— Ясно, гляну что ты там написал.
— Это ещё не всё. Тут информация не для чужих ушей.
Активно греющий уши дежурный, тут же обиделся, поджав губы, но мы прошли в кабинет комбата, тот положил автомат на столешницу и снимая разгрузку, от нашей роты такая шутка по всему батальону разошлась, и я ответил на молчаливый вопрос в глазах комбата:
— Спецы снова на связь выходили. В общем, они заканчивают свои дела и сворачиваются. Командование их сообщило, что сегодня был подписан приказ о выводе нашего контингента из Афганистана.
— Информация точная? — резко повернулся тот ко мне.
— Что мне сообщили, то я и передал. На днях должны в газетах и телевизору сообщить. Выводить постепенно будут.
— Ясно… — задумчиво пробормотал майор. — Свободен пока.
Покинув кабинет, здороваясь со знакомыми офицерами, которых сегодня ещё не видел, я вышел наружу, сел в ротный «уазик», и погнал в сторону аэродрома. В расположении Дауров за старшего, наш «бэтр» уже забрали, приказ предъявили из штаба батальона, вместо него ещё один «БМП-2» обещали выдать. Ротный с двумя другими взводами ещё не вернулся, и как я слышал в штабе, сегодня уже не вернётся, завтра только если. Вот так до темноты меня и учили на земле управлять вертолётом, до автоматизма отрабатывал. Ещё несколько дней и допустят до полётов. Вторым пилотом пока. А ночью мой взвод срочно подняли, информация по банде, что Саланг перерезать должна, выстрелила. Комдив направил туда два мотострелковых батальона, танковую роту, несколько артиллерийских и миномётных подразделений. Ну и мой взвод. Из тех, кого смог выделить только эти могли быстро прибыть на место. Другие заняты, моджахеды как с цепи сорвались, настоящие бои идут, что обычно те старались избегать. У них другая тактика. Сам я только недавно вернулся из Алма-Аты, принял груз с добычей с двух платформ, отправил их обратно за следующей добычей вторым рейсом, а тут такой приказ. Загрузились боеприпасами, два грузовика взяли, третий «БМП» так и не получили, прокатили с этим, второе отделение на одном из грузовиков катило. Второй грузовик тоже нужен, дополнительные запасы туда убрали, и выдвинулись вскоре, включившись в колонну одного из батальонов, точнее нас вперёд погнали, в дозор. Ночь же, ночью наши старались не ездить, перехватить легко можно было, но тут действительно спешили успеть. Всё же перевал — это наша зона ответственности. Вон даже вертолётную эскадрилью и штурмовиков на нас перевели, будут выполнять только наши заявки. Из штаба армии приказ пришёл. В пути я отбегал от колонны, снова принимал грузы с платформ и под утро в третий раз принял их и отравил обратно в Пакистан. Там им работы пока хватало. Он был как-то побогаче Афганистана. Туда кстати истребители «F-16» пригнали, новенькие, думаю парочку увести. Да и «Супер Кобры» есть, боевые ударные вертолёты. Дел много, успеть бы всё. Ну и очередное хранилище открыл, уже одиннадцатое.
* * *
Очнулся я как-то сразу. «Уход» сработал как надо. Из две тысячи тридцать шестого я покинул прошлый мир. Обидно, Содружества там не было, летал на «Торе», но так и не нашёл. В остальном я бы мир не покинул, но там такой экологический срач начался, жить невозможно стало, эпидемии, болезни, люди мёрли как мухи, хоронить не успевали. Все мои родные и дети тоже умерли, лечить себя я умел, а других нет, даже медузы тут не помогли, не научили, не смог помочь, и медкапсула Содружества не помогла, она на «Торе» стояла. Да я отсутствовал на планете, а когда прилетел, мои уже мертвы были, часть сами, часть мародёр убили. Тяжело тогда морально было, больше нечего меня не держало, я провёл процедуру закрепления хранилищ, чтобы не потерять содержимое, там что внутри не раз меняло своё содержимое, но они полные и активировал «уход», и вот перенёсся. Правда, перед отбытием, я откровенно так поглумился над теми, кто укрывался в дорогих бункерах, забитых всем необходимым. К тому моменту и до них дошло. А я в пустоте в стороне от Земли, но рядом с Луной скинул большое оборудование голограммы, оставил, питания хватит лет на пятьдесят, искин всем управлял. Чтобы голограмма новенькой планеты крутилась вокруг своей оси и Луны, но чтобы с Земли её видели. В общем, там однажды развернулась планета, земного типа. Там были свои континенты и моря, шапки полюсов, тропики, но континенты не похожи на Землю. И любой, кто мог посмотреть в мощный телескоп, видел чистые поля, дикую и природу, животных, земного типа, и ни одного человека. За два месяца до «ухода», когда я голограмму включил, что там началось. Засератили одной планеты решили перебраться на другую, и засрать её, сразу бум постройки пассажирских ракет начался. Это моя шутка напоследок. Причём начались войны, а представители разных государств дистанционно наложили руки на разные континенты новой планеты, застолбили, что так удивительно появилась рядом. Была высказана версия, что раньше та была скрыта и полог теперь сброшен. Бредней хватало. Даже имя новая планета получила — Эдем. В общем, воевали за планету, делили её, на которой ещё не бывали. Что дальше не знаю, ушёл в другой мир.
