В 300 г. до Р.X. кельты-геты борются отчаянно в Бессарабии со скифами, которых изгоняют, продолжая свое шествие до Днепра. Но затем скифы держатся еще у Ольбии в 218 г., которую обороняют сообща с другими племенами от нападения кельтов. О скифах упоминается в последний раз около 90 г. по Р.X.; в это время их еще встречали вокруг Ольбии, которая с 60 г. до Р.X. вместе со всеми другими греческими колониями подверглась нападению и ограблению гетов-кельтов. Тогда же народный ток этих кельтов с запада сошелся с другим с востока, с сарматским.
Об этих сарматах уже знал Геродот в 450 г., когда они жили у подножия Северного Кавказа. До́лжно полагать, что появление их около Терека, Кубани и по Манычу (Мораве) было прямым последствием отражения скифов и их обратного движения из Малой Азии в 605 г. до Р.X. За ними по пятам шли сарматы, индо персидский народ, иране, водворившись накрепко около Дона в III ст. до Р.Х. Слово «сарматы» по своему значению («сор» — озера или «сар» — пески и «ма» — земля), в сущности, относилось к тем скифам, которые пришли с Алтая, с верховьев Оби, Иртыша, где много озер, а ниже лежат среднеазиатские степи. Это имя было перенесено и на мидо-персидские племена, двинувшиеся чрез кавказские ворота к северу. Если Геродот знал этих сармат в 450 г. до Р.X., то очень вероятно, что появление их на Северном Кавказе было давнишнее и, должно быть, совершилось в VII ст. до Р.X. Постепенно водворяясь и переселяясь, эти сарматы к началу нашей эры заняли всю древнюю Скифию и распространились потом по Западной России, которую одинаково с той эпохи зовут Сарматиею, а славян — сарматами[244].
Между этими народами, перешедшими чрез Кавказский хребет, у Дербента, вслед за Скифом, находились также азы, как их называли на востоке, или аланы (у западников). Азы у славян, и в особенности русских, — очень известный народ; яссы, осы, осетины — все это имена нашей прошедшей и настоящей истории и географии. Азы уже известны Плинию; они за 349 л. до Р.X. имели своих царей, владения которых доходили до Дона, и на последнем при Страбоне уже стоял город Аза, или Азов[245]. В настоящее время от этого племени сохранился род под именем осетин, всего около 81 т. д. обоего пола, живущих по северному и южному склонам Кавказа, вокруг истоков Терека по Донам: Гизельдон, Фиагдон, Закидон, Зругдон, в губерниях Тифлисской, Кутаисской и Терской. Их настоящий язык был исследован многократно, причем найдено Клапротом, что около 740 осетинских слов однозначащи с такими же на немецком языке. Однако у них же встречается много славянских слов, наибольшее же сходство осетинский язык, по исследованию Дюбуа де Монтре, имеет с языком леттов и куров, около которых они некогда жили на р. Куре. Сами осетины зовут себя иронами, т. е. иранами, вышедшими из Ирака в Северной Сузиане. Как усматривается, этот сарматский род близок к немцам, русским и леттам с курами, т. е. к тем народам индоевропейской расы, которые двигались по направлению от Кавказа к Балтике. Вероятно, было время, что все три помянутые народа говорили одним зендским языком, к которому ближе всех язык леттов, литовский, потом славянский и наконец немецкий. Некоторые доказывают на основании сходства осетинского языка с немецким, что осетины составляли хвост, остаток давно совершившегося передвижения немцев с Кавказа в Скандинавию. Как бы там ни было, но теперь осетины далеко не немцы, будучи в большинстве православными и придерживаясь славянских обычаев[246]. Что касается движения самих немцев-алан в Скандинавию и дальше, то его можно проследить очень хорошо.
Оно шло с юго-востока на северо-запад, параллельно славянскому и русскому; славяно-руссы, просидев долго от озера Ван до г. Ризо на Черном море, в Бассанейской Руси[247], двинулись по долине Риона вверх и уселись вокруг истоков Терека и Кубани, откуда пошли на Мораву (Маныч), Дон (Wanaquisl — Славянская река) и далее к западу на Днепр, где сидят до сих пор. Приблизительно граница движения славянского племени с востока была следующая: по Риону и Куре вверх.
