– Вы действительно служите Исенбарской империи? – холодно спросил он. – Мне сказали, что на луке вашего седла приторочено копьё кхари.
На зал опустилась тишина, несколько пар глаз следили за Алеей и пожилым заводчиком пегасов.
– Вас не обманули насчёт копья. Я, действительно, кхари, – подняла она на него свои синие глаза.
– В таком случае я вынужден просить вас покинуть мой дом.
– Что? – Невеяр разом выразил удивление всех лурийцев. – Объясни почему!
– Она кхари. У меня есть основания не доверять людям Дин-Байсула, – твёрдо ответил Элиорро, словно позабыв дружеское участие, проявленное им в кабинете.
– Но Алея лурийка, и она со мной, – возразил купец. – Её служба кхари уже закончилась.
– Ты уверен в этом? – двинул бровями илалиец, выразив тем самым своё полное недоверие. – С некоторых пор исенбарцам не рады в моём доме.
– Что они сделали вам? – подала голос Тарина.
– Угрожали. Мне и моим пегасам. Требовали отдать им лучших носителей породы.
Это было что-то новенькое. Чтобы вот так в открытую пытаться прикарманить не что-нибудь, а нескольких пегасов… О подобном лурийцам слышать ещё не приходилось.
– Но кем они были, откуда появились? – не удержалась от вопроса Алея, хоть её и причислили к тем самым личностям.
– Я их не видел прежде. Неделю назад они постучались в мои ворота, желая купить животных. Им не отказали в осмотре пятерых трёхлеток, которых я приготовил на продажу. Они остались довольны, но пожелали выкупить моего главного производителя и нескольких маток. Естественно, это оказалось для меня неприемлемо, и мои люди попытались выпроводить непонятных посетителей. Вели себя они так, будто хозяева здесь, потом стали угрожать, разбили стену конюшни и напугали молодняк.
– И они были именно исенбарцами? – уточнил Елисан.
– Не все, но большая часть – определённо, – ответил Элиорро и хмуро глянул на Алею.
Впрочем, он больше не настаивал на выдворении кхари со своей территории. Молодая женщина вела себя спокойно, если не считать её попытки покинуть гостиную, пока хозяин отсутствовал с Невеяром. К тому же в ней без труда можно было узнать чистокровную лурийку. Но полностью нехорошие подозрения так и не покинули пегасозаводчика.
– Я ничего не понимаю, – произнесла мысли вслух кхари. – Насколько я знаю, представители императора всегда вели себя цивилизованно в решении подобных вопросов. Все знают, что империя уже давно пытается вывести породу, приспособленную к засушливому климату. Но я ни разу не слышала, чтобы они применяли подобные методы… Не могу поверить, чтобы Дин-Байсул опустился до такого, или позволил это своим людям.
– Возможно, они пытаются уже слишком долго, и их методы претерпели изменения, – заявил Элиорро, который до сих пор чувствовал негодование.
– Друг мой, мы постараемся разобраться с этим казусом, – предложил Невеяр. – Это могли быть обыкновенные разбойники. Если бы ты знал, что довелось пережить нам на пути к сюда. Когда я посылал к тебе голубя, то и подумать не мог, что нас ждут такие испытания. Ничего удивительного, что я задержался и письмо прождало меня лишние два дня.
После этого беседа потекла по более спокойному руслу, и лурийцы рассказали о постигших их несчастьях. Говорил в основном Невеяр, а остальные дополняли его. Они рассказали обо всём, кроме истинной причины неприятностей – Солнечном оке. Наличие у себя артефакта гости решили пока скрывать ради собственной же безопасности. Алея тем временем задумалась о письме, про которое обмолвился купец…
Элиорро внимательно слушал, но кажется, не был очень удивлён, когда услышал о нападении наёмников на лагерь. Смерть шестерых моряков его тоже не сильно впечатлила, хоть он и выразил своё сожаление. Затем Тарина поведала, что они спешат посетить Орийский храм. По крайней мере, она точно спешила именно туда, в то время как остальные хотели попасть ещё и в Лурью.
