– Привет! – поздоровался я с ней, найдя наконец-то палату. – Как ты себя чувствуешь?

– Не очень, Ричард, – ответила она, отвернувшись от меня, – не очень.

– Зачем ты это сделала?! – давил я на нее, в ожидании ответа.

– Ричард, мы еще совсем дети, – объяснила она, – мы не поженились.

– За девять месяцев успели бы! – резко произнес я. – Но ты решила все самостоятельно, без меня, не предупредив!

– Детки, которые рождаются вне брака, – шептала она, обнимая подушку, – могут оказаться несчастными.

– Я бы женился на тебе за это время! – кричал я на всю палату.

– Почему ты кричишь? – спросила она меня. – Ты бы пожелал такое будущее нашему ребенку?

– Лизи! – орал я, схватив ее и повернув лицом ко мне. – Что ты несешь?!

Мне показалось, что она сошла с ума и ей нужен врач. Она, словно не слышала меня, оказавшись в своем мире, не воспринимая ни единого слова, что я говорил.

– Я бы женился на тебе! – повторил я. – Ты слышишь меня?!

– Слышу, – равнодушно ответила она. – Я все слышу.

– Наш малыш родился бы в браке! – обнимал я ее, чуть ли не рыдая. – Что ты наделала, Лизи?!

– Мы еще дети, – повторила она, – мы не поженились!

Промолчав, я стоял рядом с ее кроватью, наблюдая за ней.

– Ричард, – взяв меня за руку, обратилась ко мне Лизи, – такого будущего ты хотел бы для наших детей?

– Нет, – шепнул я, крепко сжимая ее ладонь, повторяя, – конечно, нет.

Опустив голову и присев на кровать, рядом с Лизи, я задумался.

– Соскучилась, – произнесла она, пытаясь обнять меня, – а ты?

– И я тоже… – погладив ее по голове, ответил я, – тоже по тебе соскучился.

– Ричард, – пуская слезы, говорила она, – мне нужно рассказать тебе!

– Про парня? – перебил я ее, догадавшись, о чем она хочет сказать.

– Откуда ты узнал? – краснея, задала она вопрос. – Откуда?!

– Бабушка Ирен упомянула, – поделился я, – он был до меня.

– Да, был! – беря меня за руки, сквозь слезы говорила она. – Но сейчас в моем сердце только ты!

– Хотел бы я поверить тебе, Лизи! – смотря в ее глаза, я не мог увидеть в них правду. – Хотел бы!

– К сожалению, – отвернулась она, – до тебя я допустила ошибку.

– Какую ошибку, Лизи? – спросил я. – Не отворачивайся от меня!

– Я переспала с тем парнем! – закричала она громко. – Ты не был первым!

– Да я понял, – признался я, – что не был.

– Ричард, это было по глупости всего один раз! – обнимая меня, кричала она, шатаясь на кровати и теряя координацию. – Я даже не знаю, смог ли он сделать из меня женщину!

Я молча смотрел на нее, в моей душе назревала гигантская буря, размером с чертовы высотки Манхеттена, которые вот-вот обвалятся, вырвавшись призрачным негодованием в больничной палате.

– Один раз, значит! – сжимая кулаки, повторил я, – Кто он?

– Я не хочу говорить о нем! – она внезапно покраснела, попытавшись отвернуться от меня и сменить тему, – давай мы просто…

– Кто он, я тебя спрашиваю?! – пытался уточнить я, перебив ее и взяв за лицо, да так, что от моих пальцев на ее щеках стали появляться красные следы. – Как его зовут?!

– Мне больно! – кричала она, глядя мне в глаза. – Отпусти меня, пожалуйста!

– Сука! – выпалил я. – Верил же тебе до последнего!

– Ричард, но это было до тебя, пойми! – пыталась она оправдаться, успокаивая меня. – Я так тебя люблю!

– Зачем было врать мне, Лизи? – не выдержав, я начал колотить стены, оставляя отметины краски на пальцах. – Ты же знаешь, я не терплю ложь!

– Ричард, ты помнишь наш первый раз? – перебила она меня, отталкивая от стен. – Мне было настолько больно, что я даже закричала!

– Да, потому что я всадил тебе глубоко, резко и внезапно! – продолжал я орать на нее, раскидывая ее тряпки по палате. – Чтобы хотя бы на одну секунду почувствовать, что я у тебя первый!

Она замолчала, прижав меня к себе, как дикого зверя, и пытаясь поцеловать, а мне было невыносимо противно стоять рядом с ней.

