишэн повалился ничком, уткнулся лицом в землю и громко завыл.

Подбежала и женщина, в страшном гневе обратилась к Цзя Ли:

– Из какой ты школы? Такой наглый!

– Но вы… разве не вы кричали: «Хватай его!»? – невпопад бормотал Цзя Ли.

– Да что за дела? Мы из одной семьи. У нас капризный сын, он разозлится и сразу убегает! – сказала женщина. – Я попросила папу догнать его!

Только тогда Цзя Ли вспомнил, как мимо молниеносно проскочил мальчик. Теперь его и след простыл.

Лу Чжишэн закрыл лицо рукой и, нервничая, сказал:

– Это все из-за того, что он с женской красной сумочкой бежал. Мы и подумали, что он ее украл!

– Я не могу помочь жене нести сумочку? – уверенный в своей правоте, сказал мужчина, как будто ношение сумочек было геройством. – Когда вырастете, вам тоже придется такие поручения выполнять.

Супруги в волнении убежали на поиски своего маленького баловня. Цзя Ли скривился и с презрением сказал:

– Ну что за молодец, еще и такой самодовольный, как будто высочайшей чести удостоился!

– Однако, – сказал Лу Чжишэн, – удар у него хорошо поставлен, он меня потрепал.

Цзя Ли вскинул голову и увидел, что Лу Чжишэн и впрямь получил легкие ранения. Кожа на щеке у него была поцарапана, крови не было, лишь несколько царапин, похожих на потертости на джинсовой ткани.

– Болит? – спросил Цзя Ли. – Давай я найду тебе обезболивающее.

– Терпимо, – со вздохом сказал Лу Чжишэн, всем видом давая понять, что терпит невыносимые муки.

– Вот незадача, не стали героями и чуть было трусами себя не выставили, – сказал Цзя Ли. – Но пусть это будет нашим мужским секретом. Тебе ведь не хочется выставить себя на посмешище?

– В мире уже не осталось таких болванов, – Лу Чжишэн иногда проявлял остроумие. – Ты как сумасшедший художник Сюй Вэньчан. Как, по-твоему, я буду объяснять, откуда у меня эти царапины?

– Да ведь можно сказать, что тот мужчина и правда был вором, и ты был ранен в драке, ну а я его взял. Как тебе такое?

– Ну и прекрасно, пусть даже я буду второсортным героем, – воодушевился Лу Чжишэн. – Слава и положение не так для меня важны.

– Не пойдет! – сказал Цзя Ли. – Все будут спрашивать о том воре. Как нам ответить?

– Это уже мелочи, придумаем!

Но именно эти мелочи доставили им немало страданий. Они никак не могли решить, как лучше обо всем рассказать. Стоило куда-то поехать отдыхать, как Лу Чжишэн становился ходячим источником проблем. На сей раз он вопил, как безумно болят его раны, и даже подпрыгивал от боли. У учительницы, сидевшей на лужайке, была аптечка, но они не стали ничего у нее просить, потому что не придумали разумного объяснения, а эта старушка умела искусно допытываться до сути. Мальчишки, прячась от учителей, выбрались из парка и принялись искать аптеку.

Они прошли всю улицу. Там нашлись какие угодно магазины, кроме аптек, как будто люди в этом районе никогда не болели. Чем дальше они шли, тем более кривой была дорога и чувствовалась атмосфера пригорода, вдалеке даже были видны огороды. Лу Чжишэн отказался от затеи с аптекой:

– Ладно, сейчас моя царапина не так уж и болит, пойдем обратно в парк.

Как раз по пути им попался общественный туалет. Лу Чжишэн сказал, что это отличное место, чтобы все обсудить, и Цзя Ли с ним согласился. Внутри никого не было, и мальчишки расслабились, присели на корточки и стали гадать, как же им стать героями и прославиться.

– Э, – начал Лу Чжишэн, – давай скажем, что тот вор сбежал, и мы не смогли его расспросить.

– Но это называется «упустить злодея», не так ли? – сказал Цзя Ли. – А герои такого никогда не допускают!

– А если сказать, что мы отвели его в участок?

– В какой такой участок? Тебя спросят, и что ты ответишь? – возразил Цзя Ли. – Вранье тоже бывает благородным и низменным.

– Так значит, моя жертва была напрасной? – с некоторой расчетливостью спросил Лу Чжишэн.

– Ну нет, ты так или иначе сегодня испытал вкус героического боя…

Не успел Цзя Ли договорить, как дверь отворилась. Вошел человек, худой, в черной одежде, и вихрем метнулся к ним, окликнул низким голосом, как привидение:

– Эй, привет! – выглядел он совершенно обычно, но улыбался недоброй улыбкой, от которой поджилки тряслись.

Оба паренька перетрухнули и инстинктивно встали, но не успели и глазом моргнуть, как тот человек вытащил самый настоящий нож и помахал им в воздухе, коротко приказав:

– Сядьте! Не двигайтесь!

Лезвие холодно сверкнуло, и мальчикам пришлось послушно сесть на корточки. Мужчина нагнулся, торопливо, будто поднимал какую-то вещь, стащил с руки Лу Чжишэна часы, перерыл карманы мальчиков и без всяких церемоний забрал все ценные вещи, еще и нагло размахивал перед их глазами ножом. В одно мгновение оба героя будто утратили мыслительные способности, только чувствовали, как невольно трясутся их ноги.

– Сидите десять минут! – свирепо сказал мужчина. – Иначе отведаете моего ножа!

С этими словами вор в несколько прыжков умчался прочь.

– Мы… мы не во сне? – сидя на корточках, осторожно спросил Лу Чжишэн. – Если я продолжу так сидеть, у меня ноги отнимутся.

Цзя Ли уже вскочил и застегивал штаны.

– Эй, мы за ним побежим или нет? Тот вор ускакал!

– У него нож. – Лу Чжишэн с усилием поднялся. – Ты меня до смерти не доведи!

– Если за ним не погнаться, мы понесем слишком большой убыток! – сказал Цзя Ли. – Вот мерзавец!

В решающий момент Цзя Ли забыл, что собирался становиться каким-то там героем, как будто такой мысли никогда не было в его голове. Он лишь разозлился, чувствуя, что его ужасно оскорбили. Им двигала жажда мести. Поэтому он просто не успел испугаться и помчался за вором. Лу Чжишэн тоже был готов рискнуть жизнью за друга. Хоть и был охвачен страхом, он со всех ног понесся за Цзя Ли.

О случившейся драке Цзя Ли было сложно говорить. Она была не такой уж героической, ведь он одновременно кричал: «Держите вора!» и гнался за ним. Вор разозлился и ударил Цзя Ли, и тот совершенно бесславно упал, почувствовал, что у него под ягодицами мокро, но из последних сил поднялся. В это время толстяк Лу Чжишэн во всю мощь своих легких звал на помощь. Наконец к ним выбежали фермеры с огородов.