– Доброе утро, дорогой Василе. Как Вам спалось? Все хорошо?– спросил неизвестный мне человек в костюме.
– Доброе утро, все хорошо, спасибо за беспокойство. Извините меня, я не успел с вами познакомиться.– ответил смущенно я.
– Этого не требовалось. Я про Вас все слышал, а вам необязательно знать про каждого человека в радиусе пары километров. Так и с ума сойти можно. А куда это вы так рано?– довольно грубо спросил неизвестный мне человек.
– Решил, что уже достаточно доставляю хлопот и пора ехать домой.– холодно ответил я.
– Хм. Вот с этим будет пара накладок. Василе, вы вчера видели что- нибудь?
У меня подскочил пульс, я онемел, язык перестал подчиняться мне. Я не должен больше так бояться. Сквозь страх мне удалось процедить:
– Г- г- где видел?
– Ну вечером, что же Вы так. Верно, забыли?– совершенно непринужденно спросил человек напротив меня.
Я промычал что- то невыразительное в ответ. Человек продолжал:
– Значит видели. Это же отлично, почему вы так загрустили? Это же для вас специально было устроено! Было бы обидно, если бы всё осталось незамеченным. Жалко, что не присутствовал я, но меня такое уже давно не интересует. Все эти альтернативные виды веселого досуга заставляют меня скучать. Должно быть, вы думаете о том, каким же образом я тогда узнал обо всем происходящем? Таким же, каким я знаю о том, что через три минуты из- за скачка напряжения одна из ламп, которые чинит Богдан Алексеевич лопнет. У Вас сейчас много вопросов. Не бойтесь, абсолютно на все вы получите ответы. Алексей Митрич сейчас в отъезде. Но он должен вернуться завтра- послезавтра. Не пугайтесь Вы так, с Вами ничего не будет, никто Вас и пальцем не тронет, особенно после случившегося. Даю Вам свое слово, у нас совершенно порядочная станица. К тому, что вы видели вчера мы вернемся немного позже. О вашей ситуации осведомлены все жителя Старороговской, ни одному человеку здесь совесть не позволит пустить Вас в пешее путешествие. Одно уже закончилось не слишком удачно, хотя как посмотреть. Предлагаю Вам следующий план действия, от которого Вы попросту не сможете отказаться. Я дам вам листочек с адресами, если их можно так назвать. Эти люди обещали помочь устроить небольшой праздник в честь вашего выздоровления и высказали ярое желание с Вами познакомиться. Я им уже все пообещал. Вы придете к ним, познакомитесь и передадите, что нужно будет прийти в дом к Богдану Алексеевичу к шести часам. Вы все равно смурнее тучи, Василе! Сегодня отличная погода, а Вас ждет отличная компания! Все будет хорошо! Не беспокойтесь. А теперь:три, два, один. Все подсчитано. Сегодня ведь должны проводить работы с линиями электропередач. Не удивляйтесь!
Послышался звук разбитого стекла. Я остался стоять в ступоре, но решил не подавать виду:
– Извините, я совсем забыл спросить, как вас зовут?
– Не извиняйтесь, Василе. Можете называть меня- «Ий». Вот такое интересное имя. Можете считать, что мордовское.
С этими словами человек, назвавший себя Ий , поднялся с лавки, поправил свое кепи и быстро зашагал по дороге. Прямо сейчас гляжу на «список адресов», который он мне дал. Теперь я понял его странную улыбку. На бумаге было обозначено пять пунктов:
– Небольшой дом с желтой крышей недалеко от почты
– Дом с зеленой крышей возле озера
– Дом с небесно- голубой крышей рядом с полем
– Дом с черной крышей возле леса
– Дом с красной крышей возле Вас
Все очень схематично. С другой стороны, наименования, вроде «Улица Хозяйственная», видимо, не слишком прижились в этой деревушке. Кстати, пока мы сидели на лавке, я принялся считать дома. Здесь их достаточно. Насчитал я домов тридцать, могу ошибаться. Вся деревня выстроена удерживая определенную геометрическую фигуру типа квадрата. Как же все странно, словами не передать. На часах десять утра, а я уже чувствую себя потерянным в океане безумия. Хаотичность в неразумных дозах- злейшее зло из всего, что может существовать, впрочем, с порядком ситуация похожая. Надеюсь, на адекватность людей из списка, большего сделать не могу. Почему я? Чувствую до сих пор, что ко мне будто что- то прицепилось, и я не отцеплюсь от этого еще долгое время. Не буду задерживаться, чем быстрее закончу свой «обход», тем быстрее смогу обдумать всё. Пора идти.
