Когда примерно через год Наташа вступила в протокол, программа сразу пошла наперекосяк. Несмотря на хороший возраст и нормальный фолликулярный резерв, у нее при стимуляции созрело всего две яйцеклетки (для примера – в первой программе мы получили девять, а во второй одиннадцать ооцитов). Я даже предлагала им остановить протокол в связи с «бедным ответом» яичников на стимуляцию.
Наташа с Ильдаром приняли решение продолжать ЭКО, несмотря на пугающую перспективу. Пункция прошла без проблем, обе яйцеклетки были получены. Эмбриологи сделали все, что от них зависело. И теперь предстояла ночь ожидания – оплодотворятся? Или нет? И сколько?
Утром меня разбудил звонок моей коллеги Риммы Сагдулловны (я работала во вторую смену). Со страхом взяла трубку, помятуя английскую поговорку о том, что у плохих новостей есть крылья, но боялась зря – все прошло отлично, оплодотворились обе яйцеклетки.
Дальше кратко: пять дней ожидания и перенос суррогатной маме двух отличных эмбрионов. Еще десять дней – и ура-а-а! – ХГЧ – 457 (цифра выше 100 говорит нам о том, что беременность наступила точно)! Еще две недели томительного ожидания – и на УЗИ бьется два сердечка. Еще восемь месяцев радостного ожидания – и Наташу с двумя сыновьями встречает из роддома счастливый отец!
Дальше я потеряла их семью из вида, но всегда помню о них и желаю им счастья. Ведь кто-кто, а они его заслужили сполна! Вспоминая Наташу и ее трудную судьбу, я думаю о том, что Господь не посылает человеку испытаний, которые он не может перенести. Как бы не было трудно, больно и горько – нужно идти вперед – и все ОБЯЗАТЕЛЬНО получится!
Просто Мария
Никогда не знаешь, за каким поворотом ждет нас счастье… Оказывается, я так говорю. Нет, я, конечно, знаю, что иногда так говорю, но… Выяснилось, что мои «перлы» разлетаются на цитаты. И прилетают ко мне обратно, когда я уже не знаю, как поднять голову и реально подумываю сдаться…
История Марии… Девушки удивительного обаяния и с железным характером. Очень умной, очень знающей, очень рассудительной и логичной. С такими людьми работать непросто, им надо соответствовать.
Она пришла ко мне на прием, тридцать пять лет, в браке два года, за плечами два свежих протокола ЭКО+ИКСИ и два криопротокола в другой клинике, безрезультатных. Смотрю пациентку, смотрю ее предыдущие многочисленные анализы, думаю… Женщина здорова. Сама Маша на сто процентов убеждена, что у них мужской фактор. К такой уверенности ее подвели рассуждения лечащего врача. В случае «мужской» проблемы всегда делают ИКСИ. Спермограммы сделаны, причем их целая пачка – от средних до отличных, и ни одной плохой. Да и в первом браке у мужчины есть ребенок. У меня тут же складывается впечатление, что женщину просто «раскрутили», ведь не секрет, что ИКСИ – это дополнительные деньги, и некоторые клиники грешат излишним назначением ИКСИ там, где вполне можно провести обычное ЭКО (в случае ЭКО эмбриолог просто добавляет сперматозоиды к яйцеклеткам, и процесс оплодотворения происходит естественным образом). Пытаюсь переубедить, но безрезультатно. После первичного приема рекомендую попытаться забеременеть самим, без ЭКО, а если уж ЭКО, то тогда лучше поменять протокол и провести только ЭКО, без ИКСИ. Я железобетонно уверена в своей правоте. Ага, как же…
Через три месяца приходит ко мне снова. За это время успела сделать еще один пролетный протокол и опять с ИКСИ в той же клинике. Как на те же грабли. Понимаю, что мои слова пролетели мимо ушей, смиряюсь и начинаю готовить к протоколу.
