Возможно, в Орийской обители Благодати им смогут дать ответы хотя бы на часть этих вопросов. Во всяком случае кхари вздохнёт спокойнее, когда медальон окажется в надёжных руках. Там будут знать, что с ним делать.
Но тут Алея засомневалась: а вдруг Аннама везла артефакт вовсе не в Орию? К чему ей перевозить эту непростую вещицу с важным свидетельством из одного храма в другой? Может быть, там находится более сильный и высокопоставленный служитель Благодати? А вдруг нет? Вдруг Аннама направлялась вовсе не туда? Её караван уничтожили после выезда из Виньяэлло, но до большой развилки, где тракт делился на Лурийское, Баладорское и Салькаларское направления, адепты доехать не успели. И неизвестно, по какой дороге направилась бы жрица. Тем более что она везла Солнечное око, а после просмотра видения Алея представить не могла, чтобы Аннама не торопилась. Тогда почему она не наняла пегасов в Виньяэлло или даже в Исенбаре? Это было бы куда логичнее на взгляд кхари. Да, это удовольствие не из дешёвых, но столь распространённый культ не мог пожаловаться на недостаток золота в своих карманах.
Из всего этого следовал только один вывод: Аннама по какой-то причине не могла воспользоваться услугами крылатых коней в Исенбаре и в Виньяэлло. Но кто знает, может, она хотела посетить «Стрелы Илалии», куда направлялись и они с Невеяром? Однако какова же причина такого решения? Ведь оно отняло массу времени…
Все четверо лурийцев сильно устали после непростого дня. Битва их вымотала, а в мыслях постоянно мелькали воспоминания о потерянных друзьях. Все хорошо понимали, что сейчас очень важно поскорее оказаться под защитой ещё одного друга Невеяра, а не встречать подступающую ночь под открытым небом, где в любую минуту на них могут наброситься из темноты безжалостные убийцы.
К концу дня лошадей пришлось пустить шагом, так как животные слишком устали от постоянной скачки. Поэтому в высокие деревянные ворота «Стрел Илалии» путники постучали уже поздно ночью. Открыли им далеко не сразу и лишь после того, как слуга несколько раз бегал в дом хозяина, чтобы передать ответы пришельцев на его вопросы. Но в конце концов вся четвёрка оказалась в гостеприимных стенах жилища господина Элиорро – владельца пегасного завода и по совместительству друга купца.
Откуда вообще столь разномастными знакомствами мог похвастаться бывший жених, Алея уже перестала ломать голову. Вокруг происходило слишком много всего непонятного, и широкий круг общения Невеяра, куда затесались такие разные люди, как контрабандист Ризоффо и знаменитый илалийский пегасозаводчик, на время перестал волновать кхари. Сейчас она слишком устала и хотела только одного – вымыться и остаться наедине с чистой постелью в нормальной кровати, желательно в комнате, где больше никого не будет.
Но на некоторое время все эти блага цивилизации пришлось отложить, поскольку Элиорро, кажется, совсем не удивился прибытию Невеяра, а наоборот, ждал его. И с нетерпением.
– Невеяр, наконец-то! – воскликнул уже немолодой усатый илалиец, когда встретил гостей в холле своего большого дома.
Места здесь было предостаточно, но хозяин немного смутился, когда вместе с купцом в его обитель ввалилась вся потрёпанная компания. Лурийцам накрыли поздний ужин в гостиной, в то время как Невеяр и Элиорро скрылись в одной из соседних комнат.
Алею так и подмывало встать и пойти разведать, о чём они там секретничают. Что она вскоре и сделала, но была остановлена слугой, которому приказали присмотреть за гостями. Человек заговорил с ней по илалийски, жестами указывая, чтобы она вернулась на место. Кхари это не понравилось, но пришлось подчиниться. Не слишком-то гостеприимно по отношению к гостям, словно они под надзором.
***
– Ты задержался, – заметил Элиорро.
– Обстоятельства изменились, – хмуро ответил Невеяр, усаживаясь в одно из кресел в кабинете илалийца.
– Это я уже понял, – прокомментировал владелец «Стрел». – Тебя ждёт послание из Златолучья. Они решили, что здесь ты его получишь быстрее и надёжнее, чем в дороге. Время сейчас неспокойное.
