Глава XXII

(147) Лошадь начинает спариваться, самец и самка, двух лет; это, однако, бывает редко и потомство от них меньше и слабее. Обыкновенно спариваются и те и другое трех лет, и производят все время лучшее потомство до двадцати лет. Носит кобыла одиннадцать месяцев, на двенадцатый родит. Наполняет ее жеребец не в определенное количество дней, а иногда в один, иногда в два или три, иногда же и в большее число дней.

(148) Осел наполняет скорее, чем жеребец. Совокупление у лошадей не сопряжено с трудностями, как у коров. Самым похотливым из всех самцов и самок является, после человека, лошадь. Спаривание более молодых, вопреки возрасту, вызывается хорошим и обильным питанием.

(149) Обыкновенно кобыла рождает одного, иногда же она родит двух [и это] самое большее; одна родила даже двух мулов, что считается необыкновенным [событием]. Спаривается жеребец и тридцати месяцев от роду; но так, чтобы производить достойное потомство, только когда у него перестанут выпадать зубы. Говорят, что некоторые оплодотворяли и во время выпадения, если только не были от природы бесплодными.

(150) Лошадь имеет сорок зубов; в тридцать месяцев она меняет первые четыре зуба, два вверху и два внизу, по прошествии года меняет таким же образом еще четыре зуба, два вверху, два внизу, и снова, когда пройдет второй год, другие четыре зуба таким же образом; по прошествии четырех лет и шести месяцев больше не меняет. Бывает, что та или иная лошадь в первый же раз сразу сбрасывает все зубы, а другая все вместе с последними, но подобные вещи происходят редко, так что почти всегда лошадь четырех и шести месяцев наиболее пригодна для произведения потомства. Лошади более старые, как самцы, так и самки, лучше как производители.

(151) Жеребцы покрывают и своих матерей и своих дочерей, и табун тогда считается совершенным, когда лошади спариваются с своими потомками. Скифы ездят на жеребых кобылах, как только плод начинает поворачиваться, и утверждают, что тогда они легче родят. Все прочие четвероногие рожают лежа, поэтому и плоды у всех выходят вбок, только кобыла, когда близится время родов, стоя, выбрасывает свое порождение.

(152) Живут лошади в большинстве до восемнадцати и двадцати лет, некоторые до двадцати пяти и тридцати, а при заботливом уходе доживают и до пятидесяти. Как правило же наиболее долгая жизнь у жеребцов — тридцать лет, а у кобыл — тридцать пять, хотя достигали некоторые и сорока^[318]. Продолжительность жизни жеребцов вследствие [траты сил при] спаривании меньше, чем у кобыл; а у тех, кого выращивают отдельно, [она меньше, чем у пасущихся] в табунах.

(153) [Далее, у лошадей] самка [в возрасте] пяти лет достигает надлежащей длины и высоты, самец же в шестилетнем [возрасте], после чего в другие шесть лет он достигает полноты тела и увеличивается до двадцати лет. Самки завершают свое развитие раньше самцов, но в материнском чреве — самцы раньше самок, как и у человека; то же самое происходит и у других многородящих животных.

(154) Говорят, что мул сосет шесть месяцев, затем мать его уже не подпускает вследствие спазмов и боли, лошадь же — большее время. Расцвет силы у лошади и мула наступает после смены зубов; когда все уже сменились, возраст определить нелегко, поэтому и говорят, что можно судить о [возрасте] лошади, пока она не сменит зубы, когда же все сменила, нельзя. Однако лучше всего узнается возраст после смены по клыку, ибо у верховых лошадей он становится малым вследствие трения [на него ведь кладется уздечка]; у неверховых он хотя велик, но отделен от других, у молодых он острый и небольшой.

(155) Самец случается во всякий сезон и [во всяком возрасте] пока жив, и самка тоже [годна для] случки всю жизнь, но не во всякое время года, если не применять привязывания или другого насилия. И нет определенного времени, назначенного для случки; только если она происходит в неподходящее время, они не могут выкормить то, что породили. В Опунте был в табуне жеребец, который покрывал будучи сорока лет; ему приходилось поднимать передние ноги.

