Дедушка слишком занят тем, что перечитывает письмо, и потому не отвечает. Сложив, он суёт его в карман. Он обеспокоен даже сильнее, чем я опасалась.
– Пойдёмте, Ученики. Есть жизненно важная работа.
Такой встревоженной я Адалин ещё ни разу не видела. Я хочу спросить у неё, что говорится в остальной части письма. Хочу уточнить у дедушки, что за жизненно важная работа. Хочу узнать, успеем ли мы домой к знаменитому папиному карри и маминому безе. Но по опыту знаю: сейчас не время. Когда лицо дедушки становится таким каменным, пора опускать голову и творить чары.
Мы с Альфи собираем рюкзаки и мечи, Адалин прячет Ключ Чародея в карман, а дедушка проводит по воздуху Рубиновым кольцом. Открывается мерцающий портал, и мы вчетвером проходим через него. Мгновение спустя мы оказываемся в пропахшей сардинами тьме дедушкиного подвала.
Дедушка щёлкает пальцами, и по всей комнате вспыхивают свечи. Нашим взорам предстаёт его незастеленная кровать, деревянный верстак, заваленный книгами, и семнадцать ступенек разной высоты, что ведут в остальную часть нашего дома.
Дедушка обитает в этом подвале с тех пор, как несколько лет назад появился за нашим обеденным столом, утверждая, что он родственник кого-то из моих родителей. Я очень люблю моих маму и папу, но иногда мне кажется, что единственная часть моей жизни, которая их волнует, – это мои школьные оценки. Остальное их как будто не интересует. Между работой и приготовлением ужина, поливом сада и расстановкой съестных припасов на полках – всё, что от них можно услышать, это вопрос типа: «Как прошёл твой день?» или «Ты сделала домашнее задание?». Так что ожидать, что они отреагируют на появление в рядах нашей семьи длинноволосого чародея неопределённого возраста и непонятного происхождения, значит требовать от них слишком многого.
В любом случае хорошо, что они никогда не спускались в дедушкин подвал. Во-первых, потому что они попросили бы навести там порядок. А во‐вторых, потому что они бы вспомнили, что до появления дедушки в нашем доме никогда не было подвала. Кроме того, это не совсем подвал, а скорее карманное измерение, в котором хранится немытая посуда и стоит кровать, которую в последний раз заправляли, наверное, в семнадцатом веке. И ещё – я уже упомянула сардины?
– Брюс? – строго говорит дедушка, делая шаг к своему Кабинету Неисчислимых Пропорций, также известному как шкаф.
Брюс покоится на подлокотнике дедушкиной Софы Межпространственного Созерцания, также известной как обычный диван. В данный момент дедушкин советник-всезнайка, похоже, спит, его глазницы темны и пусты. Дедушка хмурится.
– Брюс! Просыпайся!
В пустых глазницах старого черепа вспыхивают яркие точки оранжевого света.
– Я не сплю, совсем не сплю, – ворчит он своим сухим, пыльным голосом. Затем зевает, и его пожелтевшая челюсть и редкие зубы выглядят как худший кошмар дантиста. – Где пожар, босс?
– Нечистый сбежал, – сообщает дедушка.
– Хм. – Оранжевый свет в глазницах Брюса быстро вспыхивает и гаснет, что означает моргание. – Не могу сказать, что удивлён. Я не раз говорил вам, что тот хвалёный детский сад, который фейри почему-то именуют тюрьмой, не место для хитрых, низменных и коварных персонажей вроде…
– Его армия вторглась в Царство Фейри и осадила дворец.
– Что?! – испуганно восклицает Брюс. Его глаза загораются оранжевым, как факелы. – Босс, ты шутишь.
– Я говорю совершенно серьёзно, – отвечает дедушка. – И у Горгомота может быть только одна причина напасть на Дворец Фейри.
– Ему нужна королева? – догадываюсь я.
– Ему нужно сокровище? – высказывает свою догадку Альфи.
Адалин качает головой.
– Нет, ему нужна Корона Судьбы.
Глава 4
– Корона Судьбы? – Огоньки скачут в глазницах Брюса, словно оранжевые шарики для пинг-понга. – Мы обречены! Отныне лишь консервированные персики на диване и ожидание нашего стремительно приближающегося конца.
Дедушка бросает на старый череп сердитый взгляд.
