– Что это значит? – я хмурю брови и прохожу в свой кабинет.
– Почти ничего о ней, кроме аттестата об окончании школы, – растерянно отвечает помощница. – Серьезно, я не понимаю. Я запросила информацию у полиции Миннесоты, но они не слишком спешат содействовать. Может, подключим Джеферсона?
– Не стоит, – я усаживаюсь за свой стол. – Давай я пока изучу, что мы уже имеем. Думаю, время на ожидание у нас есть.
– Как скажешь, босс, – Лили улыбается в голос. – Тогда я позвоню тебе, как закончу здесь.
– Можешь не торопиться, – я откидываюсь в кресле. – Сегодня мне предстоит встреча с безутешным мужем Вивьен. Не думаю, что буду в состоянии воспринимать новую информацию после нее.
– Оу, сочувствую, – говорит раздосадовано. – Он очень скользкий тип. Будь с ним осторожна.
– Я тоже не из простых, – ухмыляюсь. Тоже мне, нашел с кем тягаться. – Жду твоего звонка.
– Договорились, – Лили завершает вызов.
Время близится к трем, а Морта на горизонте не видно. Ловлю короткую мысль позвонить ему, но быстро себя одергиваю. Много чести. Если он не приедет сегодня, завтра Лили его вызовет. Пока я могу изучить материалы, что она собрала по Вивьен.
Ритуал концентрации, и вот я листаю бумаги. Прямо скажем, их смехотворно мало. Вивьен Брукс, видимо, вела очень закрытую жизнь. Ничего примечательного. Родилась в семье фермеров, окончила школу в семнадцать. В университет, видимо, не поступала, раз никакой информации об этом нет. Ни единого привода в участок. Девочка и впрямь была скромницей. Даже за покупку алкоголя не попадалась. Это странно, потому что создает все больше вопросов. Как она могла познакомиться с Мортом? Парень явно не отличался примерным поведением и в юные годы. Даже если представить, что они знакомы невероятно давно, я все равно не вижу связей. Она из Миннесоты, он родился и вырос в Нью-Йорке. Дальние родственники в холодном крае? Сомневаюсь. Общие знакомые? Не уверена. Круг их интересов точно отличается. Даже не могу предположить, каковы были обстоятельства их знакомства. Что ж, к Морту все больше вопросов. И ответы на них я точно выясню, чего бы мне это не стоило.
Откидываюсь в кресле и прикрываю глаза. Шестеренки в голове крутятся в поисках зацепок, но пока вхолостую. Давайте, ребята, я не зря вас кормлю.
Слышу возню из приемной. Кто-то хлопает дверью. Громкий кашель заставляет меня понять, кого же ко мне принесла нелегкая:
– Я уже тебя не ждала, – устало говорю я и поднимаюсь с места. Нужно проверить, стряхнул ли этот идиот снег со своей обуви.
Мы сталкиваемся на пороге моего кабинета. Слишком неожиданно и близко. Так, что я слегка теряюсь.
– Скучала по мне, детка? – низким голосом говорит он, и на лице расцветает ухмылка.
Я сглатываю, потому что не могу отвести взгляда от его глаз. Есть в них что-то манящее. На расстоянии, на котором мы оказывались раньше, я этого не замечала, а сейчас я буквально заворожена. Они такие ясно зеленые, что даже не вяжутся с его мерзким образом. Хочется в них утонуть.
Морт улыбается шире, и я прихожу в чувство. Спокойно, Фьюит, он, вообще-то, подозреваемый. Не стоит забывать об этом. Он поднимает руку и проводит кончиками пальцев по моему бедру, слегка сминая платье.
– Я уже говорил, что ты чертовски меня заводишь? – голос хрипнет, глаза затуманены желанием.
Я давно в курсе, что произвожу подобный эффект на мужчин, но то, как открыто он об этом заявляет, заставляет меня слегка сжать бедра. Не могу этого объяснить, не спрашивайте. Просто я в восторге от людей, которые умеют прямо говорить о своих желаниях. А у этого парня точно нет с этим проблем.
– Твою жену видели в Миннесоте, – стараюсь серьезно говорить я, но против воли делаю глубокий вдох.
На его лице снова читается безразличие:
– Что ж, значит, с ней все в порядке, как я и говорил, – он смотрит на меня снисходительно.
Я разворачиваюсь и иду к своему столу. Слышу, как он медленно ступает следом.
– Не все так просто, – устало выдыхаю. – Видели лишь ее призрак.
За спиной раздается громкий смех, и я поворачиваюсь, дойдя ровно до края стола.
– Так, значит, она умерла? – он все еще смеется и бросает свое пальто на диван. – Теперь будет преследовать меня по ночам? Что ж, я знаю, чем с ней заняться.
Я закатываю глаза и не могу сдержать улыбку. Это действительно смешно, ничего не могу с собой поделать. Люди слишком пугаются сверхъестественного, а этот парень явно хотел бы стать первым, кто призрака поимеет. Такое слишком даже для меня.
Давлю в себе смех и смотрю на него с ухмылкой. Он видит реакцию и идет ближе.
– Жаль тебя разочаровывать, но, возможно, она пока лишь на грани смерти, – я чуть наклоняю голову, рассматривая его. Что-то случилось. Он больше не вызывает у меня того омерзения, что прежде. Теперь мне просто смешно.
– Значит, у нас есть время, – он снова ухмыляется. – Пока мне не доставят ее труп, и я не трахну тебя прямо на ее могиле, я хотел бы сделать это еще где-нибудь.
Во мне начинается борьба противоречий. С одной стороны, мне невыносимо смешно от его фразы про секс на кладбище. Потому что хуже ну просто не придумать. Смерть и секс – две мои любимые темы для шуток, а когда они вместе, то я просто в восторге. С другой стороны, я понимаю, что это снова невероятно грязное предложение. Но отчего-то мне не хочется влепить ему пощечину. К черту, давай развлечемся. Ты все равно это не прекратишь.
– Сожалею, но мой муж будет против твоего предложения, – иронично бросаю я. – Да и я, пожалуй, тоже откажусь.
– Ты не знаешь от чего отказываешься, – он широко улыбается. – Может, всё-таки попробуешь?
– Отказы тебе не знакомы, я полагаю, – мне становится еще смешнее. Просто до боли в животе. Этот парень точно никогда не был послан представительницам прекрасного пола. Поздравляю, красавчик, это твой первый раз.
Он сокращает расстояние между нами до минимального и сильно хватает меня за шею. Большим пальцем проводит по выступу моей гортани. Это заставляет меня сглотнуть и попробовать вспомнить, не было ли среди его бесчисленных протоколов упоминаний об изнасилованиях. Морт, будто читая мои мысли, тут же спрашивает:
– Детка, неужели ты думаешь, что буду брать тебя силой? – ослабляет хватку и еле ощутимо проводит пальцами, убирая ладонь. – Ты еще сама попросишь меня об этом.
– И не мечтай, – иронично бросаю я и складываю руки на груди, отстраняясь. Я не из робких, бежать в испуге не буду. Если он перейдет черту, я знаю, как за себя постоять.
Морт довольно улыбается и подается ближе ко мне:
– Даю тебе два дня, – горячий шепот в самое ухо провоцирует волну мурашек. Низ живота слегка сводит приступом возбуждения. Надо признать, я недооценила его влияние на женщин.