Перевал славян и азов
Возле устья Риона, к югу, мы находим р. Пичору (Печора), которая втекает в озера Палиасмон (Плесы или Балатон, т. е. Блатенское, или Болотное). Еще южнее находим р. Супсу и на ней деревушку Вана. Еще южнее лежит Лазика. Там же течет р. Шорох. Правее — Карс, т. е. Хорс, или Хорса, что значит бог света и всякой благодати[248]. Это главные остатки, урочища давно прошедшего, существующие и ныне. Двигаясь по Риону, или по Рону, или Рину, вверх, мы доходим до Они и Теби. Здесь начинается перевал Раджа к Уруху. Здесь мы встречаем урочища: Стыр-Дигур, местечко Моску (Москва) и гору Кион (Киев), где берет начало Урус-Дон (Русский Дон), или Белая, и где некогда жили угличи (Угела, Угелис-Хеви). Левее, у истоков Ингура и Баксана, у подножия Эль-боруса, жили урусбии, а северо-западнее опять текут: Белая, Лаба (Эльба) и множество других урочищ древнего Тмутараканского княжества, перенесенного сюда с озера Ван, Бло-озера, или Тмутараканскаго[249]. Другой путь, от Куры, шел также вверх по реке до Гори и Руиси (Рюси, или Руси), потом он шел по р. Ляхве (род лягушки) до Роки и Рокского перевала (Рокасы, или Роксала-ны), мимо горы Тепла (известное славянское урочище), опять к Киону и Урус-Дону[250]. Вот эти пути с Кавказа в Европу были первобытные славянские, а правее их и по следам ванов, венедов, вандов, антов, споров, славян, серпов или русских пошли азы; они тут долго сидели по соседству со славянами, и подобное же случилось, как мы это впоследствии увидим, около Волконского леса и на Валдайской возвышенности. Остатки славян Тмутаракани переименовались в касогов, яссов, черкес, кабардинцев, абадзехов и в другие, уже больше известные истории народы.
Оба народа, скифо-славяне и сменившие их сарматы-аланы, по своему происхождению, по корню языков, по пути движения, по праотцам и родине очень близки между собою. Зато характер и направление славян и азов резко различаются. Славяне с первых дней своего появления в Европе, по показаниям Тацита, Иорнанда, Прокопа и Маврикия, были крепко привязаны к своей родине, которую они мирно и постепенно обстраивали и улучшали. Старое они оставляли только по нужде, сохраняя с ним связи до отдаленнейших времен. Только одни истребления, сила, порабощения, угнетения могли изменять оставшийся на своих скудных полях и местах народ; зато все, что не жило мелким родом, сохраняло неопусти-тельно предание и учение отцов. Это был мирный народ, который имел свои города, села, жил в хатах, занимался хлебопашеством и торговлею, воевал пешком и со щитом. Поэтому-то славянство сохранилось, несмотря на разорительные и губительные натиски на него чуждых народов то с востока, то с запада. Азы, или аланы, были со времен Геродота свирепые варвары и номады, которые вместо постоянных строений жили в шатрах, перевозили их с места на место, кочуя по богатым равнинам Дона, Понта (путь) и Дуная. Не довольствуясь этим, они разбойничали где могли, наезжая внезапно на мирных жителей. Всегда верхом, они сражались без щита. Эти пришельцы, не привыкая к новой стране, сохраняя свой нрав, свой характер, кормились на счет других; это были теперешние жиды, но с тем различием, что эксплуатировали других чисто насильственными способами: грабежом, насилием, убийством, коварным домогательством и продажею в рабство захватываемых ими мирных жителей. В чистом виде сохранились эти сарматы до XIII ст., когда их, под названием языгов и ятвягов, окончательно истребили поляки и русские. С 983 по 1289 гг. длилась эта непрерывная борьба с ними поляков. То же мы видим на востоке, где русские князья с 965 по 1116 гг. предпринимали беспрерывные нападения за Дон против оссов, или яссов, которых потомки, как мы выше видели, остались в небольшом числе по верховьям Терека и Кубани[251]. Эта борьба родственных, но различных по характеру народов, ставших соседями, в связи с тем, что сказано было о племени русь, пояснит, почему и тут, по перевалу Кавказских гор, встречаются руссы и для чего были необходимы рокасы, или роксаланы, от Дона до Днепра. Эти руссы охраняли славян от алан наподобие того, как это делалось на западе от ятвягов. Эти руссы, роки, Рокский перевал, Урус-Дон, урусбии и т. п. — вот та славянская граница, восточнее которой образовалась впоследствии Алания, или Осетия. И такую границу славянства мы еще раз увидим севернее, по пути алан — азов, которые до V столетия хорошо известны даже китайцам под именем Сута. Во II столетии эти аланы известны всем историкам как народ, сидевший за это время между Доном, Волгою и Черным морем. Оттого часто весь Кавказский хребет зовется Аланским, а потом и до настоящего времени так зовут возвышенность между Кубанью и Манычем. Так точно в то же почти время, при Птоломее, звали всю Валдайскую возвышенность, т. е. Валковский, или Волконский, лес, или пространство истоков Двины, Днепра и Волги, где ко времени Птоломея уже крепко засели азы, или аланы, — Алаунскою возвышенностью[252]. Чтобы дойти до этих мест, нужно было и время, и знание пути, приходилось и выдержать борьбу со встречными жителями. Следует полагать, соображать со всем сказанным о скифах, что уже в V столетии до Р.X. азы сидели на истоках Днепра, Двины и Волги, вслед за изгнанием скифов из Малой Азии. По тому же Птоломею и по Маркиану Гера-клийскому, возле алан на Алаунской возвышенности живут славяне — Suoveni, которых также зовут агатырцами (ахтырцами); под последними разумеется то славянство, которое живет к югу, в Черниговской и Полтавской губерниях. Теперь будет небезынтересно проследить путь движения сармат-азов по России с Кавказа[253].