– Довольно, Брюс. Не надо быть таким пессимистом.
– Это кто тут пессимист? – огрызается Брюс. – Если Нечистый положил глаз на Корону Судьбы, можете ставить доллары против пончиков, что он уже придумал способ, как её использовать.
– И как же? – уточняет Альфи.
– Да, – поддерживаю я. – О чём вообще речь?
Что-то подсказывает мне, что взрослые реагируют слишком остро. Они не отреагировали подобным образом, когда в прошлом месяце Горгомот украл Корону Азерота – буквально сорвал её с головы короля Нарвида. Тогда почему сейчас такой ажиотаж?
Дедушка и Брюс переглядываются. И мне это определённо не нравится.
Адалин становится с нами рядом.
– Мастер Уикс, мне кажется, вы должны им сказать.
Дедушка, похоже, в шоке от её слов.
– Принцесса, я не могу…
Эй, что тут происходит? Я пытаюсь поймать взгляд дедушки, но он отворачивается.
– Я не имею права выдавать некоторые секреты, – бормочет он.
– Секрет Короны? – Альфи довольно улыбается. – Она волшебная? Готов спорить, что это так. Готов спорить, что это волшебная корона. Горгомот вечно пытается украсть магические вещи.
Адалин с вызовом скрещивает на груди руки.
– Мастер Уикс, если вы им не скажете сами, то скажу я. И я уже говорила вам: не называйте меня принцессой.
Дедушка выпрямляется, как будто только что получил пощёчину.
– Приношу извинения, – сухо говорит он. – Конечно, ты должна исполнять свой долг так, как считаешь нужным, как и я свой. – На его пальце вспыхивает Рубиновое кольцо. – Я ненадолго. Оставайтесь в безопасности, пока я не вернусь.
Одну секундочку. Оставайтесь в безопасности? В смысле, здесь?
– Дедушка, скажи мне, что ты не оставишь нас здесь, пока сам в одиночку отправишься сражаться с Горгомотом.
Дедушка строго смотрит на меня.
– Здесь ты будешь в безопасности.
– Мы не хотим быть в безопасности. – Я приосаниваюсь. – Мы хотим делать свою работу.
– Это точно. – Альфи решительно кивает. – Мы – Ученики-Защитники. Наше место рядом с вами.
Взмахнув крыльями, Адалин поворачивается к дедушке.
– И если вы думаете, что я собираюсь сидеть сложа руки в вонючем подвале, пока какой-то злобный гоблин всячески выпендривается, можете забыть об этом.
Дедушка не спорит. Он делает кое-что похуже. Он расстёгивает пояс и протягивает его Альфи вместе с Мечом Расплаты. Тот, похоже, потрясён.
– Мы не можем взять ваш меч.
Дедушка качает головой.
– Сердце подсказывает мне, что до конца этого дня тебе он понадобится больше.
Дедушка достаёт из шкафа другой меч. Он длиннее и тяжелее, чем наши тренировочные клинки, но на вид более обыкновенный, чем Меч Расплаты.
– А мне достойно послужит клинок короля Атлантов.
– Но дедушка…
Дедушка берёт свой посох и поворачивается к нам лицом.
– Вы должны остаться здесь. Вы все. – Его взгляд становится холодным, как сталь, его голос твёрд и серьёзен. – Горгомот никогда не бывает добр к тем, кто его превзошёл. Ваша жизнь в опасности.
У меня такое ощущение, будто я иду в школьную столовую в тот день, когда Альфи нет в школе. Неприятное ощущение одиночества типа и-как-только-я-это-переживу.
– Но мы не можем тут сидеть и есть консервированные персики, пока Горгомот захватывает Девять Царств! – протестую я.
– А меня это вполне устраивает, – говорит Брюс.
Дедушка поднимает правую руку, и Рубиновое кольцо вспыхивает огнём. Затем он описывает в воздухе дугу, и в полумраке подвала открывается мерцающий портал.
– Уэнсдей, Альфи, я тренировал вас, как мог. Защищайте принцессу, пока я не вернусь. Берегите друг друга.
– Держитесь, болваны, – усмехается Брюс. – Похоже, я – ваша няня на вторую половину дня.
Дедушка кивает Брюсу.
– Береги их, дружище.
С этими словами он проходит через портал и исчезает из вида.