Литмир - Электронная Библиотека

Алекс занялся грилем чуть в стороне от меня. Солнце начинало припекать, и я позавидовала тем троим, что сейчас наслаждались озерной прохладой. Не выдержав жары, приблизилась к деревянным мосткам, села и опустила лодыжки в воду. На берегу находиться было существенно легче, чем на раскаленном песке.

Я обернулась на Алекса. Он разжигал угли, и я подумала, как, должно быть, жарко ему. И кто вообще догадался жарить мясо на гриле в такую жару? Наверно, я смотрела слишком долго, потому что Алекс, закончив со своим занятием, подошел ко мне.

– Почему не купаешься?

Я пожала плечами, стараясь придать своему голосу искреннее звучание.

– Не взяла купальник. А ты? Неужели не жарко?

– Жарко. Но я не купаюсь в открытых водоемах, – он с брезгливостью посмотрел на поверхность озера, куда-то вдаль.

– Почему?

– Мало ли, что может быть в этой воде. Особенно, в стоячей.

– Боишься микробов?

Я сразу представила себе фильм про парня из пузыря. А потом – Алекса в пузыре и улыбнулась. Алекс в ответ усмехнулся, присел на корточки. Я перекинула ноги вбок на мостках и повернулась, чтобы не сидеть к нему спиной. Оперлась правой рукой и почувствовала боль в указательном пальце.

– Ауч!

Дернула руку к себе и стала всматриваться в подушечку собственного пальца. Алекс спокойно махнул головой.

– Заноза?

– Угу.

Я принялась пальцами левой руки доставать противную деревяшку, насколько позволяла повязка. После нескольких попыток, стало понятно, что ничего у меня не получится. Алекс поднялся.

– Не ковыряй. Погоди.

Он ушел к машине и вернулся ко мне с аптечкой. Достал оттуда какой-то флакон, протянул мне руку. Я спрыгнула с мостков и подошла ближе. Алекс сбрызнул мою руку каким-то спиртовым раствором, обработал свои руки.

– Что это? – спросила я, косясь на флакон без надписи.

– Антисептик.

Он повернул мою руку, разглядывая занозу. Постарался поддеть ее ногтями, но не вышло.

– Надо будет положить в аптечку пинцет.

Алекс разглядывал мой палец так сосредоточенно, как будто это было делом всей его жизни – достать эту чертову занозу. Я смутилась и хотела убрать руку.

– Ничего, дома вытащу.

Алекс, не отрываясь, ворчливо пробубнил:

– А если загноится?

Он еще какое-то время с усердием пытался вытащить мешающую занозу, но она упрямо не хотела поддаваться. Алекс недовольно фыркнул, поднял мою руку к своему рту и в какие-то доли секунды вытащил занозу, сжав ее зубами. Я вздрогнула, а он только сплюнул малюсенькую деревяшку на песок и снова брызнул антисептиком на мою руку. Ранку защипало.

– Ай! Щиплет…

– Значит, целиком вытащил.

С чувством выполненного долга он вернул флакон с антисептиком в аптечку, достал пластырь, обмотал им мой палец и улыбнулся.

– Спасибо. Ты спас меня от заражения крови, – я улыбнулась в ответ, повертела раненым пальцем и махнула рукой на аптечку. – У тебя всегда с собой есть антисептик?

Он серьезно кивнул.

– Не люблю, когда руки грязные.

Я не выдержала и хрюкнула от смеха.

– Ты из тех людей, у которых патологическая тяга к чистоте?

– В какой-то степени.

– У тебя дома, наверно, так чисто, что можно есть с пола.

Когда я это сказала, то снова мысленно выругалась на себя за словесное недержание. Но Алекс рассмеялся.

– Не переживай. Если ты когда-нибудь придешь ко мне на ужин, я положу тебе еду в тарелку.

Я надеялась, что солнце успело сделать кожу достаточно красной, и Алекс не увидел, как румянец залил мое лицо. И почему, когда он оказывается рядом, я обязательно выдаю какую-нибудь ерунду?

От неловкой ситуации меня спас подъехавший Фольксваген Амарок. С пассажирского сиденья пикапа выпрыгнула Кэм. Мне не понравился ее вид. Лицо было слегка опухшее, а улыбка казалась искусственной. Следом за ней из машины вышел Тед. Он был одет в теннисный костюм с накинутым на плечи хлопковым пуловером на манер миллионеров. Потянулся, хрустнув суставами, и бодро зашагал к нам.