День 1,5
Не знаю, с чего начать. Описать общие впечатления или сразу перейти к частным? На часах половина пятого, до вечерней встречи еще полтора часа. Решил занять свое время описанием произошедшего. В общем, все оказалось не так уж и плохо, общение меня порадовало.
Сперва я пошел к дому с красной крышей. Он действительно был рядом. Оказалось, что дом принадлежит местному врачу Никите Соломоновичу. Дом был обставлен довольно минималистично. Прием был радушный, можно сказать даже чересчур. В какой- то момент мое приглашение перетекло в полноценный врачебный досмотр. Поначалу я сопротивлялся, но затем подумал, что подобное не помешает в сложившейся ситуации. Ничего особо нового я не услышал. «Будьте спокойны и пейте больше чаю, хехе»– резюмировал станичный врач. Но все же кое- что в нашем небольшом разговоре меня насторожило. Никита Соломонович спросил у меня:
– Василе, дорогой, а вы так и не вспомнили про тот вечер?
– Что- то всплывает в памяти, но для меня это слишком травматично, если честно.
– Понимаю- понимаю, а каких- то странных позывов не было?
– В каком плане?
– Ну знаете, после различных травм у людей могут наблюдаться изменения в поведении, свидетельствующие о травмах. Например, упадет Вам на вашу светлую голову что- нибудь эдакое, вы голову почешите, пойдете дальше, а разум зародит стойкое желание съесть квашенной капусты, при этом к квашенной капусте вы до этого сто лет не прикасались, да еще бы столько же не прикасались бы. А потом окажется, что у вас там травма какая опасная, а вы- то и не придали значения позывам организма.
Меня такой подход к медицине довольно удивил:
– Никогда не слышал о таком медицинском методе, но я от медицины довольно далек, поэтому буду теперь к себе более чуток.
– Передовые методики, друг мой, хехе! Что- то я совсем закружился. Простите меня пожалуйста, нужно подготовить список покупок для Алексея Димитрича. Без лекарств сейчас никак. Приду сегодня обязательно. Спасибо вам большое, Василе, что пришли и пригласили.– ответил мне Никита Соломонович уже погруженный в свои собственные думы.
Я благодарен станичному врачу за такое чувство такта, у меня всегда были проблемы с завершением диалогов. Язык существует уже столько лет, а конец человеческой коммуникации все равно иногда чувствуется невероятно неловко, забавный парадокс.
Следующим пунктом моего маршрута был дом возле почты. Свой путь я строил по принципу- «Что будет ближе, туда и пойду». Небольшие масштабы станицы давали определенные преимущества. Дом с желтой крышей недалеко от почты был найден в считанные секунды. Он встретил меня довольно высоким деревянным забором. Такой еще красил Том Сойер. Впрочем, деревянная калитка была открыта и ставила под сомнение защитные функции забора. Вполне возможно, что он тут стоял для усыпления бдительности домочадцев. Дверь дома была заперта. Ждал я уж точно минут десять, за это время я успел обдумать свой слог. Вдруг, после того, как я выберусь отсюда мне посчастливится показать или даже издать свой дневник? На такой случай, нужно уметь удержать читателя, хотя куда уж там. Унять тряску в руках- то не могу уже минут двадцать, а тут еще незримого гипотетического читателя этими самыми трясущимися руками удерживать. Мои рассуждения прервала скрипучая дверь, отворившаяся настежь. Кое- что я осознал только сейчас, на улице не было и полудня, а внутри дома стояла непроглядная тьма. Из этой тьмы вынырнул ребенок лет тринадцати и буркнул что- то между «Здрсте» и «Дбре утро». В ответ я начал произносить типичную ритуальную пригласительную речь. Мальчуган махнул головой и резко захлопнул дверь. Обрадовавшись тому, что ничего страшного не произошло, я выдохнул и осмотрелся. Дом с черной крышей рядом с лесом был прямо по улице, мои ноги инстинктивно зашагали в его сторону.