Аланы, или азы, двигаясь из Мидии в Европу, прежде всего накрепко осели в древней Албании, ныне Дагестан. Восточнее, к Кубани, им нельзя было идти, так как тут сидели славяне. Они двинулись чрез Средний Терек, в долины Кумы и Маныча, где и теперь богатые пастбища способствуют скотоводству и кочевкам. Вскоре после того они очутились между Доном и Волгою, где по сю пору почти нет других жителей, кроме кочевников. Подобные местности не только способствовали утверждению азов, которые без коней не обходились, но еще вызывали новых сподвижников из Мидии, и все они вместе находили достаточно лугов, воды, полей, находили вдоволь пищи у соседей для своих разбойничьих предприятий. Вскоре часть из них перешла Дон и очутилась в степных местностях между Днепром и Дунаем, тревожа немало римские колонии по Дунаю. Отсюда их ватаги поднимались вверх по рекам. Страх аланского оружия и разбойничьих набегов алан был так велик у колонистов-греков, что они прозвали Сарматиею весь нынешний Западнорусский край, перестав отличать мирных туземцев от хищных пришельцев. Уничтоженные гуннами в 374 г., аланы остатками, в виде гнезд хищных птиц, продолжали жить то тут, то там в местах своего прежнего разлития. Между прочим они держались очень долго в нынешнем Феллине, или, как его прежде звали, Велине, также Вилии, по Запольскому миру 1582 г. В 1210 году немцы вместе со вновь обращенными ливами и леттами и под предводительством Тизенгаузена осадили Велин, вокруг которого высились валы с глубокими рвами, да кроме того, оборона усиливалась сбоку болотом и озером Вель. Ливов и леттов повели к осаде староста Русин и Бертольд Вендский (вероятно крещеный[254]). Аланы вскоре сдались, но чрез четыре года примкнули к общему восстанию страны, в котором принимали участие прибалтийские русские. Рыцари победили их в 1222 г. голодом, после чего все восставшие русские были повешены в назидание другим. В 1345 г. аланы вновь хотели освободиться и для того решили начать с овладения Велином хитростью. Для сего они уложили своих рабов с оружием в мешки и начали было их перевозить в виде клади в крепость. Мать одного из этих скрытых рабов выдала секрет, прося помиловать ее сына. Ее просьбу исполнили. Затем все мнимые мешки с зерном были пропущены чрез цепной мост, и началось в крепости поголовное избиение скрытых в них рабов. С тех пор этих алан назвали сакаланами, т. е. аланы в мешках; окружающая местность получила название Сакалы, а день св. Фомы, в который совершилось это событие, был раз-навсегда ознаменован особою крестьянскою податью, причем участвовавших в восстании крестьян обязали носить на платье, для отличия от других, голубую ленту[255]. В 1559 г. у Велина был взят в плен гроссмейстер Фюрстенберг и отвезен в Москву.
Те аланы, которые утвердились на Дону, основали нынешний Азов, и потому многие из исследователей полагают, что именно тут был их Асгард, т. е. страна азов, их рай. По другим исследованиям оказывается, что этот Асгард лежал выше, на перепутье в Скандинавию, у истоков З. Двины, Днепра и Волги. До этого последнего места, где аланы в действительности накрепко сидели в начале нашей эры, они могли дойти следующим прямым путем: они двигались вверх по Дону и Хопру, в виду славянских наблюдательных конных постов, роксалан, оберегавших здесь свои поля и жилища от нападения азиатских орд. В это отдаленное время славяне только изредка появлялись на востоке; их еще не потеснили с запада, и потому они по пути азов сидели спорадически среди везде пребывавших по рекам, озерам, болотам и лесам финнов. Нынешние губернии: Воронежская, Тамбовская, Рязанская, Тульская, Московская, Калужская, Тверская и отчасти Новгородская были населены вразброс финскими племенами: мордвою, муромою, мещерою и корелами, и только изредка проникали к ним и водворялись среди них славянские выходцы, промышленники. К таким пунктам водворения славян до прихода вятичей и радимичей около V ст. до Р.X. могли бы быть отнесены: Рязань, Зарайск, село Хорошево по Оке у Каширы, Венев, Таруса, Москва (Моска), Руза, Старица, Торжок, село Велегощь около Тарусы и другие.
