Греческие музы – прекрасные девы, нимфы невероятной красоты и грации, облачённые в белоснежные одежды, сотканные из тончайших облаков. Дети богов, обрекающие простых смертных на внеземное вдохновение, обрекающие создавать лучшее из человеческих шедевров. За гранью человеческого понимания…

По коже пробежала волна холодных мурашек.

– Мы с тобой созданы друг для друга. Теперь ты понимаешь это? Теперь ты наконец видишь то, что я пытаюсь тебе показать?

Весь мир перестал существовать для меня в эту минуту. Он остановился, отошёл на второй план, затих и замер в ожидании. Миллиарды людей просто растворились в воздухе, уступая место тишине и всё стало неважным. Всё, что я ощущала – это приятные покалывания в кончиках пальцев, умиротворение в душе и его голос. Мягкий, хрипловатый грудной шёлк, обволакивающий мою сущность со всех сторон.

Самый прекрасный голос в этом мире.

– Это правда? – не веря собственным ушам, спросила я слегка подрагивающим голосом.

Ян нежно обнял меня сзади, положив свои руки на мои.

– С первой нашей встречи я говорил тебе праду, Ава. Ты – единственная, кто может спасти меня. Ты – единственная, кто мне нужен, – к горлу подкатил ком, слезы хотели вырваться наружу. – Ты моя муза.

– Прости, – внезапно в груди защемило. – Прости, что я не видела этого раньше.

– Тсс, ничего, ничего, – выдохнул Ян прямо на ухо, успокаивая меня. – Главное, что теперь ты это видишь.

Я готова была сорваться на крик перемешанный со слезами. Громко, во весь голос. И мне было всё равно, если бы кто-то извне улышал это. Разве я имела право чувствовать это?

Я…

– Ты даже не преставляешь какое это счастье, держать тебя в своих руках, – его руки ещё крепче обняли меня. – Но сегодня, ты всё же заставила меня пожалеть об одной вещи, – Ян поцеловал меня в плечо, в то место, где заканчивался самый верхний шрам. – Мне жаль, что не я подарил тебе это.

Глава 12: Огонь, лёд и роза

– Куда мы идём? – спросила я, цепляясь за его шею. Мгновение назад, Ян взял меня на руки как пушинку и быстрым шагом вышел из фотостудии.

– Ты хотела сказать, куда я тебя несу? – парировал он. – Несколько часов назад я едва смог сдержать себя, и сдерживал всё это время, если ты обратила внимание, – его бровь выгнулась, глаза сверкнули, а губы растянулись в хищной ухмылке, обнажая ровные зубы.

– Не понимаю о чём ты, – покраснела я, но меня это скорее удивило, учитывая то, что на мне всё так же были надеты только брюки.

Между моим телом и этим мужчиной не осталось практически никаких секретов. Собственно, как и между моей душой.

Он видит меня. Чувствует. Знает, на какие точки нужно надавить, чтобы узнать меня.

А он?

Он сплошная загадка…

– Почему ты так любишь фотографию? – я заглянула в его глаза, но теперь он смотрел прямо перед собой, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

Мужчина сохранял молчание, проверяя моё терпение на прочность.

Миновав коридор и главную спальню, Ян занёс меня в ванную комнату.

– Раздевайся, – Ян поставил меня на ноги. – Я хочу принять ванну.

– Сейчас? – слегка опешила я. Он повернул кран, из которого бурным потоком хлынула горячая вода, а сам стал неспеша расстёгивать пуговицы на рубашке. – Ты хочешь…

– Разумеется, – он согласно кивнул, не дав мне договорить.

Сумасшествие какое-то.

Пока я стыдливо снимала оставшуюся одежду, вода в ванне быстро прибывала, а Ян добавлял в воду какие-то ароматические масла и пряности из крошечных стеклянных бутылочек, которыми была уставлена большая полка. Его одежда уже валялась на полу, а мои бесстыжие глаза сами собой посмотрели на него.

Клубы пара заполнили пространство и я видела его обнажённую фигуру сквозь эту пелену.

До этого момента, я ещё никогда не видела голого мужчины в своей ненасыщенной и слишком короткой личной жизни. Вот так, во весь рост, в хорошо освещённом помещении. Ища спасение, я уставилась на воду, которая приобрела молочно-белый цвет.

