Снова затихло. Ещё один скрипучий шаг по снегу в их сторону. Страх нарастал как опухоль, тяжело пульсировал в груди. Аня замерла, стараясь не дышать. Снова шаг – почти совсем рядом. Не выдержав, она приподнялась так, чтобы увидеть хоть что-то из-под густого меха капюшона. Похоже, зрение привыкло к лесной темноте, потому что без труда различило две тонкие ноги и длинный рыжий хвост. От радости Аня то ли пискнула, то ли взвизгнула и подняла голову.
– О! Да это человек! – незнакомый крепенький белькар с белым треугольником на ухе махнул коротким копьём кому-то в переплетении ветвей.
С высокой смолистой сосны рыжими шишками посыпались его сородичи. К обнаружившему ребят белькару присоединились несколько мужчин племени и две женщины. Нарсу Аня узнала только по голосу:
– Надо же! Спасительница белькар – носом в снегу! Это кто из вас придумал такой отличный способ спрятаться от студёных? – Сашка уже тоже приподнялся из сугроба: по широкому курносому лицу в снежной крошке расплылась довольная улыбка. Но тут белькара добавила: – Да если б не олень, плевать они хотели на вашу маскировку. У них даже глаз нет – учуяли бы по теплу. Спасибо Слитым, студёные так увлеклись погоней, что вообще не заметили, как вы грохнулись в сугроб.
Аня разглядела, как кое-кто из спутников Нарсу свёл вместе ладони и поднёс их ко лбу.
– И мы поблагодарим Слитых, – подал голос белькар, первым подошедший к девочке. – Если бы студёные нашли людей, нам бы тоже пришлось спасаться бегством. И ещё неизвестно, кто дожил бы до утра.
– Ты, как всегда, рассудителен, Аске, – с непонятным раздражением произнесла Нарсу, – но лучше нам отсюда уйти. Если студёные догнали оленя, они могут понять, что вместо трёх закусок им досталась всего одна. Упаси Слитые, они вернутся, и закуской станем все мы.
Никонов поднялся, отряхиваясь от снега, и Аня последовала его примеру.
– А куда идти? – рискнула уточнить она. – Нам бы надо на границу…
– Нам всем туда надо, – кивнула Нарсу. – Вот и пойдём.
Под ногами захрустел наст. Теперь путешествие уже не было таким лёгким, как в начале.
– А зачем вы вообще сюда пришли? – поинтересовался вдруг Сашка. – Если Вит делает из вас коврики, а дочери Стужи норовят слопать – чего вы сюда суётесь?
Нарсу гневно зыркнула в его сторону:
– Кого-то ты мне напоминаешь…
– Это Саша… мой друг, – поспешила объяснить Аня. – Мы вместе сбежали от Вит.
Кажется, белькара поняла, кто перед ней, но снизошла до ответа:
– Ищем своих. Заблудившихся, пропавших. И заодно ловушки Вит портим. Когда Аня нам помогла, я искала Тирре и тех, кого нашёл его отряд. По следам поняла, что их забрали в замок. Ну уж ты-то, Витов приёмыш, должен знать…
Услышав эти слова, белькары, стоящие ближе других, переглянулись.
– Ничего я не должен! – вскипел Сашка. – Я вас вообще впервые вижу. А вот откуда ты узнала, как в замок залезть и где у Вит подвал?
– Была одна белькара, которую твоя ведьма не смогла убить. Она выбралась и рассказала мне, как устроен замок.
– Погоди! – вмешался Аске. – Так этот мальчишка – наследник Вит?
– Нет-нет! – поспешила прервать опасный разговор Аня. – Она украла его, так же как и меня! Он скорее её пленник!
– Я не…
– А как Тирре? – перебила его девочка.
Напрягшиеся белькары не то чтобы успокоились, но, похоже, после помощи Нарсу слова Ани что-то значили.
– Жить будет, – откликнулась белькара, – но вот охотиться вряд ли сможет. Слишком тяжёлая рана. Его унесли к целительнице, пока мы тут проверяли следы. Дай-то Слитые, она его на ноги поставит.
Какое-то время шли молча. Девочка наловчилась различать дорогу в ярком свете звёздной россыпи над головой, от которой щемило сердце и тянуло в полёт. Такого ни в одном городе не увидишь – мешают фонари, свет из окон и дым заводских труб. Хотя сейчас Аня предпочла бы оказаться в привычной среде асфальтовых улиц, подсвеченных жёлтым фонарным светом и пахнущих сыростью и выхлопными газами.
