Поканчивая здесь с этим отдаленным временем, мы для полноты очертания славянского движения должны обратить внимание еще на Испанию, древнюю Иберию, где в крайнем углу, в Галиции, соименной с русскою, также находятся очень близкие России урочища. Так, в самом северо-западном углу жили невры (неуры), среди которых течет река Вир, а рядом жили кельты. Несколько правее, у взморья, селение Rilo (Рыло), еще правее Олина, южнее Vindius mons (Вендские горы), западнее Orol (Орел). Южнее Орла течет в океан маленькая речка Тамария, Тамароса, такая же и при таких же условиях местности, как в юго-западном угле Британии речка Tamarus, ныне Томбре, с притоком Дубы. Южнее последней течет Валга, соименная чешской Вьлге и русской Волге, ныне Улла с притоком Лерец. У истоков Миньо лежал и лежит город Луго — Луга. Еще правее на берегу встречается Скифский мыс, ныне Пинос. Как могли попасть сюда скифы, окончившие свое существование в начале нашей эры? Славянские имена поясняют, что эти скифы были славяне и что пришли они сюда раньше Рождества Христова. В углу Бискайского залива в Испании встречаем речку Деву и Куму (Cumaia). И опять среди родов, живших в Испанской Галиции, мы находим кельтов, с которыми шли славяне до крайних пределов. Имена невры, или неуры, Вир, Орел, Рыло, Олин, Виндские горы, Скифский мыс, Дева и т. п. урочища, расположенные по Бискайскому заливу от мыса Финистерре до города Сан-Себастиана, указывают путь славян от Лионского залива и р. Орлины, связывая движение венедов с Лионом. Тут, вероятно, одни пошли вверх по Луаре до Бреста, а другие вниз, до р. Русины или Орлины, и затем потянулись к западу по Пиренеям до Финистерре. Вместе с тем получается связь Британии с Бретанью и с Испанскою Галициею; здесь на удобных для мореходства местах, по косам и мысам, по рекам Тамарам, поселились венеды, сообщаясь между собою, торгуя по океану и сносясь с отдаленными родичами: на острове Фемерне, на Ране, в Рослагене и на Ладоге, где они славили своего бога Ладо[237].

Но помимо древних урочищ в Англии, Франции и Испании мы имеем положительные сведения, что венеды-славяне жили во Франции в 50 г. до Рождества Христова, при Юлии Цезаре, который о своих войнах с венедами повествует очень подробно. Следовательно, славяне уже существовали исторически до Р.Х., славились своею торговлею, мореходством и земледелием, имели города и укрепленные места. Такое положение, состоятельность и даже богатство не может появиться разом, внезапно, а требует много и много времени для своего развития. К сему прилагается перечень урочищ с корнем «рус» и «рос» от Днепра до Испании.

Примечание. Соединяя на карте эти урочища, получим движение русских до крайних пределов. Урочища Рус и Рос везде сопровождаются кругом множеством вполне понятных по смыслу славяно-русских урочищ.

Основываясь на изложенном, мы полагаем вместе с Шафариком, что за несколько столетий до нашей эры славяне уже жили в Европе у истоков Вислы, как о том говорит Гезиод[238], жили также и южнее, по бассейну Днестра, по Святой реке — Богу, по Днестру, Серету и Дунаву и далее к западу отдельными родами. Когда их погнали появившиеся на Дону скифы, то они усиленно двинулись на запад и наводнили Рин, Рону и Луару от Атлантики до Лионского залива, стеснив очень кельтов, прижав их к океану. Тогда в 613 г. до Р.Х., чрез 37 лет после появления скифов, многочисленные роды кельтов под начальством их короля Амбигата начали двигаться к востоку, предприняли поход против напиравших со всех сторон славян, которые и были остановлены и отчасти оттеснены за Одер, Карпаты и Дунав, как о том повествует Нестор, считавший Иллирику за стародавнюю славянскую землю. После вот такого-то движения в Галлии остались только отдельные роды: в Бретани, около лемовичей, в Руссильоне. Может, однако ж, было и то, что славяне вместе с кельтами, без всяких враждебных друг против друга действий, пошли совокупно на восток искать новых свободных земель, так как и тем и другим стало тесно, и что в начале для обоих соседствующих и смешанно живших народов нужно было только выбраться из своей клетки на чистый воздух.

