— Тот факт, что Кайлеб решил обогнуть всё Чизхольмское море, чтобы напасть на нас с севера, а не с юга, конечно, может означать несколько вещей, — продолжил Корис. — Но, боюсь, наиболее вероятно, что по дороге он остановился в Кармине.

— Вы действительно думаете, что Дейрвин может предать вас, Ваше Высочество? — тихо спросил Каменная Наковальня.

— Честно? Я не знаю. — Гектор пожал плечами. — В обычном случае, я бы сказал нет. По нескольким причинам. Но ведь это не совсем обычные условия, не так ли? Как бы мне ни было неприятно это признавать, но сейчас почти все смотрят через его плечо, гадая, что с ним будет, если мы проиграем Кайлебу. И как только что заметил Филип, Дейрвин — шурин Зебедайи.

— У нас нет никаких намёков на то, что сэр Фарак мог даже подумать о чём-то подобном, — сказал Корис. — Чего я боюсь, так это того, что Зебедайя переметнулся на другую сторону. Если он это сделал, то было бы в его духе посылать письма вместе с Кайлебом, убеждая своего шурина сделать то же самое.

— При всём моём уважении, Ваше Высочество, — сказал Тартарян, впервые вступая в разговор, — я знаю барона Дейрвина. Я не думаю, что его так легко будет склонить к предательству его преданности вам.

— Я думаю, что ты, скорее всего, прав, — задумчиво ответил Гектор. — С другой стороны, если Зебедайя действительно послал письмо, подобное тому, что предлагает Филип, то Кайлеб, возможно, решил, что стоит попытаться склонить Дейрвина перейти на свою сторону. Дейрос — хороший, относительно глубоководный порт прямо там, в Бухте Белого Паруса. Он немного тесноват для действительно большого флота, но достаточно большой, чтобы в крайнем случае обеспечить приличную якорную стоянку, если его флот всё ещё будет собираться, когда сезон штормов начнётся в следующем месяце или двух… и это всего лишь в двухстах милях по суше от Менчира. Нужно признать, Тёмные Холмы находятся между Дейрвином и Менчиром, но это работает в обоих направлениях. Если они будут препятствием для его армии, двигающейся на запад в сторону Менчира, они также дадут некоторую защиту его собственной оперативной базе, если нам удастся сконцентрировать наши собственные силы против него. Но самое главное, что в это время года ему где-то понадобится порт. Если есть хоть один шанс, что Дейрвин может сдать ему Дейрос в целости и без боя, это, наверное, стоит того времени, чтобы по крайней мере он попробовал это сделать.

— И если Дейрвин не перейдёт к нему, Дейрос не будет защищён так сильно, как порты вдоль побережья пролива Марго, — печально согласился Тартарян.

— Мы должны были как-то расставить приоритеты между нашими силами и новой артиллерией, Терил. — Гектор махнул рукой. — Вы с Ризелом были правы, когда говорили — как и я только что — что Тёмные Холмы прикрывают Менчир с востока. Так что вместо этого имело смысл сосредоточиться на укреплении юго-западных портов.

— Что также может быть ещё одним признаком того, что Кайлеб контактировал с Зебедайей, — заметил Корис. — У Зебедайи было достаточно времени, чтобы выяснить, где мы сосредоточили свои силы. Я полагаю, что именно такую информацию он собирал, чтобы предложить Кайлебу в качестве доказательства своей ценности.

— Это может свидетельствовать и об этом, — признал Гектор. — Точно так же трудно спрятать новые береговые батареи, Филип. Любой из торговых кораблей, проходящих через пролив, мог сообщить эту информацию Кайлебу.

— И даже если бы это было не так, то, вероятно, не потребовался бы военный гений, чтобы понять, как мы подходим к этой проблеме, — добавил Каменная Наковальня.

— Именно. — Гектор кивнул. Затем он поморщился. — Хорошо, я думаю, что всё это стоило обдумать, но сейчас нам нужно сосредоточиться на том, что мы будем делать, если они направляются в Дейрвин.

