Сапёры нашли закладку, в первый раз пропустили, но возвращаясь, всё же обнаружили, хорошо замаскирована, и сейчас один очищал верх первой мины и готовил лопатку. Будет откапывать, мало ли мина поставлена на неизвелкаемость, снимешь одну, так остальные рванут. Сбоку откопать траншеей и осмотреть. В общем это их дела, я предложил рвануть на месте, но сапёры с возмущением отказались. Пробка с обеих сторон собиралась, возмущённых хватало, но как узнавали про разминирование дороги, пыл сразу угасал. Надо бы как-то вернуть ответку тем полевым командирам, расстроили малой ценой за мою голову. Понятно, что для рядовых духов это огромные деньги, но всё же охоту за мной, даже за них, вряд ли кто устроит, я всё же имел серьёзную репутацию, моджахеды заговорили обо мне с уважением, не все, но многие, а если так и будет, то хоть меня порадуют, устрою отстрел, потренируюсь в ведении огня по бегущему человеку. Ладно, потом решу по этим чудикам, а пока вернулся к информации по агентурной работе, якобы агентурной, что наносил на лист офицерской тетради. Сапёры закончили работать, я подтвердил, что чуйка молчит, так что мы двинули дальше. К слову, мы не обязаны снимать эти мины, можно сказать, даже нам это запрещено. Мы должны были обозначить опасную зону и вызвать ближайшее сапёрное подразделение, что этим занимается. Однако я тренировал сапёров, для них это тоже замечательная практика. Хотя в основном те должны ставить мины перед позициями моего взвода если тот в засаде, или минировать тропы. В общем, у нас своя специфика, но я не хотел узких специалистов, а тут неплохой опыт, тем более свободное время у нас есть, успеем на перехват банды.
Тут дрон показал ещё кое-что интересное. Одна из гражданских машин в пробке. Та ещё не рассосалась. Снова электроника со взрывчаткой внутри. Я думал тот случай единственный, но нет, вон снова минные сюрпризы для шурави. Надо почитать сводки, были подорвавшиеся на таких минах? Хотя, чего это я? Отдал приказ Сержанту и тот вскоре выдал мне аналитическою справку. Уже семеро подорвалось, трое погибло.
— Колонна, стоп? Слева в колонне синий грузовик с мятым порогом у водительской двери. Взять! Это враг. Осмотреть машину. Старшина, командуй.
Бойцы с передовой «БМП», ещё когда та остановилась у нужного грузовика, посыпались на дорогу и обочину, кто встал на колено, держа машины пробки на прицеле, трое рванули в двери кабины с обоих сторон и выдернули наружу двоих, что там были, ещё двое в прикрытии троих осматривали кузов, но там пусто, только коробки. А в кабине были шофёр и торговец, хозяин авто и груза. Грузовик уж совсем старый, но опознать «Студебеккер», хоть и не сразу, как же местные любят их украшать, смог. Американских грузовиков тут хватало, но чаще встречались более современные модели, хотя внешне и похожих со «студером». У этой машины был кузов с железными бортами, кузов крыт тентом. Снова начала пробка собираться, поэтому посадив в кабину грузовика своего бойца, мы отъехали в сторону и там сапёры, вскрывая коробки, уже с третьей попытки нашли ту, что с миной внутри. Очень осторожно вскрывали, чтобы не подорваться. Поэтому имея доказательства на руках, я сообщил об этом в штаб батальона. Там приказали машину с грузом и торговца с водителем передать попутной колонне, их встретят. Так и сделал, уже через час колонна была, транспортного обеспечения, знакомые парни, и те забрали наши трофеи. А мы двинули дальше. С той бандой, на которую меня навели, разобрались как-то быстро, пока те шли в распадке, отработали миномётом и гранатомётами, потом бойцы прошлись и зачистили. Одного оглушённого моджахеда взяли, спеленав, его боец охранял, мы возвращались, доложился, это был приказ из штаба батальона, я уже собирался к кишлаку свернуть, к которому как раз поддельные шурави подходили, как было срочное сообщение от Сержанта. Надо сказать, оно меня изрядно удивило.
