КРАТЕТ ФИВАНСКИЙ

Из стихотворных сочинений

1. Любовь проходит с голодом, а если нет, — со временем.

Но если и от этого не догорит огонь,

Один тогда бедняжке путь — скорее в петлю лезь.

(Антолог, Плануда, I, 37. — Этьен, с. 38; Стобей. Антолог. XLI; у Диогена Лаэртского (VI, 86) читаем:

Любовь проходит с голодом, а если нет, — со временем.

А если так не справишься, петля тогда — спасение.

Почти те же стихи у Суды (под словом «Кратет»); ср.: Климент Алекс. Стромат., II, 493; Юлиан, VI, 198 и др.).

2. Остров есть Пера среди виноцветного моря порока.

Дивен и тучен сей остров. Владений окрест не имеет.

Дурень набитый и трутень, как и развратник негодный,

Жадный до толстого зада, в пределы его не допущен.

Смоквы, чеснок и тимьян в изобилье тот остров рождает.

Граждане войн не ведут и не спорят по поводам жалким,

Денег и славы не ищут, оружьем к ним путь пробивая .

(Диог. Лаэрт., VI, 85. Здесь Кратет подражает Гомеру (Одиссея, XIX, 172—173); ср.: Апулей. О магии, 26; Деметрий Фалерский. О стиле, 259. «Пера» — нищенская котомка киника).

3. Дай десять мин ты повару и драхму лишь — врачу,

Тому, кто льстит, — талантов пять и шиш — советчику.

А девке дать не жаль талант, философу ж — обол.

(Диог. Лаэрт., VI, 86. Иронические советы от имени прожигающего жизнь богача).

4. Здравствуй, богиня моя, мужей добродетельных радость.

Скромность имя тебе, Мудрости славной дитя.

Благость твою почитает, кто справедливости предан.

(Антолог. Плануда, 1, 12; Юлиан, VI, 199. Фрагмент представляет собой начало гимна Скромности).

5. То, что узнал и продумал, что мудрые Музы внушили, —

Это богатство моё; всё прочее — дым и ничтожность

(Диог. Лаэрт., VI, 86; ср.: Плутарх. Как можно себя хвалить. .., 17. — Гуттен, т. 10, с. 209).

6. Славные дочери Зевса-владыки и Мнемосины,

Музы Пиэрии, к вам слово молитвы моей.

Пищу пошлите вы мне — не могу голодать постоянно.

Только без рабства: оно делает жалкою жизнь.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Буду полезен друзьям, льстить только им не учите.

Деньги же грех собирать, копить скарабею богатство.

Быть не хочу муравьём — только себе и себе.

Хочется праведным стать и такое добыть мне богатство,

Чтобы к добру привело, делая лучше людей.

Этого только б достичь, Гермесу и Музам пречистым

Жертв дорогих не свершу, делом святым отплачу.

(Юлиан, VI, 199с; ср.: Там же, VII, 213Ь. Весь отрывок — пародия на элегию Солона, приведённую Стобеем (Антолог., IX, 25). Слова «буду полезен друзьям...» направлены против параситов, которые стремились не столько приносить пользу, сколько говорить приятное. Последний стих фрагмента перекликается с мыслями Диогена у Юлиана, VI, 199).

7. В котомке, что за сила, знать не можешь ты.

Бобов не знаешь сладости и жизни без забот.

(Стобей. Антолог., XCVII, 31; ср.: Диог. Лаэрт., VI, 86).

8. Идешь далече, милый мой горбун.

Согбенный старостью, в Аид свой держишь путь.

(Диог. Лаэрт., VI, 92).

9. Когда Александр спросил его, хочет ли он, чтобы его родной город был восстановлен, он ответил: «Зачем? Придёт, пожалуй, новый Александр и снова разрушит его». Он говорил, что его родина — безвестность и бедность, неподвластная даже судьбе, и что его соотечественник — Диоген, человек, недоступный зависти (Там же, 93. Муллах предполагает, что за словами «...разрушит его» должны следовать стихи, и пытается восстановить их; однако в рукописях в этом месте стихов нет; ср.: Элиан, Пёстр, ист., III, 6; Филострат. Жизнь Аполлония Тианского, VII, 1).

10. Все побеждай, не сдавайся, гордая духом и силой.

Золоту ты неподвластна и всё сжигающей страсти.

Правда, большая любовь не может быть спутницей подлых.

И все заключают строчки:

Те, кто не сломлен вконец жалким рабством у радостей жизни,

Чтут лишь царство одно — бессмертное царство свободы

(Климент Алекс. Стромат., II. — Поттер, с. 492).

11. Меня согнуло время, мудрый чародей.

Болезни шлет оно, всех делает слабей.

(Стобей. Антолог., CXVI, 31).

12. Стильпона там я узрел, казнимого страшною казнью.

В городе, где, повествуют, лежбище было Тифона.

Споры он в Мегарах вёл с неисчётными окрест друзьями,

Спорили долго они, добродетели имя пороча.

(Диог. Лаэрт., II, 118).

13. Видел я Асклепиада, того, что жил во Флиунте,

Рядом стоял Менедем, на быка, как две капли, похожий.

(Диог. Лаэрт., II, 126).

14. Видел потом я Микилла, живущего в тяжких страданьях,

Шерсть он усердно чесал, и жена ему в том помогала

В битве жестокой за жизнь голода так избегали.

(Плутарх. Как избегать долгов, 7. — Гуттен, т. 12, с. 214).

15. Бобы собирай и моллюсков...

(Стобей. Антолог., V, 67).

16. Бранил, я слышал, старость ты: «Большое зло!»

Какое ж зло? Замена ей одна лишь смерть.

Мы все стремимся к старости. Когда ж придёт,

Печалимся. Природы мы не ценим дар.

Ведь никогда так не желанна жизнь, как в старости.