Любопытствующий Петро картинно закатил глаза:

— Слышал. Трижды. — Однорукий фыркнул: — Ты еще и акву в канистрах замерил.

— Не забрать, — пробормотал тощий. — Вот никак…

— Выходим, — отдал я команду. Долгие проводы, лишние сожаления. Кое-что ценное мы все же оставляли. Проверка на вшивость действительно необходима, не хочу постоянно чахнуть над златом. Да и риски минимальны, мы пока непонятная величина, к нам сперва присмотрятся, кем себя покажем — волками или овцами. И получится, смешно.

На КПП нам бодрый марш прервался. В бывшей заводской проходной аграрии наворотили баррикад, замешанных на бытовых удобствах для караульных. Картинка бредовая, где латанное кресло от легковушки ютилось меж листовыми щитами и погоняло раскладным столиком, заставленным дежурной мелочевкой.

— В рейд? — пробасил один из охранки, старательно не выказывая интереса. Другой уже протягивал нам небольшие мятые бляхи. — Не потеряйте. Если ввернетесь без них, задержим до выяснения.

— А выяснять будет Амиго, — донеслось обещание из народа.

— Командир, на меня вроде как оказано давление, — задумчиво сказал Шест. И караулка затихла.

Это тощий у нашего умника понабрался, не иначе. Фраза с подвохом и без мата.

— Да они не со зла, — утешил напарника. — Ведь вы не со зла парни?

— Валите уже, — рявкнули басовито.

И мы увалили. Транзит преодолели влет, не внимая тухлым ноткам зачинавшегося дня. Привычные врата 12 сторожевого порадовали кучкой сухих трупов и задолбавшимися служивыми. Луза отсутствовал, так что нас выпнули за периметр без доброго напутствия и лишь легкое сомнение читалось в провожавших взглядах.

Перешагивая изломанный труп, я навскидку пересчитал упырей. Больше двух десятков… Прав Луза или нет? Вот ведь падла, посеял зерно тревоги. Метрах в ста, когда встали на дорожку меж оползших зданий, коротко поведал команде о целевом маршруте и задачах.

— Не впечатляет, — пожал плечами Шест и сдернул с рюкзака щит. Повращал рукой, примериваясь к защите. — Сделаем, как два пальца.

— Самоуверенные дохнут первыми, — спокойно намекнул Замес, чем получил мое молчаливое одобрение.

— Командир, чего он каркает? — возбудился тощий. — Только же отошли, дурная примета…

Еще с полчаса я позволял им нарушать речитативом тихие шорохи зоны. Пусть выговорятся, пока не отошли от безопасных локаций. Хотя, где здесь, сука, безопасность? Фикция и самообман.

— Заткнитесь, — серьезно сказала Крыса. — Мешаете слушать.

А команда уже почти самодостаточна. Еще немного отточить, привнести правильные и страшные намерения и можно отпускать.

Мелкую послушались. Шест пригляделся к моему лицу и прям на глазах собрался — образцовый пилигрим охотник. Дальше лишь дыхание да скрип снаряги.

И после очередного поворота в кирпичные развалы — резкий клекот на девять часов. Долго искать не пришлось. Из остатков жилой свечки выпрыгнула девятка упырей — двигались резво, срывались в хаотичных прыжках, стачивая замшелое мясо и остатки одежды. Шансы на адхары, мягко говоря, не нулевые.

— Потрудимся, джентльмены, — припомнил я древний посыл, так любимый отдельными инструкторами.

— Чего? — не понял Шест и на развороте подловил прыгнувшую тварь прямым ударом щита. Грохнуло, треснуло. Серое тело забилось на асфальте.

Крыса вертко ушла в партер, сверкая Малютой. Время жатвы. Короткий росчерк у скрипевшего колена, поперек пуза, со спины с уходом в подмышку. Тяжелая черная капель оросила мусор.

Замес ударил щитовым ребром и напрочь снес сухому верхушку черепа. Пнул в месиво, а дальше я сменил вектор движения. Подработал багром, отсекая ближнего утырка под удар Фрау. Женщина понятливо махнула сабелькой. Видно, что уже старается, а не просто хочет принести смерть всему окружению. Нанесла выверенный разрез в шейный отдел, но за недостатком замаха смерть это не привлекло.

Рык, щелчки и хруст плоти.

— Еще! — Рявкнул я. Не успевая, заслал с бедра нож в подступавшую сбоку тварь. Фрау завершила начатое и грамотно разорвала дистанцию. — Молодец!