Этот протокол был удивительным. Думаю, Бог захотел мне показать: мол, зарываешься, девочка, не будь такой самоуверенной! Началось с того, что Мария совулировала у меня в ДЛИННОМ протоколе. Другими словами, фолликулы лопнули, и я не успела забрать ооциты. Такое не редкость в коротком протоколе и естественном цикле, но практически не случается в длинном протоколе, от силы пару раз в год во всем мире. И вместо планируемых восьми клеток я получила только две. Второе – спермограмма вдруг оказалась крайне плоха, и мои великолепные эмбриологи, которые могут обработать и улучшить практически любую сперму, только развели руками и сказали: только ИКСИ. Шок. Просто шок. И у меня тоже. Обе клеточки, слава богу, оплодотворились. Но тут опять раз, и на тебе – клеточки прекрасно росли до третьего дня и внезапно остановились в развитии. Переносить нечего. А ведь есть такая теория – правда, ничем и никем не подтвержденная, но почему-то неумирающая – о том, что до третьего дня эмбрион растет за счет ооцита, а потом включается мужской фактор. То есть получается, что все-таки мужской фактор, и я была не права. Я в ужасе.
Маша, однако, не унывает. И просится в новый протокол. К нему подошли уже ОЧЕНЬ серьезно, с подготовкой у андролога, с разделением спермы на две порции – одна после заморозки для ИКСИ, вторая, свежая, без подготовки для ЭКО (вместе с андрологом даже целую теорию по преодолению мужского фактора разработали). Иксишные эмбрионы не доживают до пятого дня, а в ЭКО получаем три великолепные бластоцисты. Две из них переносим, одну замораживаем – и беременеем! В положенный срок рожаем прекрасную девочку Леночку. Спустя небольшое время беременеем сами, безо всяких ЭКО. Теперь, пожалуйста, вернитесь к моим рекомендациям на первичном приеме. Получается, я была права. Вот так-то.
С каждым случаем – успешным или нет – я учусь. Что я вынесла для себя из истории Марии? То, что несмотря на все свои знания и опыт, нельзя быть излишне самоуверенной… Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам[1]. Сомневаться надо! Особенно в такой отрасли как медицина, где все так индивидуально. Ну, и конечно – никогда не знаешь, за каким поворотом ждет нас счастье!
Форрест Гамп
В сотый раз пересматривали с детьми замечательный фильм «Форрест Гамп». Вторая дочь доросла до этого фильма. Смотреть старое кино новым взглядом, через призму восприятия ребенка, – особый кайф, скажу я вам! Вместе хохотать, вместе реветь… Обревелись вчера…
А я под впечатлением от фильма вспомнила свою пациентку. Пришла она ко мне в протокол ЭКО по ОМС, то есть по бесплатной программе. За плечами – два пролетных протокола в других клиниках. Полное обследование перед началом омээсного протокола на сто процентов обязательно, а тут загвоздка – у мужа ейного нет на руках свежего анализа на ВИЧ. По заверениям Гульнары, так звали пациентку, просто забыли забрать, сегодня же возьмут и завтра принесут. Ну, хорошо. Но закон есть закон: пересдайте у нас сейчас, готов тоже будет сегодня же, и начнем программу. Так и сделали. Кстати, на следующий день анализ действительно принесла – все чин чином.
Протокол ничем не примечательный, созрело пять фолликулов, получили пять яйцеклеток. На пятый день из них получилась одна красивая бластоциста и все; соответственно, на заморозку ничего не остается. Остальные эмбрионы остановились в развитии. Эмбриолог все рассказывает пациентке. Переносим эмбрион, даю рекомендации, прощаемся, желаем всем удачи и успехов. Про анализ, естественно, все забыли, да его никто уже и не ждет – в карте же лежит свежий хороший результат. И вдруг, как гром среди ясного неба, – в запечатанном конверте приходит анализ мужа, который делали очень долго, так как перепроверяли в центре по контролю за СПИД. Анализ положительный. Катастрофа… Эмбрион уже перенесли, сперму, естественно, никто не проверял, специальную обработку, которая положена в таком случае, не проводил…
Чтобы вы понимали, в случаях, когда муж ВИЧ-инфицирован, а жена здорова, супруги прибегают к ЭКО специально, чтобы зачать здорового ребенка. Для этого сперму специальным образом обрабатывают, делят на две части, одну замораживают и впоследствии используют для оплодотворения, а другую отправляют на анализ. Если анализ приходит отрицательный, значит, оставшийся в клинике материал тоже хороший; если же в отправленном образце все-таки находят вирус, то выкидывается и замороженный материал, ну и все заново. Понятно, что в случае с Гульнарой ничего подобного не сделали. Сижу дрожу. Не знаю, чего бояться больше – что беременность наступит, или не наступит.