— Если бы всё так просто! Интерес к тебе Марковой — это наш козырь в текущих событиях!

Виктор промолчал, поскольку они поднялись по лестнице и подошли к матери, которая любезничала с очередными приехавшими гостями. Один из слуг повёл их внутрь.

— Сынок, дорогой мой, как ты себя чувствуешь? — повернувшись к Виктору, спросила она.

Одетая в шикарное представительское синее платье с узорами, с жемчужным ожерельем на шее, выглядела она той, кем и была — женой, по сути, олигарха.

«Понятно, что ей особо не до меня. Могла бы утром зайти к сыночку», — отметил парень и ощутил легкую обиду.

— Спасибо, матушка, сегодня уже гораздо лучше, чем обычно! — вежливо ответил он.

— Проходите за стол, отец скоро прибудет и начнём. Алёна, поухаживай за братом!

Виктор решил благоразумно промолчать — уж он был в состоянии найти себе место или налить чего-нибудь вкусного.

Однако всё оказалось значительно более сложно, чем он думал — места за огромным столом распределялись строго по ранжиру. Собственно, мать и сестра и устроили этот обед, а потому все досконально спланировали, как и подобает светским дамам такого уровня.

Пройдя впечатляющий вестибюль, уставленный дорогой мебелью, завешанный картинами и гобеленами, они оказались в ещё более огромной гостиной, где был накрыт огромный стол в виде буквы «п». Ярко горели люстры, их свет почти ослеплял, множество гостей уже расселись по своим местам и беседовали, сновали официанты в бело-черных костюмах и с полотенцами через руку.

Виктор очень впечатлился — это был роскошный дворец. Ему остро захотелось здесь жить, никуда не уезжать.

— Нам сюда, по правую руку от отца, — чуть обернушись, показала ему Алёна направление влево от входа.

— Здравия желаю, Виктор Антонович! — поприветствовал его какой-то военный в каппелевском, черно-сером с малиновыми вставками, мундире.

— Здравствуйте! — парень вежливо покивал.

Пока дошли до левой стороны стола, если смотреть от входа, он ответил на приветствия не менее полутора десятков различных людей.

Все они были ему незнакомы, хотя он понимал, что здесь элита города и области, вся клиентелла могущественного сибирского клана.

«Однако, я становлюсь знаменитым», — усаживаясь в правой части вершины стола, Виктор преисполнился уверенностью и гордостью.

Стол был огромный. Сама перекладина буквы «п» была добрых двенадцать метров, от одной резной лестницы до другой, а каждая из ножек — метров по двадцать пять или тридцать. У Виктора потекли слюнки, когда он увидел всё то великолепие, которыми были заставлены столы: начиная от нескольких видов алкоголя и заканчивая десятками салатов, закусок, запеченного мяса и рыбы, а также вазочек с красной и черной икрой.

Наборы посуды и серебряных столовых приборов были на все случаи жизни и столового этикета — для птицы, мяса, салатов, рыбы, соусов, десертов и тому подобное.

«Тут каждый стул стоит, как половина мебели в квартире Энджи», — Виктор только сейчас окончательно осознал, куда он попал и к какой богатой и влиятельной семье принадлежит.

Алёна усадила его левее всех, поближе к центральному месту, оставленному для родителей. Справа от него сел Игорь, и дальше девушки. Левее от него, за родительскими местами, были Пепеляевы — очень благообразная пара, родители Лады, Леры и Лизы — они приветливо улыбнулись ему. В клане они отвечали за угольный бизнес. Далее, по левую руку от них, расположились ещё несколько троюродных и дальних родственников, и родители Игоря.

«Вся фамилия, а вернее сказать, клан, в сборе. Братец мог бы и приехать», — подумал Виктор о старшем — тот был военным.

За столом гости понемногу ели и даже выпивали, в целом это не возбранялось. Для того и собрались.

— Накатить по чарке, что ли? Ты как, готов, здоровье позволяет? — предложил ему Игорь.

— Давай по пятьдесят, на голый желудок пока хватит.

Прокурор протянул руку к одной из ближайших бутылок и налил себе и Виктору по маленькой рюмке. Водка оказалась «Адмирал» — этикетка парня впечатлила.