(156) Начинают случаться кобылы весной. Когда кобыла ожеребится, она не сразу после этого беременеет, а делает промежуток; и производит лучшее потомство на четвертый или пятый год после родов; один год во всяком случае необходимо пропустить и быть, так сказать, под паром.

(157) Лошадь, как было сказано, рождает с промежутками, ослица же беспрерывно. Бывают кобылы совсем бесплодные, другие зачинают, но не могут доносить до конца; признаком этого, как говорят, служит то, что у вскрытого зародыша рядом с почками находятся другие почковидные тела, так что кажется, будто у него четыре почки.

(158) Когда лошадь родит, она сейчас же съедает хорион и откусывает то, что прирастает ко лбу жеребят и называется “гиппоманес”^[319]; по величине оно меньше небольшой винной ягоды, по виду плоское, округлое, черное. Если кто-нибудь возьмет это раньше и кобыла обнюхает его, она от запаха выходит из себя и бесится; поэтому и знахарки ищут его и собирают. Если кобылу, оплодотворенную жеребцом, покроет осел, то находящийся в ней зародыш погибает. Коневоды не делают жеребца вожаком, как быка, потому что по своей природе он не может оставаться на одном месте, он горяч и легкоподвижен.

Глава XXIII

(159) Осел спаривается в тринадцать месяцев и сбрасывает тогда первые зубы, вторые на шестом месяце после этого, третьи и четвертые таким же образом; эти, т. е. четвертые, называют гномонами^[320]. [Бывали случаи, когда] даже и годовалая ослица вынашивала и выкармливала. После совокупления она выделяет вместе с мочой семенную влагу, если этому не воспрепятствовать; поэтому сейчас же после ее бьют и гоняют. Родит на девятом месяце, в большинстве случаев одного: такова ее природа; иногда же родит и двух.

(160) Осел, покрыв кобылу, разрушает зачаток, как было уже сказано; жеребец же не разрушает, когда кобыла была оплодотворена ослом. Беременная ослица становится молочной на десятом месяце. После родов она совокупляется на седьмой день и лучше всего воспринимает, будучи покрыта в этот день, зачинает она и в дальнейшее [время]. Если же ослица не родит, прежде чем сменит гномоны, она уже не воспринимает и не беременеет все остальное время жизни. Родить она не хочет в присутствии человека и на свету, но, когда она собирается родить, ее отводят в темное место. Рождает она всю жизнь, если только родит до выпадения гномонов.

(161) Живет осел больше тридцати лет, и самка больше, чем самец. Когда жеребец оплодотворит ослицу или осел кобылу, то выкидыши случаются много чаще, чем при соединении животных одного и того же рода, лошади с лошадью или осла с ослицей. Время беременности, когда соединяется лошадь с ослом, отсчитывается по самцу: я разумею, сколько времени продлится [беременность, это определяется соответственно тому, как если бы] родители были из одного и того же рода [и именно того, к которому принадлежит самец].

(162) По величине же тела, по виду и силе порожденное уподобляется скорее самке. Если же такое соединение происходит непрерывно, и между спариваниями не оставляют промежутка, самка очень быстро становится бесплодной. Поэтому занимающиеся этим делом не соединяют их без перерыва, но делают некоторый промежуток. Ни кобыла не принимает осла, ни ослица жеребца, если осел или ослица не сосали молока кобылы, поэтому нарочно подкладывают так называемых лошадиных сосунков. Эти [молодые ослы затем] спариваются на пастбище, овладевая силой, как [это делают и] жеребцы.

Глава XXIV

(163) Мул вскакивает и совокупляется после первой смены [зубов]; будучи семи лет, он даже оплодотворяет; и, когда он покрывал кобылу, не раз рождался гинн. Позднее он уже не совокупляется. И самка мула не раз беременела, но не так, чтобы доносить до конца. А мулы в Сирии, за Финикией, и совокупляются и рождают, но этот род, хотя и похож, но другой^[321]. Так называемые гинны родятся от кобылы, когда она болеет во время беременности, так же как у людей карлики, а у свиней последыши, и так же, как карлики, гинн имеет большой половой член.