В сознание я приходил тяжело, похоже в этот раз тело мне досталось бракованное. Какие-то крики рядом, звуки пожара, разрывы патронов в огне, этот звук я узнаю легко, стоны раненых. Как-то всё это нехорошо звучит. Ладно, скоро в себя приду, пока же по пришлой жизни. Войска наши действительно вывели из Афганистана, за два месяца. Гоняли мой взвод от и до, наша батальон одним из последних покидал афганскую землю, парни спали урывками, две бронемашины потеряли, по банальной причине, сломались, укатали, ремонт требовался. У нас так и было две бронемашины и грузовик, третью броню так и не получил. Дали замену и снова в дорогу, и снова в бой. Я горжусь тем что ни одного разведчика не потерял, хотя раненых хватало, даже меня самого пару раз пули чиркали, лёгкие ранения. Золотую Звезду я получил в Кремле, честно заработанная, она у меня в хранилище, что ещё нужно открыть, пройдя второй уровень пси-инициации. Пока доступа нет. Так вот, вывели нас в Узбекистан, и наша дивизия держала границу с Афганистаном. Обещание данное парням моего взвода я выполнил, те перед уходом по максимуму закупились в афганских магазинах, а на территории Узбекистана получили обратно. А весной восемьдесят третьего, поддавшись моим уговорам, комдив подписал приказ о моём выходе в запас. На дембель я ушёл старшим лейтенантом, взводным, при полной наград груди. Ну и сразу в Казань, прошёл процедуру выхода в запас и всё, я гражданский человек, посетил детдом где Санёк рос, оттуда часто письма приходили от других детдомовцев. Сразу как узнали, что я орденоносцем стал. Повинился в ответных письмах, что был ранен в голову и потерял память, что тщательно скрывал от врачей и командования, детдом я не помню, вот так в письмах немало информации дали. Особисты меня потом трясли, что скрыл про потерю памяти, медицинскую комиссию проходил. Она и помогла в запас уйти. Поэтому не посетить их я не мог, вот в парадной форме при всех наградах и зашёл. Там и увидел девочку пятнадцати лет, редкой красоты, личиком сердечком, глаз не отвести, и всё, попал. Через три года мы поженились и с тех пор жили в Ялте. С любовницами я расстался, хотя у всех троих были от меня дети. Белоруске Анне помог переехать от свекрови со свёкром, квартиру ей купил. Та в Москве устроились, остальные так в Алма-Ате и жили, но обеспеченными стали, я алименты честно платил. Причём дети у меня были только у любовниц. От жены нет, усыпил ту и положил в медкапсулу, узнав результаты, у нас оказалась редкая генетическая несовместимость. Да мне и так та нравилась со своей девичьей фигуркой. Двадцать лет прожили вместе. Потом развелись, устали друг от друга. Дом я ей оставил, и машину, и выплачивал содержание. Купил себе кооперативную квартиру в Москве, но бывал там редко, летал по вселенной, искал цивилизации. Ничего, даже медуз не нашёл.
Что по Союзу, то там не сказать, что всё хорошо. На момент моего «ухода» тот уже лет десять как развалился. Девяностые прошли, двухтысячные, экология от вредных производств губили только так. Иностранные экологи приезжали, за головы хватались, а наши чиновники им — наша земля, что хотим, то и делаем. Потом спохватились, но было поздно. Думаю, в истории мое первой жизни экология удержалась потому что после развала всё распродали, развалили и не губили больше природу. Хотя там она тоже изрядно потравленная была, но всё же оправилась, да и за экологией следить начали вовремя. Были конечно разные катастрофы, но такое случается. В общем, если первые два десятка лет мне нравилось жить в Союзе, то потом как-то нет, тем более преследование от властей началось и в Союзе я официально больше не появлялся. Да там массовые смерти из-за отравления свинцом произошли, а камеры наблюдения показали, что врачом, раздающим пилюли, был я. Да и я не скрывал лицо, обычная месть. Любовница у меня молодая была, а с женой на тот момент я уже лет пять как расстался. Та залетела, а роды проводил комсомольский вожак, до развала ещё год оставался. В общем, практикант, учась в медицинском вузом, больше занимался комсомольской работой, чем учёбой, а тут все врачи заняты, и тот сам начал срочные роды принимать. Убил ребёнка и девочку мою. Я как вернулся, через три месяца, и узнал детали, дело замяли, отец у того серьёзная шишка, и у отца как раз день рождения в ресторане, пятьдесят лет, вот я навестил. Сорок два трупа. Даже в международный розыск подали, официально лишили судом всех наград. Прям я так на суд приду, держите карман шире. Много что было, но тут мощный удар в живот позволил мне наконец прийти в себя и очнутся.