— Хотел бы я, чтобы у нас была более точная оценка их общей силы, мой князь, — сказал Тартарян. — Хорошая новость заключается в том, что благодаря семафору мы знаем, что они прибудут по крайней мере за пятидневку до того, как нечто столь медленное, как флот вторжения, сможет достичь Дейроса. Плохая новость в том, что мы действительно не знаем, сколько боевых кораблей они приведут с собой, когда придут. Я знаю, что отчёты Филипа говорили нам о размерах их флота, о сотнях галеонов, которые они собирали, чтобы послать к нам, с каждым человеком в Королевстве, отправленным в качестве элитных морских пехотинцев. Но, как я уже говорил, на данный момент я не доверяю нашим источникам.

— Боюсь, на то есть веские причины, — пробормотал Корис, и Гектор слегка сжал губы.

Управлять шпионами на расстояниях таких же больших, как расстояние между Менчиром и Теллесбергом всегда было трудно, а дьявольская эффективность которую черисийская служба безопасности демонстрировала последние пару лет, всё ещё оставалась больным местом. Он был вынужден признать, что на самом деле это не было виной Кориса, поскольку Нарман и все остальные враги Кайлеба, похоже, испытывали точно такие же трудности. Несмотря на это, тот факт, что они были вынуждены полагаться на вторичные источники, и характер разведданных, которые агенты Кориса могли получить, расспрашивая капитанов торговых судов или посещая таверны в морских портах других государств, чтобы послушать матросскую болтовню, заставлял его чувствовать себя растерянным и полуслепым.

— Я готов признать, что черисийцы — особенно теперь, когда Чизхольм присоединился к ним — могут собрать внушительный флот и найти транспорты, необходимые для переброски довольно солидной армии на такое большое расстояние, как до Корисанда, — продолжил Тартарян. — Однако, я поверю, что у него есть двести военных галеонов и сто тысяч солдат, когда увижу их на самом деле. Предполагая, что мы действительно столкнулись с обычным смертным врагом, я не понимаю, как он может иметь сто военных галеонов, и я был бы поражен, если бы он смог найти средства для перевозки войск для более чем пятидесяти-шестидесяти тысяч человек. Не говоря уже о том факте, что ему пришлось бы собирать и обучать свою армию практически с нуля. Это ограничит общую численность личного состава, которую он сможет развернуть здесь, в Корисанде, так же эффективно, как и его средства перевозки.

— Я согласен, — сказал Каменная Наковальня, энергично кивая. — Кроме того, следует учесть, что после такого долгого путешествия, которое требуется чтобы преодолеть расстояние между этим местом и Черис — или даже между этим местом и Чизхольмом — его скаковым лошадям и тягловым животным потребуется по меньшей мере пятидневка или две на суше, прежде чем они будут готовы к какой-либо серьёзной кампании.

— Вместо этого у него будет преимущество в морской мобильности, — заметил Тартарян. — У нас всё ещё нет флотских сил, чтобы противостоять ему, а это значит, что он может использовать свои транспорты так агрессивно, как ему заблагорассудится. И, честно говоря, он сможет двинуть свои войска быстрее и дальше, чем Ризел и Корин смогут провести наши войска по суше.

— Вместе с тем, однако, он не захочет сразу же предпринимать что-либо слишком хитрое, — продолжил адмирал. — Прежде чем что-то предпринять, он должен убедиться, что здесь, в Корисанде, у него есть прочная точка опоры. Поэтому, в каком бы месте он не высадился — а я, как и вы с Филипом, мой князь, думаю, что Дейрос, является его наиболее вероятной ближайшей целью — он потратит, по крайней мере, некоторое время на создание надёжного оборонительного периметра. Замечание Ризела о состоянии его конных лафетов и тягловых драконов также справедливо, и я предлагаю сделать всё возможное, чтобы сделать ситуацию ещё хуже, приказав всем лошадям, мулам и драконам в районе Дейроса убираться на запад, подальше от легко доступного побережья, прежде чем его первый морпех высадится на берег. Давайте не дадим ему возможность захватить кого-либо из наших животных, чтобы восполнить дефицит. Это должно немножко его задержать. На самом деле, я думаю, что мы можем рассчитывать, по крайней мере, ещё на две или три пятидневки, даже после того, как он достигнет Дейроса, прежде чем он начнет посылать передовые части, чтобы найти путь через Тёмные Холмы.