— Брат. Все-таки вылез из своей обители? — без злобы спросил он — Знаешь, там, конечно, лучше, чем в норе, но как ты вообще в такой темени постоянно…

— Нет времени, — перебил его Брат, не сбавляя шаг, — Вы ведь все помните да? Наш план?

— Да, конечно. Мы обсуждали его тысячу раз, — ответила Спутница, провожая взглядом золторианца, — Но к чему ты…

— Ты все помнишь, отлично, — Брат быстро обернулся и довольно хлопнул ладонями, явно обратив внимание только на первую половину фразы, а затем поспешил дальше — Остальное мелочи. Все получится. У меня есть решение.

— Подожди, куда ты собрался? — выкрикнул человек, но было уже поздно. Золторианец уже вылетел за входную дверь, не дав оставшимся времени на дополнительные вопросы. Йоки со Странником переглянулись, и человек усмехнулся:

— В очередной раз он уходит так.

— Он ведь не наделает глупостей? — с ноткой волнения в голосе спросила Йоки.

— Я надеюсь, — ответил человек и, протянув руку через стол, крепко сжал ладонь кови, глядя в ее глаза, скрытые визором шлема.

***

План Брата был прост. И выбравшись из норы, он уверенным шагом направился искать ближайшего левитирующего бочонка, чтобы поскорее его осуществить.

Внутренняя сфера, как и все остальные помещения на ковчеге, обслуживалась пенатами. Брат точно не знал, что скрывается за голограммой звезды в небе над ним, но был уверен, что там есть служебные тоннели дафта, как и под землей. Он много раз пристально наблюдал за взмывающими вверх бочонками, которые сначала превращались в едва различимые точки, а после и вовсе пропадали из поля зрения. Но не из-за их удаления. Они скрывались под покровом голограммы. Дальнейший их путь золторианец мог отследить только по информации, полученной из их же сети. Но этого было достаточно.

На служебных ходах внутренней сферы стояла защита, которая пропускала внутрь только пенатов. Но и с этим не должно было возникнуть проблем. Для этого всего-то и нужно было стать… Пенатом. Брат хорошо научился манипулировать сознанием дафта, во всяком случае он так считал, и обмануть систему защиты не представлялось для него сложной задачей.

Оставалась только одна проблема — собственно, добраться до внутренней сферы. Она находилась высоко в небе, а левитацией золторианец, к сожалению, так и не овладел. Вот здесь и скрывалась самая безумная деталь плана. Корпус пената был достаточно гладким, почти не за что ухватиться, но Брат считал, что было бы только желание. Управлять левитирующим бочонком, явно не предназначенным для перевозки грузов, с самим собой в качестве балласта, должно быть не просто. Но других вариантов больше не было. «Теперь нельзя отступать», — так думал Брат, подходя к роботу и темному, который занимался его обслуживанием, в одном из скверов с голубоватой травой.

— Генри, еще пару минут, я не закончил, — не отвлекаясь от своего дела пробормотал темный, услышав чужие шаги.

Брат остановился рядом с ним и задумался. В первый раз в его голову закрались сомнения. Им стоило бы возникнуть пораньше, но в его голове все выглядело значительно лучше. У золторианца была от силы пара минут, чтобы перехватить контроль над бочонком и долететь до входа в сферу, пока дафта не сообразят, что случилось и не перекроют доступ туда. Если не успеть, то все может оказаться напрасным. Да и вопрос, как выбраться обратно наружу оставался открытым. Но все сомнения быстро сошли на нет, когда темный повернулся к Брату, и отрыл его взору отличную возможность. Задняя панель бочонка была открыта и за ней находились две удобные ручки, за которые можно было ухватиться. Скорее всего эти элементы являлись чем-то иным, но на текущий момент, Брата это совершенно не волновало.

— А. Это ты, — на лице темного выступило недовольство, как только он разглядел своего гостя, — Ну что тебе нужно, безумный старик? Опять будешь рассказывать свои небылицы?

— Не в этот раз, — ответил Брат, и одним ловким движением подскочил к темному и коснулся своими пальцами его висков, отчего тот закряхтел и, закатив глаза начал валиться на землю.

— Отдохни, наджи — золторианец помог темному аккуратно уложится на траву, и в тот же момент услышал негодующие писки пената, который почуял что-то неладное.