– В Ории больше нет обители Благодати, – огорошил их владелец «Стрел».
– Как?! То есть?! – раздалось со всех сторон.
– Он разрушен. Это и есть та новость, о которой я упоминал в кабинете, – Элиорро кивнул Невеяру. – Говорят, там была задействована сильная магия. Некоторые даже утверждают, что вонгирская, но это, конечно, выдумки. Не знаю, кто и что не поделил со служителями и жрецами этого культа, но результат известен – храм утонул в подземном взрыве, а до этого очевидцы наблюдали там сильный переполох и даже издалека слышали ужасающие крики. Никто из близких свидетелей не выжил. В Ории объявлен траур и ведётся расследование. Вчера утром прилетел почтовый пегас и разослал эту печальную новость.
– Но… это ужасно, – побледнела Тарина.
На самом деле это было больше, чем просто «ужасно». Алея и представить себе не могла силу, способную сровнять с землёй целую обитель. Обычно там располагалось множество зданий и построек, а вокруг возводилась высокая белая стена. Адепты Благодати делились на несколько каст, среди которых встречались жрецы, защитники, благодетели, мудрецы и священнослужители. Все они объединялись в большие общины, куда к тому же стекались паломники, чтобы помолиться на святой земле и получить благословение. Больше всего культ Благодати был распространён в западных и северо-западных странах, хотя встречался и в таких развитых и просвещённых восточных державах, как Исенбар. Однако насколько Алея помнила историю мира, ещё ни разу никто не посягал на существование этих храмов, какими бы они ни были – маленькими или большими.
Тут поневоле восставали мысли о Вонгирии – древней империи магов, поработившей почти весь мир тысячу лет назад. Сейчас о них мало кто вспоминал, поскольку последователей у магов-злодеев не осталось. По крайней мере, явных. Но иногда, нет-нет, да и проскакивала какая-нибудь старинная легенда, чаще всего вымышленная, но якобы пришедшая из глубины веков, и в красках расписывала весь ужас бытия простого народа в те давние дни. К слову сказать, что плохо жилось тогда не только простым людям, но и не простым тоже. Право на сносное существование получали лишь те индивидуумы, в крови которых присутствовала магия. Пусть хоть малая толика, но всё же.
Поэтому Алея не удивилась, что среди людей нашёлся кто-то, кто приплёл вонгирцев к несчастью в Ории. Но это могло быть лишь трагическое стечение обстоятельств, и только. Десять веков прошло с момента Великого объединения народов, чтобы разрушить империю зла. И вряд ли она смогла поднять голову именно сейчас, по прошествии такого количества времени.
В общем, этот экскурс в историю можно продолжать очень долго, но сейчас перед лурийцами стояли самые насущные задачи, ведь их планам вновь суждено было измениться. Орийский храм пришлось вычеркнуть из маршрута. Больше всего этому огорчилась Тарина, которой не осталось иного выбора, кроме как лететь на родину. Пусть и ненадолго, а девушке не хотелось показываться на глаза родне, из-под крыла которой она трусливо сбежала несколько лет назад, даже не сказав ни слова на прощание.
– У нас есть три часа на сон, – заключил Невеяр, сохранявший самый мрачный вид на протяжении всего разговора. – Потом садимся на пегасов и летим в Лурью. Другого выбора нет.
Алея предполагала такое решение со стороны купца, который, кажется, был вовсе не купцом на самом деле. С каждым днём всё вокруг них существенно осложнялось. Сначала к ним в компанию добавилась Тарина с медальоном, потом они смогли посмотреть видение, хранившееся в сердце Солнечного ока, а лурийцы едва пережили жестокое нападение на свой лагерь. Теперь вот последовали известия о разрушении обители Благодати. Как ни крути, а невольно закрадывались мысли о связи медальона и трагедии в храме. Что-то закручивалось вокруг светлого культа – теперь это мог бы отрицать только слепой, а таковых в компании лурийцев не нашлось. И вся четвёрка вольно или невольно уже ввязалась в это дело…
Поэтому пришлось быстро смириться, что вместо ванны и хорошего отдыха им придётся садиться в седло уже на рассвете.