– Ава? – Ян протянул мне ладонь и помог забраться в ванну.

Пахучая жидкость обжигала, но это были приятные ощущения.

– Откинься назад, – прошептал он, когда сел позади меня и положил руки на плечи.

За такой короткий промежуток времени я испытала слишком много противоположных, и зашкаливающе-контрастных эмоций. И Ян снова оказался прав, пусть и не сказал этого вслух. Горячая ванна способна снять это напряжение.

Мужчина взял пузатую бутылочку и вылил на свою ладонь немного геля.

– Вкусно пахнет, – отметила я, когда он начал растирать между ладонями тёмно-красную жидкость.

– Грейпфрут, – его пальцы стали втирать аромат в мою шею и ключицы. – Люблю цитрусовые. Но… – его ладонь замерла, а пальцы слегка надавили. – Тебе не подходит этот аромат. Настоящая ты пахнешь намного вкуснее, – снова этот неопределённый, грудной и низкий звук. – Намного.

Я лучше чего бы то ни было знала запах этого человека. Он вонзился в мою память моментально, плотно закрепился и осел, завладел мной. Такое ощущение может подарить только что-то подсознательно знакомое, то, чего ты так долго ждал, жаждал, мечтал… Чего не знал, но чувствовал потусторонним, неосознанным чувством. Но я… я даже и подумать не могла, что я могу привлечь кого-то таким образом.

– Расскажи.

– Ооо… милая Ава, – его вздох звучал слаще нектара самого редкого цветка на планете. – Ты пахнешь как туман, как заполняющая всё собой предрассветная дымка, – руки, пена, вдох. – Ты пахнешь как сумерки, как густая мелодия рояля, как мёд и горстка лепестков, только что сорванных с пышного бутона, – он наклонился и провёл губами по шее, делая шумный вдох, а затем я почувствовала как его зубы аккуратно сомкнулись на коже.

Это коварное движение сделало своё дело.

– Но все мои попытки тщётны, – продолжил он как ни в чём не бывало. – Я всё равно не смогу найти нужных слов, чтобы описать это.

– Ты не ответил на мой вопрос, – я прикрыла глаза от удовольствия.

– Какой? – Ян вновь продолжил поглаживать мои руки и плечи, массируя мышцы.

– Почему ты любишь фотографию? – яростное желание узнать его получше загорелось с новой силой. – Как ты пришёл к этому?

Мужчина коротко рассмеялся.

– Это всё что я умею.

– Неправда, – я даже замотала головой в знак подтверждения своего несогласия. Помимо его музыкального пристрастия, в чём я убедилась самолично, наверняка было что-то ещё. Должно было быть, потому что такие личности всегда хранят в себе множество тайн.

– Почему люди любят что-то? Это чувство нам неподвластно, потому что человек слаб. Особенно, если это касается другого человека.

– И ты уже испытывал это раньше?

– Ты сейчас говоришь о любви к фотографии?

Я рассмеялась. Как этому мужчине так легко удаётся направлять меня в необходимую сторону, ту, о котрой я сама не догадывалась, пока не оказывалась там?

Смех, или очищающие слёзы. Так просто.

– К человеку.

Его руки спустились ниже.

– Ты же начала говорить не об этом…

Добрую половину дня чёрный огонь его глаз беспрепятственно касался меня, давая собственной фантазии уходить в до этой поры неразгаданное поле, но как только его руки физически коснулись груди, я ощутила всю полноту собственного желания. Мне тут же стало стыдно, но моё тело отказывалось подчиняться разуму.

– Это не впервые, да, крошка Ава? – сильные пальцы рисовали затейливые узоры, спускаясь к животу и поднимаясь обратно, дразня тонко чувствующие нервные окончания. – В первый раз ты сама всё решила.

Движения рук стали более чувственными. Теперь он знал не только как управлять моей сущностью, но и телом.

Нет, не теперь. Он знал это с самого начала.

– В первый раз ты сама взяла свои желания в собственные руки, – продолжил мужчина. – А сейчас, ты хочешь чтобы это сделал я?

– Несправедливо, – практически прошептала я.