Я смотрела на этого мужчину и снова видела в нем прежнего мужа Кэм. Тогда как вчера он казался другим, сегодня же, Тед производил впечатление веселого, компанейского парня. Интеллигент с аккуратно зачесанными назад волосами и приветливой улыбкой. Но что-то настораживало меня в такой резкой смене облика.

– Привет, я Тед, – сказал он Алексу и протянул руку.

Алекс посмотрел на него как-то иначе, не так, как на Сэми или Харви, на меня. Но Тед, казалось, этого не заметил, махнул рукой остальной компании и почти дружелюбно кивнул мне.

Я подошла к подруге, которая раскрыла мне объятия с напускной веселостью.

– Кэмерон, все в порядке?

Она отмахнулась и нервно хихикнула.

– Да, все отлично.

Я не поверила ей и серьезно смотрела в лицо. Ее глаза забегали.

– Лети, мы… мы просто поругались вчера с Тэдом, вот и все. Сейчас все хорошо.

Из озера возвращались уставшие волейболисты. Угли в гриле уже практически полностью прогорели, и пришлось засыпать новые.

Спустя час, мы расселись вокруг стола и весело общались. Сэми уминал мясо, периодически задирая Харви, тот, накинув руку на плечо Сабрины, лениво отбивался от атак. Мы с Алексом смеялись над ними, сидя на противоположных сторонах стола. Тед иногда подливал масла в огонь, помогая Сэми доставать Харви, а Кэм спокойно сидела рядом с ним.

Я не узнавала подругу. Оторва, энергичная и бойкая, сейчас она воплощала собой облик прилежной жены английского виконта, посматривала на мужа и молча следила за беседой.

Устав от перепалок, Харви взял в руки гитару, провел большим пальцем по струнам. Вступление “Only God Knows Why” Кида Рока я узнала сразу. Бархатный тенор Харви приятно растворялся в музыке. Гитарный перебор, казалось, разлился по всей глади озера. Он пел, а я, погружаясь в мотив, начала покачиваться. Петь никогда не умела и портить исполнение Харви не хотелось, потому просто открывала рот, про себя проговаривая слова песни. Когда наткнулась на изучающий взгляд Алекса, смущенно улыбнулась и села ровно. Он качнул головой и отстукивал пальцами в такт по бутылке с минералкой, которую держал в руках.

Песня подошла к концу и, елозивший все это время на стуле, Сэми сморщился.

– Ты не думал сменить репертуар?

– А что не так? – вступилась Сабрина. – Хорошая песня.

– Да кто бы спорил. Только так и уснуть не долго. Пободрее ничего нет?

– Пободрее? – нахмурился Харви, но, вопреки обыкновению, не огрызнулся, а задумчиво потянулся к своим джинсам.

Он вытащил из заднего кармана сложенный вчетверо листок, развернул и, раздвинув тарелки на столе, положил его перед собой. Прижал край солонкой. Несколько раз нестройно брякнув по струнам, он, чертыхнулся, провел пальцем по листку и покосился на Кэм с хитрой улыбкой.

– Мммм, – промычал он начало вступления, а по моей спине отчего-то прошел холодок.

Кэмерон смотрела на Харви стеклянными глазами, вероятно, тоже узнав песню, которую пела вчера в баре. Харви затянул куплет и многозначительно поглядывал на Кэм, не замечая перемен в ней. Она повернулась к Теду и снова перевела взгляд на друга.

Сабрина визгнула, подхватила мотив, но, дойдя до припева и не получив поддержки ни от кого, кроме нее, Харви обиженно положил гитару плашмя на свои колени.

– И как это называется? Я все утро разучивал для нее аккорды, а она не собирается мне помогать! Тебе не стыдно вообще? – он ткнул ладонью в Кэм, и та даже вздрогнула. – Или со вчерашнего дня забыла слова?

– Правда, спой, – подключился Сэми. – Вчера круто вышло. У тебя-то голос поприятнее, чем у Харви.

– Спой, Кэмерон, – Тед повернулся к ней и поднес стакан с водой к губам. – Мне тоже интересно послушать, как ты поешь. Я ведь ни разу не слышал.

Кэмерон замялась, почти с упреком взглянула на Харви и с надеждой – на меня. Током прошило все тело, но как помочь ей я не знала.

– Извините, сегодня нет настроения, – виновато улыбнулась Кэмерон, обхватив себя за плечи.

8
{"b":"856540","o":1}