— Ты то мне и нужен дружок, — ухмыльнулся Брат, и приложив ладонь к корпусу бочонка, устремился в его машинный разум, — Понимаешь ли, мой Роджер у вас не в почете, так что честь быть моим помощником сегодня выпала тебе.

Тот еще раз протестующе пискнул, но быстро успокоился, под натиском золторианца. В тот же момент Брат ухватился за две детали ручки, и устремил свой взгляд к местному солнцу.

— Ну что, отcчет пошел, — прошептал он, и мысленно приказал роботу взлетать вверх, — Не могу поверить, что делаю это.

Часть 3. Ковчег. VIII

— Что? Почему ты мне не веришь? — Странник с наигранным негодованием откинулся на спинку стула, не сводя глаз с озорных искорок Йоки.

— Потому что ты говоришь глупости. Не верю, что кеты, — Спутница театрально развела руками, — Великие бесстрашные кеты, боятся этих милых созданий. Как ты говоришь, они называются?

— Кошки, — уточнил Странник, — Не уверен, что это была именно кошка, но вела она себя именно так. Она терлась об ноги и мурлыкала. А Кер Догма в ужасе кричал: «Уберите от меня эту тварь!»

Оба весело рассмеялись.

Парочка сидела и болтала о том о сем, за порцией Этеро-Цке в том же самом месте, где их оставил Брат. Только пару часов назад взбудораженный чем-то золторианец пронесся мимо них, по одному ему известным делам, так и не ответив ни на один вопрос, и оставив двоих в некотором смятении. Но это смятение быстро прошло. Пара вновь осталась наедине, в интимном обществе друг друга, заверив себя, что с Братом все будет в порядке.

Чем больше времени Странник проводил с Йоки, тем чаще он ловил себя на мысли, что глупо улыбается, глядя на нее. Он смотрел прямо в ее золотистые искорки сквозь визор шлема, а Спутница отводила взгляд, и это заставляло Странника улыбаться еще шире. Они проводили много времени вместе, почти все время. Брат постоянно пропадал, занимаясь исследованием Ковчега, и тогда двое оставались вдвоем, не считая висящего в воздухе Роджера, периодически издававшего писки в самые неподходящие моменты. Страннику хотелось верить, что там, под шлемом Спутница тоже улыбается ему. И без сомнений он был прав.

Йоки вновь отвела взгляд в сторону и тихо проговорила:

— Ты знаешь, я починила свой шлем. Ну, частично. Теперь я могу его снять.

— Серьезно? — Странник улыбнулся, — Это значит я наконец смогу увидеть твое милое личико?

Йоки усмехнулась, и повернулась обратно к Страннику, — Видимо да. А ты хочешь… Увидеть мое лицо?

В воздухе повисла новая атмосфера и человек искренне ответил:

— Еще бы, Йо-йо.

Спутница тихо выдохнула и устремила взгляд куда-то вдаль, а потом тихо сказала:

— Мне так хорошо с тобой. Я забываю обо всем на свете. О дафта, о том, где мы сейчас. Обо всем… Как бы я хотела, чтобы так было всегда.

— Я… — человек запнулся и кашлянул, — Мне тоже нравится быть с тобой. Я помню мало, а еще меньше хорошего. Но ты, пожалуй, самое прекрасное, что случалось со мной.

— Да… — ответила Йоки, — Твоя искренность очаровательна. Когда ты говоришь так, я ощущаю тебя настоящего рядом со мной. Ты ведь не весельчак. Не солдат, — Спутница протянула к нему свою ладонь, и человек ответил тем же, почувствовав приятное прикосновение мягкого синтетического материала, — Ты даже не Странник. И сейчас ты настоящий.

Повисло молчание, и оба просто смотрели друг другу в глаза, держась за руки.

— А что…Что бы ты еще хотел? После того, как увидел бы мое лицо?

— Я… Я бы хотел…

В этот момент Роджер в очередной раз громко пискнул, отвлекая внимание на себя.

Оба тихо рассмеялись, а затем заметили, что держатся уже обеими руками, наклонившись друг к другу над столом. Их лица находились на расстоянии вдоха, однако они не чувствовали дыхание друг друга. Лишь выдох человека оставил едва заметное непрозрачное пятнышко на визоре шлема.