В тюрьме моих братьев стало холодно даже Аварии. Витя вообще дрожал всем телом. Авария еще раз заварил чай, еще раз написал и отправил сообщение и еще раз посмотрел на улицу через экран телевизора: силуэт часовенки едва виднелся. Белые цифры в нижнем углу экрана показывали двойку и три единицы.

От горячего чая Вите не полегчало. Авария предложил ему перебраться на диван и как следует выспаться, предварительно выпив две капсулы арбидола и закапав в нос капли от соплей. Приняв все лекарства, Витя спать не пошел, только, зевая во весь рот, спросил:

— И ты, верно, знаешь короля злых прагм и молокососа, к которому тот присосался?

— Так вышло, что наш город притянул обоих королей. В Слобурге и раньше случались мистические события: исчезновение людей, убийства, сектантские фанатики с еженедельными жертвоприношениями несуществующим богам, радиоактивная яма, появляющаяся каждый второй понедельник ноября недалеко от… — Авария замолчал. — Но чтобы Слобург стал полем битвы двух враждующих армий — никогда. Отвечая, Витя, на твой вопрос, скажу, что догадываюсь, кто может быть королем злых прагм. Думается, если и вы пораскинете мозгами…

— Игорь! — ошарашено протянула Вика.

— Смайл! — отредактировал Илья.

Авария торжественно щелкнул пальцами, одновременно указав одним на Илью.

— В точку! Именно Смайл был на могилах моих родителей. Смайл был и на пыльном экране телевизора. Смайл был и на лице водителя красной легковушки, который мчал от ментов, вдавивших меня в тракторный ковш. Тем водителем был Игорь Козлов. Он ехал с закрытыми глазами.

— Но… у него никогда не было такой машины, — впала в сомнения Вика.

— Он мог ее угнать, — предположил Илья.

— Угнал, украл, купил… Это не меняет дела. Игорь был за рулем автомобиля, а за рулем Игоря — Смайл. Когда вы втроем сидели в Курямбии, я слышал ваши желания отомстить Козлову. Все вы только и хотели, чтобы он стал таким, как я, улыбающимся дурачком.

— Так ты все знал с самого начала? Ты за нами следил?

— Нет, не следил, Вика. Я проверял вас. Думаете, Витя случайно нашел открытый вход в подвал, над которым живу именно я? Не случайно и вы познакомились с ним. Способные, вроде нас, начали собираться по всему миру, и в конечном итоге большая их часть окажется в Слобурге. И наш город никогда не станет прежним.

— То есть нас собрали наши прагмы?

— Да. Только мне думалось, нас соберется больше, — признался Авария, — в разы больше. Ну ничего, таких, как мы, в городе должно быть достаточно, да и война еще не началась.

— А Игорь? — начал Илья. — Если он под контролем Смайла, то он, вроде как, невиновен? Получается, мы зря хотели его… покалечить?

— Если он в чем-то и виноват, так только в том, что в день твоего рождения набил на своей ноге эту уродскую татуировку. Ты понимаешь, о чем я? — Илья покрутил головой. — Я спутал тебя с ним. Он заставил меня спутать. Мои прагмы оказались слабее его. — Авария положил ладони на снимки. — Это они — мои талисманы и спасалки. Они со мной после аварии. После аварии я стал способным.

— Так… а что в итоге нам делать с Игорем? — спросила Вика, разглядывая черно-белые снимки через пальцы Аварии с ухоженными ногтями. — Его прагму так просто не выкрасть, она же не вещь. Мы же не собираемся отрубать ему ногу? — Как бы противен ей не был Козлов, ей вдруг стало жалко его. Жалость выдавали и ее глаза с голосом.

— Как бы мне ни хотелось, лишать ноги мы его не будем. Или будем… в случае крайней меры, конечно. Нам надо или свести тату, или снять скальп, или выкачать краску… Не знаю. Я ведь тоже с этим столкнулся впервые.

— Но ты уверен, что у тебя… у нас получиться одолеть, пусть и не в одиночку, короля злых прагм? Я это к тому: глупо идти с рогаткой на танк. — Витя почти спал. С виду он казался не плох, но внутри него вовсю уже бурлила другая сущность, в скором времени готовая выйти наружу. Витя ее не чувствовал и не догадывался о ее существовании. Он был спокоен.

