Я обнаружил, что смотрю на стену, все еще думая о том, что моя жизнь изменилась так сильно, так быстро: новая жизненная ситуация, новая работа, новый город и новый ребенок на подходе. На данный момент все это казалось таким ошеломляющим — слишком много вещей, чтобы иметь дело со всеми сразу. И хотя секс был такой важной, отнимающей много времени, частью моей студенческой жизни, я искренне задавался вопросом, не подошла ли МОЯ безостановочная тусовочная жизнь к концу.

Возможно, дни спонтанного захвата и осеменения закончились. Сейчас я перехожу к совершеннолетию, и другие обязанности, естественно, должны были иметь приоритет. Но в то же время я взял на себя обязательство по отношению к Адриенне, и часть меня почувствовала себя плохо из-за того, что втянул её в эту ситуацию со мной. Конечно, она сделала свой собственный выбор, который привел к переезду из Нью-Йорка и возвращению домой ко мне, и мы уже подробно обсудили это решение. Но факт оставался фактом: если бы она добилась своего, я был бы с ней в Нью-Йорке, и ей не пришлось бы отказываться от энергичного, задорного образа жизни, который она любила.

«Ну, по крайней мере, в Сан-Франциско приличная ночная жизнь, не так ли?» — подумал я вслух.

«Хм?» — спросила Адриенна, возвращая свое внимание на меня.

«Я просто сказал, что в Сан-Франциско по крайней мере приличная ночная жизнь, верно? Может, не как Манхэттен, но лучше, чем в округе Ориндж».

Она с улыбкой пожала плечами. «Конечно же».

«И у тебя есть много друзей, с которыми можно восстановить связь».

Ее брови нахмурились. Она слишком хорошо меня знала, чем полагать, что я просто предаюсь праздным мыслям. «К чему ты ведёшь?»

Я покраснел на мгновение, пойманный. Но я обрел голос и объяснил: «Несмотря на все твои разговоры о том, что быть рядом со мной важнее, чем все тусовки, ты не можешь скрыть, как тебе понравилась эта неделя. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я доверяю тебе, и что ты не обязана присматривать за мной или быть привязанной к квартире. Я хочу, чтобы ты выходила и НАСЛАЖДАЛАСЬ, наслаждалась своей молодостью и красотой и знала, что я с радостью буду ждать тебя дома».

«Тигр…»

«Я серьезно».

«Я знаю, что ты серьезно».

«И…» Я глубоко вздохнул, не зная, как сказать, что было у меня в голове после того разговора с Джоном и Кассандрой этим утром. Я поднял эту идею один раз, только один раз, когда впервые начал трахать Тейлор. Но с тех пор мы об этом не говорили.

Глубоко вздохнув, я продолжил: «Я хотел сказать… сказать…»

Вы не можешь это произнести, не так ли?

Адриенна немного подождала меня, но, когда стало ясно, что я не собираюсь немедленно продолжать, она приподняла бровь и повела меня: «Сказать что?»

Я моргнул и посмотрел прямо на нее. «Я люблю тебя».

Она хихикнула. «Я тоже тебя люблю».

Я протянул руку, накрыл тыльную сторону ее руки своей и сжал. «Я люблю тебя безоговорочно».

Ее глаза сжались. «Что ты хочешь этим сказать?»

Я сделал глубокий вдох и сосредоточился на себе, пытаясь справиться с клубящимися мыслями и эмоциями, кружащимися у меня в голове. «В начале этой поездки, во время полета сюда… ну, у нас с тобой было небольшое приключение в вашем кресле в салоне первого класса».

Ее глаза заблестели, когда она улыбнулась мне. Понизив голос на октаву и наклонившись, она прошептала: «Ты имеешь в виду изнасилование меня там, где нас могут поймать?»

Я покраснел, улыбнулся и кивнул. «Да, это».

Снова выпрямившись, она пожала плечами и спросила: «Что с этим?»

«Ты сказала мне, что ты «моя». Но я сказал тебе, что ты не моя собственность и что у тебя нет никаких обязательств передо мной. Я не пытался держать тебя в клетке».

«Ты не держишь меня в клетке, но Я «твоя».

«Я не владею тобой».

«Да, ты владеешь. Мое сердце принадлежит тебе».

«Адриенна, я пытаюсь дать тебе свободу, о которой ты всегда мечтала. «Адриенна сохраняет свою независимость», помнишь?»

«Мы сказали это давным-давно».