Как бы там, впрочем, ни случилось, но кельты, как о том повествуют Юлий Цезарь и Тацит, вышли из Галлии двумя путями и колоннами. Предводитель и племянник Амбигата, Сеговеж, двинулся чрез Рейн, пошел, вероятно, по долине Майна и, поднявшись, дошел до Герцинского леса по обеим сторонам истоков Везера. С ним шли, по мнению Цезаря, тевтосаги, а по Тациту, гельветы и бои. Гельветы при Цезаре уже жили у истоков Рейна, а бои — возле лемовичей (Лимож), у истоков Луары. Тевтосаги же при Цезаре жили по правой стороне Эльбы, там, где впоследствии оказались бодричи, или ободриты. После этого похода нынешняя Богемия начинает зваться своим именем, Boihemum, или Boiheim, т. е. страна боев. Таким образом, Северо-Западная Германия вплоть до Одера заселилась кельтами, причем кимбрские и финские роды, из коих последние, как и ныне на севере России, жили по рекам, болотам и лесам, подчинились кельтам, слились с ними или истребились. Что касается славян, то пришедшие из Галлии водворились с кельтами, а сидевшие отодвинулись за Одер, и между прочим сдвинуты были со своих мест радимичи и вятичи, поселившиеся в России, по истокам Сосны, Десны и Оки[239]. Следует также заметить, что тевтосаги Цезаря и Сеговежа уселись там, где впоследствии оказались тевтоны. Эти тевтоны, действовавшие против Рима в 101 г. до Р.X. и побежденные Марием, в действительности были кельты — тевтосаги и кельтизированные кимвры (киммерийцы), напиравшие на юг под давлением азов, или аланов, которые с VII ст. до Р.X. доходят постепенно до Ютландии. Бои с левого берега Луары также были кельты в смеси со славянами; они заняли Богемию, т. е. родину боев, как утверждают немцы, заставшие их уже в Богемии. Эти бои в начале нашей эры при Мариборе, или Марбоде, и при императоре Марке-Аврелие играли видную роль, защищаясь одновременно от кимвров, германцев и римлян. Вся Вестфалия также была заселена кельтами[240].

Южная колонна Амбигата под предводительством Беловежа вошла в Италию по берегу и долине По, или Пода. Основав Милан и поднявшись вверх, она встретилась на реке Быстрице (Гайль) с генетами, сидевшими уже тогда в Иллирике[241]. Эта колонна состояла из родов: битуригов (бургунды), арвернов, зенонов, гедуев (герулы), амбардов (лангобардов), карнутов (карпии) и авлерков (влахи). Кельты Беловежа, наполнив собою Северную Италию, поднялись к Дунаю и, спускаясь по его долине и притокам, наводнили всю Южную Германию до Карпат, устья Дуная и Днепра. Тут-то и были оттеснены славяне из Иллирики, как говорит Нестор. Около 388–382 г. до Р.X. кельты под Римом. В 350 г. они в Иллирике. В 336 г. — у устья Савы, и именно род скардисков, разоривший впоследствии Дельфи под предводительством Бренна[242]. По свидетельству писателей того отдаленного времени, Александр Македонский отбивался с трудом от кельтов, которых удерживала больше слава его отца. По смерти великого венценосца и полководца кельты бросались на Фракию, Македонию, Фессалию и Грецию со всеми последствиями опустошительного движения. Одновременно с этим наводняется вся Греция рабами, которых называли ретами и которых приводили из-за Дуная продавать как скот на греческих рынках. В Иллирике и Паннонии движение кельтов было донельзя разрушительно, и жившие там в то время славяне должны были бежать за Карпаты. Это бегство задунайских жителей согласуется с показанием Нестора, который ясно говорит, что в древности славяне жили в Иллирике и Паннонии и были оттуда изгнаны влахами. Но и там после этого остались древние славянские урочища, о которых упоминают писатели первых веков, вроде Плиния и других. Так, Балатонское озеро, или Блатное, Болотное, звалось Плесою. Местечко Черная, на р. Черной, или Црне, по границе Влахии и Угрии, было уже известно в 157 г. по Р.Х. Местность по берегу Тиссы называлась Потиссу, или Потиш, о ней также упоминает Плиний. Бржава в Банате, Хрон, или теперь Грон, и много-много других славянских имен мы можем встретить в письменах первого и второго столетия[243], когда римляне и греки знали варваров, знали страны, но только не славян. Все славянское латинизировалось или гречилось, так как в то время выше греко-римской культуры ничего не было и кроме греков и римлян не признавалось других народностей. Славяне в то время были варвары, их продавали на рынках в рабство; их наружный рабский вид был жалок и внушал презрение в изнеженных греках или гордых римлянах. Славян приводили в Рим кучами в качестве военных трофеев либо умерщвляли тысячами. Неудивительно после этого, что они бежали куда глаза глядят и скрылись за Карпаты, в Киевской Руси, на далеком востоке.