– Я хотел быть первым у развратной суки! – грубо говорил я, сжимая ее тело изабираясь под больничную одежду. – Хотел быть всегда с тобой!

– Только один раз, – шепнула она мне на ухо, – до тебя, Ричард.

– Я должен поверить, что ты только один раз с кем-то спала? – спросил я, смотря в ее лживые зеленые глаза. – Почему мне кажется иначе? Ответь мне!?

– Не знаю, – плакала она, прижимаясь к моей груди и расстегивая рубашку, – ты не веришь мне.

– Да отвяжись ты от меня! – оттолкнул я ее. – Зачем ты лезешь ко мне?

– Хочу помириться, – ответила она, – пойти прогуляться с тобой.

– Сука! – не отдавая отчет своим действиям, орал я, разозлившись на нее еще сильнее. – Почему я чувствую, что ты спала со всей толпой мужиков, которые на тебя постоянно смотрели, пуская слюни и поправляя штаны?

– Ричард! – начала она кричать. – Как ты смеешь!

– Заткнись! – сказал я, глядя на нее и отойдя подальше. – Я хочу тебя ударить, понимаешь?

– Бей! – орала она, начав истерично реветь. – Чего ты ждешь?!

– Убью, сука! – поставив ее на колени возле кровати, кричал я.

Понимая, что нас могут заметить или войти в самый неподходящий момент, я не стал запирать дверь палаты, чтобы выставить напоказ унижение лживой девчонки, грубо бросив ее хрупкое тело на кровать.

– Молчи, – тихо попросил я, – будь хорошей девочкой.

– Ты этого хочешь? – спросила она меня, прижимая лицо к простыне. – Ты хочешь взять меня прямо сейчас?

– Лизи! – остановил я ее. – Не провоцируй меня.

– Возьми меня! – настаивала она. – Чего ты стесняешься?

– Ты делаешь из меня зверя! – признался я ей с подступающим комком рвоты к горлу. – С тобой я становлюсь монстром!

Немного ослабив хватку, я остался стоять возле кровати и смотрел, как она искушает меня.

– Вот и ответ, – тихим голосом говорила она, – я чувствую, что ты хочешь со мной сделать и разрешаю.

– Ты разрешаешь мне сделать тебе больно? – удивился я. – Ты хочешь этой боли?

– Я люблю боль, Ричард! – резко ответила она мне. – Боль, причиненная тобой – лучшее, что со мной случилось.

Я испытал шоковое состояние от услышанного только что, мое возбуждение возросло в несколько раз, и я начал срывать с Лизи больничную пижаму.

– Какая же ты красивая! – сказал я, глядя на нее. – Ненавижу тебя за то, что ты со мной делаешь!

– Продолжай, Ричард! – просила она меня. – Хочу детей от тебя!

– Тогда сначала мы поженимся, – еле прошептал я, гладя ее соски и рассматривая тонкое, бледное, обессиленное тело. – Выходи за меня.

– С тобой я согласна на все, – призналась она, – только с тобой.

Одновременно хотелось жестко отыметь ее, ударяя по губам за ложь, но возбуждение взяло вверх над жаждой насилия, и я всецело переключился на желание секса с развратной сукой. Она, доводя до истощения, лепила из меня чудовище, которое хотело ее страстно.

– Ты никогда не был романтиком, – утверждала Лизи, встав на четвереньки, она раздвигала руками ягодицы, позволяя ласкать себя, – тебе всегда хотелось так?

– Был, Лизи, – рассматривая ее сзади, отвечал я, – но ты изменила меня, перекроила каждый нейрон в моей голове.

– Очень жаль, Ричард, – ответила она, наклонившись вперед, упираясь руками на кровать, – я готова испытать любую боль, если она от тебя, продолжай.

– Не хочу чувствовать себя садистом, – произнес я, гладя ее ноги и спину, потихоньку переходя выше, ближе к шее, – хочу быть ласковым, понимаешь?

– Но, ты уже на этом пути, – ответила Лизи, извиваясь передо мной. – Что тебе хочется сделать сейчас?

– Придушить тебя! – грубо ответил я, снимая штаны.

– Души! – воскликнула она, замерев в одной позе. – Давай!

Добравшись рукой до ее густых светлых волос, а после, нащупав шею, я слегка придушил ее и почувствовал, как дыхание Лизи прерывается, и меня это завело еще сильнее.

– Возбуждает? – спросила она меня, ухмыляясь. – Хочешь меня?

– Еще как! – отвечал я, уже не в силах сдерживаться, желая грубо овладеть ею. – Не хватает зеркала напротив, чтобы я видел твое лицо.