– А я Вас ещё никуда не отпускал. Мы не закончили говорить.
– Зато я закончил! – обернулся уходить я.
В кабинет вошли два крепких бугая. Доктор, указывая на меня:
– Ребята, он буйный немного. Определите его в соответствующую палату.
Я рванул к двери, в попытках прорваться и убежать, но меня скрутили и вкололи какую-то дрянь. В голове закрутилось, я обмяк и выключился.
Очнулся я от того, что надо мной склонился доктор в белом халате и, заглядывая с расстояния мне в глаза, пытался понять моё состояние и настроение. Это был другой доктор. Позади него стоял крепкий высокий мужчина. Возможно это был медбрат, для его подстраховки… На всякий случай… Я был привязан ремнями к кровати. Полосатая пижама на голое тело. Даже носок не было на ногах. В горле пересохло так, что слюна не дотекала до горла, а впитывалась по пути следования.
– Доброе утро. Как Вас зовут? – спросил доктор.
– Глеб Петрович. – хрипло ответил я.
– А фамилия?
– Тихонов.
Доктор улыбнулся и кивнул головой.
– Доктор! – хрипло произнёс я: Я ни в чём не виноват. Меня загребли к Вам ни за что!
– Как интересно…
Мне показалось, что он вполне адекватный и компетентный врач и предложил ему:
– Давайте я Вам расскажу, что со мной произошло, а Вы уже потом решайте, что со мной делать.
Доктор поставил рядом с моей кроватью стул, раскрыл свой толстый белый кожаный ежедневник с зарисовками и приготовил ручку:
– Я весь во внимании.
– А можно мне немного воды? В горле сильно пересохло…
Доктор попросил стоящего позади себя мужчину принести стакан воды. Мужчина принёс пластиковый стакан, полный воды.
– Если мы Вам руки развяжем, не будете буянить? – спросил доктор.
– Да что Вы, доктор! Мы же с Вами цивилизованные люди. – ответил я.
Доктор кивнул мужчине и тот освободил мне руки. Дали попить воды. Медбрат с разрешения доктора удалился.
– Ну что ж, поведайте мне свою историю.
Я рассказал всё, что со мной произошло за предыдущие два дня в мельчайших подробностях. Доктор внимательно выслушивал, задавал вопросы, если ему было что-то непонятно, и записывал себе в ежедневник. Когда я закончил свой рассказ, то обратился к доктору:
– Доктор, отпустите меня домой, пожалуйста. Меня уже жена с детьми, скорее всего, потеряла. И машину со штраф стоянки забрать нужно.
Доктор посмотрел на меня:
– Знаете, Дмитрий Анатольевич… Как бы Вам это сказать, не в первый раз… Вы уже не первый год находитесь у нас на лечении. Ваша фамилия Столяров. У Вас нет ни жены, ни детей, ни даже машины. У Вас диссоциативное расстройство множественной личности. Это такая болезнь… Вчера, например, Вы были кардиохирургом, а позавчера участником глубоководной миссии… У Вас талант на выдумки и шикарная фантазия! Быть Вашим лечащим врачом – это подарок судьбы. Я уже дописываю свой второй том Ваших рассказов. Ну, что же, на сегодня всё. Отдыхайте… Встретимся завтра.
С этими словами он встал со стула, закрыл свой ежедневник и покинул комнату.
Психушка. Дело Копыто.
Толстый ежедневник в белом кожаном переплёте. Он всегда со мной. В своё время я купил себе несколько таких. Ах, да… Меня зовут Владимир Степанович. Я лечащий врач в стационаре психиатрической больницы. За день столько всяких рассказов от пациентов наслушаешься, что и всего не упомнишь. А встречаются такие индивидуумы, что иногда даже и удивляешься их фантазии. Каждый день новый рассказ. Вот я и взял за привычку записывать себе в ежедневник самые интересные из всех этих рассказов больных. Почему ежедневники именно в белом переплёте? Всё просто. В школе я закончил художку и очень часто делаю себе зарисовки ручкой не только на страничках ежедневника. К окончанию ежедневника на его обложке всегда появляется свой тематический рисунок.