Перекат чуть в сторону под распадавшиеся части плоти. Оценка. Два гео-щита сошлись по флангам одного утырка — затрещало, точно рвали пыльный мешок, и гнилой шустрик радикально изменил геометрические размеры.

— Хо! — довольно гаркнул Шест. В следующую секунду ему прилетела отмашка по грудине и качнула назад. Это ж какая, сука, силища в усохшей лапе?

Тощий обиделся. Морщась, напрыгнул на покусившегося и заработал колуном. Каждый удар пробивал тварь насквозь и лезвие нехорошо скрежетало по твердому.

— Контроль! — Мой крик подорвал Крысу и Замеса. Первая крутнулась на остатках усохшей массы, второй грамотно отработал щитом, прикрывая возможные обходные атаки.

Тощий тяжело выдохнул и, распрямляясь, потряс колуном в исконно первобытном:

— Смена № 7!

— А теперь на лезвие посмотри, — я сел, с сожалением рассматривая разводы грязи на штанах.

— Еб… — Он горестно вздохнул, признавая оплошность: — Увлекся, командир.

Фрау споро и без рефлексий обобрала тела.

— 8 адхар.

— Шест, чуешь еще кого? — спросил я, поднимаясь. Отряхиваться смысла нет. Счет еще не закрыт.

Тощий, уверовав, что инцидент исчерпан и дальнейших разборок не предвидится, охотно повел носом, присматриваясь к черным бетонным клетям.

— Воняет, конечно, но не сказать, что сильнее. — Он щелкнул пальцами, подбирая формулировку. — Отовсюду наносит. Но так и до этого было.

Шест еще раз принюхался, оглянулся в сторону Фермы и неожиданно задумался. Поверхностная мысль читалась прям поперек лба. Безопасность и комфорт или же адреналин зоны, где ты не трепыхаешься вялым говнецом, а отвоевываешь право быть? Я выждал несколько секунд.

— И где? И зачем? — выдал тощий со сомнением. Чет он куда-то не туда свернул в мыслительном.

— Ты уже знаешь ответ, — сказал я ему уверенно. — Так что будь добр и не долбись в мозг.

— Да какой там мозг, — фыркнула Крыса. — Фикция.

А что, собственно, происходит? Я развернулся к Замесу и тот немного стушевался:

— Ты их чего? Словам умным учишь?

— Считаю, грамотность надо повышать, — браво подтянулся умник и залупал глазами. Артист, бл…

— Выражаю благодарность, боец. Верный посыл. — Я радостно покивал. — Экзамен приму лично.

— Ну вот и все, — обреченно выдохнул Шест. — Командир, да я и втянуться-то не успел…

— Выступаем, — свернул я диалог. Пусть подумают и промаринуются. Замес хорош, вывел команду на верную дорожку, но они должны проникнуться всей полезностью самостоятельно, не из-под палки.

С часок двигались без эксцессов, под мерной шорох точильного камня, которым Шест на ходу пытался исправить содеянное. С его силенкой, перспективы положительные. Ну или доломает все к хренам. Во дворах останков спального района, куда завела карта, слега замедлились. Одна за другой на нас вышли три малые отары и пришлось поднапрячься, благо успевали снять основную массу до прибытия подкрепления. Но Фрау подрали бедро, а Крысе грудь, что по личному мнению тощего, вообще не проблема. Нельзя сломать то, чего нет.

Потом я разнимал подопечных. Обеим по пинку и суровому взгляду. О тощее недоразумение опять отбил ногу. Но вроде поняли, хоть и гневно сопели. Точку поставила Фрау, закончившая бинтоваться:

— Прям как дети, — и загрустила.

Бойцы виновато засопели. Замес в желании сменить тему довольно отрапортовал:

— 27 био. Минимум выполнен. Но мы же хотим проявиться?

— Верно мыслишь. Пусть охренеют, когда сосчитают.

Так что от карты мы немного отклонились. На каждой приметной вехе давали кружок в ближнем радиусе, осматривая руины и заторы, не гнушаясь подвалами и проходами в подземную инфраструктуру. Именно подземка обеспечила основной доход. Сильно глубоко мы не лезли, так покопались в ближних тенях, поворошили окаменевшее дерьмо, раскопали пару кучек. Но сухостой уверенно полз на шумок откуда-то из глубины. Стремало? Немного — стоило представить, чего происходит в разветвленных тоннелях неясного предназначения и яйца начинали поджиматься.