Элиорро протянул купцу крошечный бумажный свёрток. Невеяр принял голубиную почту и развязал хитрый лурийский узел, гарантировавший, что письмо не было вскрыто. Взгляд купца быстро пробежался по крохотным строчкам, и он понял, что долго рассиживаться и отдохнуть здесь не получится. Его срочно ждали в княжеском тереме – в Лурье произошло нечто ужасное. Настолько, что напрямую об этом не было сказано даже в зашифрованном тексте. Но Невеяр по пальцам мог пересчитать беды, к которым в Тайной службе Миродана отнеслись бы с таким трепетом.
– Что-то стряслось? – спросил Элиорро, когда увидел, как нахмурились брови Невеяра.
– Определённо – да. Лурье снова нужны твои пегасы, друг.
– Как всегда, – улыбнулся в усы илалиец. Впрочем, глаза его оставались серьёзны. – Есть ещё много новостей, которые, я думаю, будут интересны и твоим спутникам, поскольку в них ни для кого нет тайны. Скольких крылатых коней ты хочешь?
– Лучше всего четверых, если это возможно, – купец потёр переносицу, размышляя о собственных новостях, которыми он совсем не хотел делиться, но выбора особого не было.
Четверо пегасов – это, конечно, много и встанет Лурийской казне в копеечку. Но дела сложились не лучшим образом, и если сначала Невеяр собирался полететь в Златолучье только в компании Алеи, отправив своих людей догонять корабль, то теперь он не мог так поступить. Один Елисан едва ли доберётся до Виньяэлло. Почти наверняка описание всех лурийцев было известно проклятым наёмникам, и парня засекут и поймают где-нибудь на подступах к побережью. Отправлять его в двухмесячный конный путь на север не имело смысла по тем же соображениям. Почти наверняка он не доедет.
С Тариной всё обстояло ещё сложнее. Для Невеяра она была тёмной лошадкой, и он предпочитал держать её на виду. Алея вроде бы больше доверяла девушке, но истоки этой женской солидарности для купца оставались неясны. В любом случае наёмница подкинула им непростую задачку вместе с Солнечным оком и ватагой наёмных убийц на хвосте. С этим тоже следовало разобраться как можно скорее, а тут ещё его срочно вызывали в Златолучье.
– Для тебя всё что угодно, Невеяр. Думаю, пегасы вернутся ко мне, как всегда, и мне можно не беспокоиться? – спросил Элиорро.
Как правило в подобных уточнениях необходимости не возникало, и купец посмотрел на илалийца немного удивлённо. Тот выглядел более напряжённым, чем обычно.
– Конечно. Они прилетят обратно, как только я и мои люди приземлимся в Лурье.
Крылатые кони были очень умными животными. Их дороговизна и редкость обуславливались ещё и необходимостью научить молодого пегаса самому ориентироваться в поднебесном пространстве. Иногда человеку требовался полёт только в один конец, и в таком случае летающий зверь возвращался в родное стойло, как кошка, загулявшая в метель, но всё равно притопавшая к очагу ко времени обеда.
Элиорро кивнул и спросил, словно пытаясь загладить прохладный приём:
– Это была твоя последняя миссия в Исенбар? Ведь ты нашёл ту, что искал?
Илалиец спрашивал, как друг, проявляя участие. А Невеяр теперь не знал, что ответить. Если бы его спросили об этом в тот день, когда он встретил Алею на базаре в Лардим-Азрае, то ответ был бы твёрдое – да! Но теперь… Он ведь не знал другой жизни. В Лурье его особенно никто не ждал, а просто так осесть там, пусть и оставаясь на службе у князя, Невеяр не горел желанием.
– Время покажет. Я ещё не знаю, зачем Миродан призывает меня так срочно. Я-то думал, что заслужил некоторый отдых за столько лет службы.
– Думаю, ты скоро узнаешь это. А теперь пора вернуться к твоим спутникам. Они, наверное, заждались нас.
– Да. Но сперва я должен написать письмо в Златолучье.
***
Когда к ним присоединились Невеяр и Элиорро, слуга быстро что-то затараторил, указывая на молодую женщину, отчего лицо хозяина приняло не слишком приятное выражение.