По Хопру и его притокам азы, или аланы, доходили до Цны, потом по Оке, Волге и Чагодощи достигали Ладоги, этого старого жилища славян, от бога которых Ладо и озеро получило свое имя. По Дону они шли на Тулу. Мы полагаем, что происхождение последнего урочища тесно связано с именем острова Туле, который ищут то к северу от Британии, то разумеют под ним Скандию, или Скандинавию[256]. Странствование аланов в Сарматии не могло остаться без преданий, когда они достигли наконец своего настоящего отечества. Далее Ка луга, с. Селижарово, озеро Селигер, Осташков (Оста), Валдай — все это имена урочищ, напоминающих Кавказ, алан, или азов. Здесь вокруг Валдая и истоков Волги, Двины и Днестра, на Алаунской возвышенности, по Мсте, Поломети и Волхову, от Боровичей до Демянска и Осташкова и от Крестцов до Вышнего Волочка, здесь, среди чрезвычайно дикой, луговой и всхолмленной местности, усеянной курганами, азы находили покой и притон после своих разбойничьих похождений. Влево по притокам Ильменя, по Волхову и низовьям Мсты жили славяне, собственно руссы, опять пограничные люди, граничары, защитники своих собратий от вражьих нападений. Оттого тут встречаются такие урочища, как Межа, текущая как бы по границе древнего славянства и неизвестного тогда востока, тут же город Холм на Ловати и село Холм (Холмгард), опять село Старицы, оба на З. Двине, Русаново на Тудере; Н. Русса на Поли, Старая Русса на Полисте и р. Порусса. Граница между славяно-руссами и азами как будто сама очерчивается по Ловати, Поле, Жукопе и Меже на З. Двину, Касплю, на Сож, к западу от которых лежал знаменитый Холм-гард, или Ванланд, т. е. страна холмов ванов, обитавших здесь еще до прихода радимичей и вятичей[257].
От Ладоги аланы шли по поемным лугам северного берега Финского залива, переправляясь в Скандию зимою, по архипелагу островов, который так и удержал название Аландских островов. И тут по берегу встречаются местности, указывающие на близкие сношения и соседство алан со славянами. У Гангута и города Экнеса встречается в XVI столетии укрепление Расебург[258], а повыше Або лежит и поныне селение Руско. И в этой отдаленной стране, как ныне, так и прежде, славяно-русская оборонительная политика считала нужным удержать эти важные позиции в своих руках.
Здесь очень рано азы-аланы встретились с иотунами, людьми необыкновенно сильными, крепкими, вполне овладевшими природою, после того как все слабое, невыносливое перемерло с течением веков. Эти иотуны сидели по всему северу, владели Скандиею, или Свеви-ею, островами вокруг и Даниею-Ютуниею, Ютландиею. После продолжительных войн азам удалось утвердиться в Упландии, насупротив Аландских островов, где живые памятники еще поныне указывают на давно прошедшее. Эти памятники, в виде северных саг, дошли до Исландии и переданы Эддою истории. Много фантастического в этих народных сказаниях, но много и правды; и вот из того немногого, что носит характер вероятности, мы узнаем о существовании вблизи тех мест уже в тогдашнее время славян, о сношениях с ними азов, о воинах, о соседстве и границах двух народов. В этих сказаниях мы узнаем родные славянские страны, дорогие имена; они указывают нам, что с незапамятных времен здесь по соседству жили и действовали славяне наряду с другими историческими народами[259]. Один из наиболее уважаемых аланских героев, возведенный в полубоги, которого очень почитали потом готы, был Один. Как он, так и его наследники вели ожесточенную войну с соседями: финнами-иотунами и ванами-славянами. Следует полагать, что ему удалось покорить тех и других и укрепиться сильно в Скандинавии. Из Упландии, Упсалы, он управлял Сарматиею — славянами. Во время одной из своих разбойничьих поездок он подвергся кораблекрушению; корабль его разбился около острова Одинсгольма вблизи Ревеля (Колывань), где, по уверению эстов, до сего часу покоятся под камнем останки и несметные богатства скандинавского героя[260]. Мы уже говорили, что изделия железного века встречаются чрезвычайно часто по пути от Стокгольма к Петербургу, по обоим берегам Финского залива и далее до Новгорода. Как это, так и погибель Одина и выход в замужество какой-то славянской княжны из Ванланда за одного из предков Одина указывают ясно на сношения между востоком и северо-востоком. Вероятно, тогда же славяне вошли в Асгард и в Алаунскую возвышенность и поселились по верховьям Двины, Днепра и Волги, заняв теперешние Смоленскую и Орловскую губернии. Эти-то радимичи и вятичи вместе со славянами Волхова разобщили южных азов — донских от северных — аланских. Между теми и другими легло широкое пространство заселенных славянами земель. Это могло свершиться до появления готов в IV ст. до Р.X. у Янтарного берега, к каковому событию мы теперь и переходим, как тесно связанному с историею славянства от начала нашей эры до появления гунн. Об азах же в заключение нашей речи о них мы скажем, что в настоящее время их напоминают курды — отрасль индоевропейского племени, подобно азам беспокойные и хищные конники, живущие на тех же местах, где жили мидяне и парфяне, т. е. ираны, также потомки азов[261].