Белькары то исчезали в подлеске, то появлялись вновь, докладывая Аске, который, видимо, был у них главным, нет ли поблизости опасности. Нарсу и этот белькар с гордой осанкой всё время бежали рядом, приноравливаясь к шагам ребят. Впрочем, это не доставляло им особых трудностей – ведь быстро идти по лесу без тропинки ребята не могли.
Адреналин погони оставил после себя давящую усталость – сказывалась почти бессонная ночь. К тому же урчал пустой желудок, но Аня решила продержаться до границы: там можно будет передохнуть и поискать съедобных грибов или ягод. Все припасы, если можно так назвать горсть сладостей, умчались в ночной лес вместе с оленем.
Когда искристые вселенные в небе начали бледнеть, а между деревьями забрезжило серым преддверие рассвета, один из белькар, вернувшихся из разведки, что-то тихонько доложил Аске. Тот кивнул Нарсу.
– Граница уже близко, – коротко сообщила белькара Ане и Никонову.
Девочка воспряла духом, хотя и не совсем представляла, что будет делать, когда пересечёт эту самую границу. Зато Сашка будто сник.
– Ты в порядке? – спросила Аня: назвался другом – соответствуй.
– Угу, – буркнул он, дав понять, что продолжать разговор не намерен.
– И куда вы направляетесь? – поинтересовалась вдруг Нарсу.
Аня задумалась, но вовремя вспомнила название, которое видела на карте Вит:
– В Фор.
– Ни разу там не была, – задумчиво произнесла белькара.
Аске взглянул на неё искоса:
– Там нечего делать. Тем более что в нашем племени и так мало охотников.
– Ты мне будешь указывать?! – вспылила Нарсу. – Я сама знаю, как нас мало! Если бы не это, давно бы ушла, и никто, Аске, особенно ты, меня бы не остановил.
Тот ухмыльнулся, но промолчал.
Белькара просто кипела от бешенства, и Аня почувствовала себя неловко в обществе двух спорщиков.
Постепенно светало. Из-под поваленных деревьев и пней то тут, то там выглядывали любопытные сонные мордочки верпий и разных мелких лесных зверьков. Послышались птичьи трели, и Аня поняла, что в стране Вит она ни разу не слышала птиц. Даже днём за окнами замка стояла тишина. В любом случае идти теперь было намного приятнее и веселее.
Слева споткнулся Никонов. Он чуть было не ткнулся носом в землю, но восстановил равновесие и пошёл дальше. Какой-то напряжённый и отрешённый.
– Ты точно в порядке? – ещё раз спросила Аня.
Сашка промолчал, продолжая механически переставлять ноги. Тут уже и белькары заметили, что со вторым человеком что-то не так.
– Эй, человек! – Нарсу забежала вперёд. – Может, остановимся? Студёные ушли – солнце встаёт. А ты отдохнёшь.
– Нет, – хрипло выдохнул Сашка.
– Мы уже, считай, на границе. Вон за тем пригорком начинаются пограничные леса.
– Хорошо. Идём.
Нарсу пожала плечами, и маленькая процессия двинулась дальше.
На Никонова было страшно смотреть – он посерел и осунулся. Даже дышал, кажется, с трудом – но упрямо шёл вперёд. Аня вспомнила бабушкину присказку «краше в гроб кладут». Хотелось как-то поддержать Сашку, но девочка боялась, что обидит его, если предложит помощь.
На южном склоне пригорка Никонов упал в мох и кустики брусники. Нарсу крикнула, призывая на помощь белькар, и те совместными усилиями перевернули мальчика на спину – он был без сознания. Из уголка рта тянулась тонкая струйка крови вперемешку со слюной.
– Он же не ранен… – озадаченно произнёс Аске.
– Сердце… у него сердце тает… – поняла наконец Аня. – Его нужно унести подальше от границы. Обратно.
– Мы что, потащим человека в царство Вит?! – возмутился пухлощёкий белькар с ободранным хвостом.
– Мы не бросаем союзников умирать, – спокойно возразил ему Аске. – Ты знаешь закон, Фенн.
– Вот же глупость, – сплюнул другой – коротышка с ярко-рыжим мехом. Но перечить не стал.
Остальные молча подчинились и, обступив Никонова со всех сторон, потащили его в обратную сторону. Как ни странно, у маленьких белькар это очень хорошо получалось даже без волокуш, для сооружения которых понадобилось бы время.