— Он прав, — отрезала Вика. — Может быть, для начала нам стоило бы объединиться с добрым королем? Или хотя бы — с другой кучкой энтузиастов?

— Вика… — промолвил он, подмигнул ей и перевел взгляд на Илью. — Он уже с нами.

— Бог ты мой! — вырвалось из ее уст. — Профессор — король добрых прагм?

Честно говоря, меня поразило заявление этого дурака, которого я ошибочно признал угрозой. Он ошибся один раз, признав злым королем Смайла. Ошибся второй, признав меня добрым. Такими темпами он наделает кучу ошибок, которые исправят мое жалкое положение. Мне лишь оставалось ждать и хорошо, что не долго.

Услышав добрую новость и не успев как следует удивиться, Витя захрапел прямо за столом. Он наблюдал за чертовски странными снами, уготованными специально для него его новой внутренней сущностью.

Авария перенес его на диван и накрыл пледом. Посоветовал Вике наблюдать за ним, а лучше — улечься рядом.

— Если его бросит в жар, можете открыть люк — вентиляция здесь не ахти какая, — сказал он и посмотрел на часы. — Если станет совсем худо, выведите его на улицу, минимум до утра на Святой Источник никто не заявится.

— А ты куда? — Вике явно не хотелось отпускать Аварию.

— На разведку.

10

После ухода Аварии не прошло и часа, а ненаглядному Витеньке стало худо. Сначала были только сопли и кашель, потом начались бормотания во сне. Пот лился рекой. Лицо покраснело. Стали сокращаться мышцы. Челюсть то отвисала, то поднималась, что зубы трещали. Витя начал орать, задыхаться. Вслед за этим пошли ругательства — благой мат, который даже я никогда не слыхивал.

Илья бросился на помощь к другу. Начал будить, тормоша за плечи и выкрикивая его имя. Витя не просыпался. Он матерился и бился в конвульсиях. Он резко дернулся, рука прошла по дуге, сжатый кулак заехал Илье в нос. Кровь была пущена.

Увидев красную каплю, стекающую по губе Ильи, Вика вышла из ступора. Она подбежала к аптечке и… Вот черт, вата закончилась! Не раздумывая, она оторвала бинт и скомкала его. Приложила под нос Илье. Тот отпрянул от Вити, продолжая выкрикивать его имя. Илья думал, что мерзавец умирает.

Вика потребовала прекратить панику. Под ор и стоны мальчишек она вернулась к аптечке и взяла капсулы, назначенные Вите Аварией. На обратном пути запнулась за провод, вьющийся по полу, и растянулась, едва не пробороздив носом по шершавому бетону. Блистер с капсулами проскользил в узкую щелку между полом и неподъемным станком.

Что делать?

Она поднялась. Снова к столу. Набрала полный рот воды и с раздутыми щеками подбежала к Вите. Прыснула ему в лицо. Не помогло.

Витя бился. Илья держал ему руки.

Вика набрала воду в кружку и всю ее вылила на Витю. Ничего!

Канистра с водой была уже на половину пуста. Вика с трудом подняла ее и облила Витю водой с ног до головы. Тот чуть не захлебнулся и раскашлялся. Помогло ли это? Нет. Разве что на время он перестал материться.

— Нашатырь! — завопил Илья. — В аптечке был нашатырь!

Уже через несколько секунд Вика возвышалась над Витей с бутылочкой нашатырного спирта. Она суетливо откручивала крышку, но та прокручивалась в ее сырых руках. Потом бутыль чуть вовсе не выпала. Вика протерла руки об штанины, и крышка наконец поддалась. Она поднесла открытое горлышко к ноздрям Вити, и — о чудо! — тот раскрыл глаза.

— Что такое? — спросил он в холодном поту.

— Все нормально, Витька. Должно быть, тебе приснился дурной сон, — успокоил Илья. — Тебе стоит подышать свежим воздухом.

— И нам тоже. — Вика смахнула пот со лба.

Витя кое-как поднялся с дивана, а уж о металлической лестнице, ведущей наружу и говорить не стоит. То был тяжелый подъем, особенно для его друзей, поддерживающих его всеми своими силами, но не невозможный.

Весьма кстати для меня они все-таки выбрались наружу.

11