«Ты говоришь, что это уже неправда? Тебе не нужна твоя независимость?»

Она поморщилась. «Дело не в том, что я хочу, чтобы меня связали… Мы снова возвращаемся к вопросу о браке?»

Я покачал головой. «Нет, нет».

«Тогда о чем это?»

Глубоко вздохнув, я наконец сказал то, что хотел сказать вначале, но не смог. «Я не хочу заставлять тебя обещать мне верность одному члену. Ты утверждаешь, что являешься лесбиянкой, но мы оба знаем, что это полная чушь. Ты любишь секс. Вы любишь член».

«Я люблю твой член», — пробормотала она сильно, но тихо, ее глаза метались по сторонам, чтобы убедиться, что никто снова не находится в пределах слышимости.

Я тоже огляделся. «Но ты не обязана. Мы не женаты. От тебя не требуется быть моногамной. Я видел, как Джон был с Тейлор, как Джефф был с Кейтлин. Секс есть секс. Любовь есть любовь. И секс без любви не означает неверность».

Адриенна глубоко вздохнула, взяла меня за руки и посмотрела мне прямо в глаза. «Спасибо за твою ошибочную попытку быть справедливым по отношению ко мне».

«Дело не в «справедливости», — настаивал я.

«Как угодно». Она подняла брови и одарила меня ОЧЕНЬ сильным взглядом, который прямо говорил: «Заткнись».

Так что я заткнулся.

Взяв меня за руку, Адриенна вытащила меня из кресел в одну из частных «телефонных будок» в VIP-зале. Маленькая комната с письменным столом и без телефона-автомата или чего-то подобного едва ли была чуланом, и было трудно уместить нас обоих туда и закрыть дверь. Но нам не нужно было много места, так как она припарковала свое лицо в двух дюймах от меня и схватила меня за череп обеими руками. Глядя прямо в мою душу, она довольно серьезно произнесла: «Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не против, если я буду трахать другого мужчину».

Я поморщился.

«Посмотри мне в глаза и скажи, что ХОЧЕШЬ, чтобы я трахнула другого мужчину».

Мне пришлось проглотить рвоту, прокатившуюся по горлу. Взявшись обеими руками, я убрал ее руку от своего черепа и переплел наши пальцы. Прижав руки к груди, я серьезно посмотрел на нее и сказал: «Но я хочу быть лучше, чем это».

«Лучше, чем что? О чем ты?»

«Просто…»

«Не говори мне, что ты пытаешься быть Джонатаном Квонгом».

Я покачал головой. «Я не пытаюсь, не пытаюсь. Но…»

«Боже мой, ты идиот».

Я нахмурился, выглядя обиженным.

Адриенна снова схватила меня за череп. «Слушай меня очень внимательно и не перебивай. Мне. Не нужно. Чтобы. Ты. Менялся. Я понимаю, что ты пытаешься расти, пытаешься повзрослеть и пытаешься учиться на примерах очень хороших людей, которых ты встретил в эти выходные и они являются хорошими людьми. Я была рядом с ними обоими — иногда без одежды — достаточно долго, чтобы узнать их, но ты не они, и ты не должен быть похожими на них»

«Я знаю-»

«Я СКАЗАЛА тебе не перебивать», — оборвала она меня. «Я люблю тебя таким, какой ты есть. Мне нравится, что я могу сказать тебе, чтобы ты заткнулся, и ты не будешь в этом мачо. Мне нравится, что я могу доверить тебе прыгнуть под мчащийся поезд, если ты думаешь, это защитит меня. И мне не нужно, чтобы ты менялся».

Она остановилась на мгновение и посмотрела на меня. Она могла сказать, что я собираюсь попытаться сказать что-то еще. Так что я держал рот на замке.

«Я бы предпочла, чтобы ты был честен с самим собой, чем пытался быть кем-то, кем ты не являешься», — продолжила она. «Если это означает быть собственническим и ревнивым, тогда ничего страшного. Мне скорее нравится, что ты ревнив и собственник. И я открою тебе маленький секрет: Джонни и Джефф? И они тоже собственнические и ревнивые».

Я нахмурился, но умудрился что-то сдержаться.

«Да, они позволили Кейтлин и Тейлор иметь других любовников, но здесь есть определенный уровень доверия. Они не отступят и не позволят кому-угодно урвать кусочек, даже если одна из этих двух женщин захочет. У них тоже есть свои… пределы. И Джонни изойдет на дерьмо при мысли о Кассандре с другим мужчиной».