«Одна из самых дорогих и престижных марок. Семейный водочный бизнес, Анюта с мужем им занимаются», — вторая старшая сестра и её муж занимались в клане именно этим направлением, легким пищепромом и алкоголем.

— Вы что делаете? — услышал Виктор недовольный шепот, или скорее шипение, Алёны, которая увидела все эти поползновения мужа.

— Дорогая и любимая, за тебя! — поднял рюмку Игорь.

Виктор чокнулся с ним и опрокинул в себя полтинничек — пошло ох как хорошо и легко, и закусил каким-то кусочком буженины, потом огурцом.

Сестра смотрела недовольно, но промолчала. Через несколько секунд Виктор всё понял — на них, в общем-то, пялилась куча народа, несмотря на обманчивый шум в зале и за столами.

— Всё хорошо, сестрица, не нервничай, — произнес он. — Отличная водка, что и говорить.

На входе в зал начала происходить какая-то суета и шевеление.

В зал зашёл знакомый Виктору дворецкий Петрович, облаченный в сине-серую ливрею с какими-то знаками различия или чем-то подобным. Парень не разглядел, но понял, что это тоже парадная форма.

— Господа, внимание! — торжественно и чётко объявил он. — Его Высокопревосходительство господин Республиканский Префект с супругой!

Виктор совершенно ясно понял, что полагается встать. Собственно, все гости и начали это делать, родственники тоже.

Пока парень поднимался, откуда-то сверху, со второго этажа, грянул гимн РКДР — «Патриотическая мелодия» Глинки. Играла хоть и запись, но мощно, впечатляюще — парня аж пробрало.

Через несколько секунд в зал торжественно вошли родители — отец, в мундире префекта, и мать в своём красивом платье, держащая его под руку.

Гимн продолжал играть, со стороны гостей раздавались крики приветствия.

Глава 9

Сердце у парня забилось быстрее — происходящее его очень впечатляло, накатывал легкий восторг. Да и зрелище было поразительное, он никогда не думал, что сможет когда-либо в своей настоящей жизни окунуться в такую роскошь на столь высоком уровне.

«Как же они похожи на моих из моей реальности, но почти копии. Ну как вообще такое возможно?» — поражался он и не мог найти ответ.

Отец с матерью под приветствия гостей с достоинством прошли к столу. Виктор улыбнулся, когда отец стал подле него. Официанты быстро наполнили бокалы.

— Дамы и господа! — властно поднял левую руку с бокалом шампанского префект. — Сегодня мы собрались в честь знаменательного события — возвращения в семейное лоно Виктора, нашего сына, — он положил правую ладонь на спину парня на несколько секунд. — Это был сложный период для всех нас, сложный прежде всего в моральном аспекте, но сейчас всё стало на свои места. Теперь наш род и вы, наши друзья и союзники, и все сибиряки займут достойное место в нашей республике. Так было, так должно быть, так будет!

Раздались приветственные выкрики и аплодисменты.

«Ничего себе! Что на самом деле происходит? Я здесь чисто для номинала и декорации. Всё это похоже на собрание актива половины республики перед какими-то предстоящими изменениями политического ландшафта», — догадался Виктор.

— Первый тост — за моего сына Виктора, — отсалютовал гостям бокалом с шампанским Колчак-старший. — Как говорится в притче про блудного сына — надобно радоваться и веселиться, ибо пропадал он и нашёлся!

— Виват Колчаку! — раздались привественные выкрики и буквально шквал апломисментов.

«А чего это я блудный сын? Может — наоборот, блудная семейка?!» — такая аналогия Виктору, мягко говоря, не понравилась, поэтому настроение улыбаться у него вдруг пропало.

Один из официантов подал ему порцию запеченного с апельсинами и яблоками поросенка, натертого медом, горчицей и специями. Сидящие за столом начали угощаться, звенели вилки, атмосфера была праздничная. Виктор видел довольно много знакомых лиц.

Через несколько минут поднялась Алёна.

— Уважаемые гости, — сказала она, подняла бокал и повернула голову к Виктору. — Мой брат вернулся, теперь всё будет хорошо. Я очень надеюсь, что он найдёт свой путь в жизни и мы будем им гордиться!