Один спутник и один дрон висели над Москвой меня интересовало что там происходило. Да много что, особо не отслеживал, искин предупредит, если что срочное, вот как сейчас. В общем, подбили там экономисты расчёты содержания нашей Сороковой армии, и сколько тратим на эту войну и на сам Афганистан, и прослезились, чуть ли не весь бюджет уходил. Принесли на ознакомление Черненко, раз теперь тот у власти, хоть пока и живчиком, но уже видно, что старость и болезни его подтачивают. Тот изучил, поразился серьёзно и собрал срочное совещание, видимо не захотел единолично решать такой вопрос, вот и спросил, что будем делать? Как будем выводить ограниченный воинский контингент из Афганистана. Да и помощь этой стране изрядно подсократить, а то совсем обнаглели. Это Брежнев с ними дружил, целовался в засос. Думали два часа, и было принято решение, войска выводят. Не сразу, постепенно, чтобы избежать потерь, но приказ подписан, Генеральный штаб приступит к выполнению. На днях об этом сообщат по телевиденью и в газетах. Вот жеж, я же только развернулся. Придётся усилить работу по Пакистану. Месяц, два и нас выведут. Не самые приятные новости, но что уж тут. Ладно, пока отвлечёмся. А вот поддельных шурави брать в плен я не стал, собрал командиров перед кишлаком, описал ситуацию, про такие случаи те слышали, приказал не допустить банду в селение, если закрепятся, могут быть потери у жителей, а этот кишлак за правительственные войска, это известно. Из-за этого тут и должны были провести подобную акцию, с многочисленными жертвами и свидетелями. Встретили буквально на окраине, староста кишлака, узнав суть нашего прибытия, мы с ним через моего переводчика общались, ругнулся и отвёл жителей. Поэтому мои бойцы заняли позиции в домах, и встретили незваных гостей как надо, огнём. Потом троих раненых допросили, тут и староста был, всё пинал одного духа, когда тот описал что с его семьёй сделать хотели. Он же всех троих и забрал. Мы укатили, трупы убитых местные сами похоронят. А вот раненых… А серьёзно их пытали перед смертью. Какие афганцы затейники.
Мы уже вернулись на базу в составе очередной транспортной колонны, когда на меня десантура вышла. Оказалось, те на своих «БМД» завернули к тому кишлаку и что видят? Большая яма и ряд советских убитых солдат, в окровавленной рванной форме, и афганцы из местных, что спускают тела в яму. Да там чуть весь кишлак на эмоциях не вырезали. Хорошо староста рядом был, выбежал размахивая как платком листом бумаги. Это я дал, где описал советским офицерам, если сюда заедут, что тут был бой с ряжеными моджахедами. Ну и подписался, дав свой канал и позывной. Вот офицер-десантник на меня и вышел, проверял. Я всё подтвердил. Как раз сидел в штабе, рапорты писал, когда меня к рации вызвали. А убитых ряженых я сфотографировал, лица, общий план, отдельно «офицера», у особистов уже проявляют плёнку. В остальном норма, разве что добавлю, трофеи всё же были, те два магнитофона, что проверили сапёры, бойцы забрали, это вроде как наша честная добыча, остальное тут у наших сапёров проверку проходит, груз из кузова машины на склад конфиската. Уверен, он оттуда быстро разойдётся, прапор там ушлый. Закончив с рапортами, я созвонился с аэродромом, договорился с вертолётчиками об вечернем уроке, до заката часа два, там пока на борту, не взлетая меня буду учить какой прибор за что отвечает, а тут я не успел выйти, комбат пропылённый зашёл в здание с автоматом в левой руке. Устало тряхнув головой, поинтересовался:
— Есть что?
— Задание выполнено. Уничтожена банда, что собиралась устроить засаду на дороге, тридцать шесть уничтожено, тридцать седьмой пленный в допросной. Ну и побита группа ряженых под нас моджахедов, оружие с них уже сданы на склад трофеев. Десантники только что выходили на связь, нашли тела что у ямы лежали, чуть весь кишлак не покрошили. Хорошо объяснили им и те на меня вышли.
— Да я слышал ваши переговоры. Это всё?
— Агентурная информация имеется, я передал её вашему заму. Там три банды соединились, общее число две тысячи, хотят перерезать перевал Саланг, держать несколько дней. Завтра днём к нему выйдут. Усилены зенитными пулемёта, два десятка у них. Ещё выяснил где пленных держат. Две точки.