И так, в чём же заключается моя работа. Ну, непосредственно моё общение с пациентами и индивидуальное назначение курса лечения для них. После дня такой работы я даже дома иногда нёс всякую пургу. Пообщайся весь день с такими пациентами. Моя вторая половинка, долго не смогла такого вынести и развелась. Хорошо, что с детьми не стали торопиться. Поначалу жена мне в категоричной форме заявляла, что не хочет, чтобы я там работал. Потом перешла на угрозы о расставании. Но мне это нравится! Я же ей не диктую, где ей можно работать, а где нет. Короче, расстались. Теперь я живу один. Днём на работе, вечером отдыхаю в полной тишине. Перевариваю в голове разговоры с пациентами и записываю к себе в ежедневник в виде рассказов. Даже издал свой первый том таких рассказов «Истории от сумасшедших». Заведующий отделением, Валентин Михайлович, купил мою книжку и попросил меня оставить в ней свой автограф. Я с гордостью сделал это. Работаю только в рабочие дни, отказался от смен. Так я во все праздники и выходные нахожусь дома, ну или хожу в гости…
Понедельник. Заведующий отделением с утра вызывает к себе пообщаться.
– Привет Володя! – протянул он мне руку.
Я пожал её:
– Доброе утро, Валентин Михайлович.
– Прочитал я твою книжку до конца. Ржал как конь! Молодец! Как тебе удаётся так разжиться такими классными рассказами?
– Так с кем я своё время то провожу…
– Не знаю, мне пациенты так не рассказывают, как тебе в подробностях.
– А Вы пытались им дополнительные вопросы задавать? Или так, краем уха типа слышали?
– Ладно, подловил меня… Почти не слушаю.
– Ну, так вот…
– У меня столько нервов нет. Я если всех выслушаю, то свихнусь… Почти как ты. – сказал Валентин Михайлович и рассмеялся: Да, кстати, тебе ещё один пациент. В пятницу вечером доставили.
– Обычно в пятницу, да и ещё вечером не привозят… – удивился я.
– Здесь особый случай. Параноидальная шизофрения. Говорят, на жену кидался, пытался убить. Он в двести четырнадцатой палате.
– Одиночная, для буйных…
– Да, там. От тебя нужен будет диагноз, для полиции, чтобы его тут на принудительное лечение оставить. А то я опасаюсь за жизнь его жены.
– На работе полиция опрос делала его сотрудников?
– Да… – как-то неуверенно ответил заведующий: Практически то же самое говорят. Осмотри его и бумагу про его состояние мне на стол. С меня из полиции срочно требуют.
Валентин Михайлович протянул папку с делом пациента.
– Хорошо, только я сначала своих пациентов обойду. – ответил я.
Обычно после девяти утра я делаю обход закреплённых за мною пациентов, и только потом иду знакомиться с новичками. Как раз в такие моменты появляется новый и интересный рассказ. Обычно это надолго меня задерживает. И сегодня я точно не намерен отступать от своих правил. Я навестил всех своих больных, проверил состояние, записал к себе в журнальчик назначения для каждого из них по лечению и лекарствам. Всё! Теперь я готов идти знакомиться. Возле закрытой двести четырнадцатой палаты стоит наш медбрат, Илья, крупный и высокий. Я поздоровался с ним и вошёл в палату. А там никого! Оборачиваюсь к Илье:
– А где?
Илья, молча, пальцем указал в сторону кровати. Из-под неё высунулось лицо пациента. Ниже короткого пробора торчали широко раскрытые перепуганные глаза. Они то и дело поглядывали сначала на меня, потом на Илью. И даже ни слова не произнёс. Я начал открывать дело пациента и обратился к пациенту:
– Не бойтесь меня, я не страшный. Копыто… Странная фамилия. Чья она? Яков Иосифович… А, ясно… Сядьте на стул, пожалуйста, Яков Иосифович.
Но пациент продолжал молча выглядывать из-под кровати, постоянно таращась на Илью.
– Ладно, – обернулся я к Илье: Выйдите, пожалуйста… Если что – я позову.
Илья вышел.
– Всё, его нет. Будем знакомиться?
Яков Иосифович привстал, поглядывая на дверь. Он был худощавый и невысокого роста. Но внешность же не говорит об его физических данных. Бывают пациенты, которые выглядят ещё хилее, но зато такие «жилистые», что и Илья может не удержать. Хотя нет, он точно удержит любого. Яков Иосифович начал говорить: