Был ли он просто вспыльчивым солдатом, или его послали защитить ее из тени?

Если у Ду Юйшу действительно было "прошлое", то лишь один человек во всей поднебесной мог предоставить помощь из тени.

Но несмотря ни на что, Линь Ваньюэ уже решила сделать Ду Юйшу своим приближенным. Даже если... он доложит о своих действиях этому человеку, Линь Вэньюэ с готовностью пойдет на это.

По крайней мере, если при ней будет кто-то из ее людей, она будет чувствовать себя более уверенно.

На одно место ланцзяна определили человека всего за несколько дней. Новым командиром передовых войск стал Чжан Саньбао, которого рекомендовал Линь Фэйсин.

Весь месяц, пока выздоравливала Линь Ваньюэ, Гао Дэи и Чжун Лянцзюнь грызлись как собаки. Кто знает, какими приемами воспользовался Чжун Лянцзюнь, но неожиданно он начал биться с Гао Дэи за авторитет. Гао Дэи начал беспокоиться. Он стал более осторожным в подборе людей. Тех, кого рекомендовал Чжун Лянцзюнь, нельзя было использовать, и Чжун Лянцзюнь отверг всех, кого рекомендовал Гао Дэи. Оба были подручными командирами Ли Му, поэтому имели равный статус. В день, когда от двора не было получено указа, они застряли на ровном месте.

Как раз в момент, когда они собирались устроить очередной шум, Линь Фэйсин предоставил им альтернативу.

К полученному рекомендательному письмо нельзя было придраться. Двое командиров согласились и дали Чжан Саньбао добро.

Звание ланцзяна невысокое, но под его началом все еще оставалось десять тысяч человек. Кроме того, Линь Фэйсин уже держал в подчинении батальон Летящих перьев, а теперь под его командованием находилось почти тридцать тысяч человек!

Чтобы на равных соперничать с двумя командирами, этого было недостаточно, но она скрытно набрала силу, которую нельзя было недооценивать!

Согласно воинскому званию Линь Фэйсина, он мог иметь двести личных стражников. Их всех нужно было заменить, не вызывая подозрений Гао Дэи. При этом необходимо было тщательно их проверить, что замедляло процесс.

Пролетел еще один месяц. Длительная зима на северной границе наконец подошла к концу. Сошел снег, растаял лед, и погода потеплела. Здоровье Линь Ваньюэ намного улучшилось.

Прибыл посыльной.

У Гао Дэи на середине письма дрогнула рука, как только он услышал, что прибыл императорский указ. На бумагу упала капля разведенной туши.

Он мигом отбросил кисть. Главнокомандующий уже давно ушел из жизни, неужели Его Величество наконец выбрал нового?

За короткое время Гао Дэи, Чжун Лянцзюнь, Линь Фэйсин, четыре генерала и все высокопоставленные полководцы собрались в одном месте.

На плацу стояло на коленях несколько человек. Приведя в порядок одежду, посыльной прочистил горло. Он открыл императорский указ и громко объявил:

— Волею Неба и по повелению императора объявляю: похороны великого генерала завершены. Недопустимо оставлять северную границу без маршала. Мой третий сын, принц Юн, Ли Чуань, искусен в бою и наделен отвагой и умом. С завтрашнего дня он получит печать командующего северной границы и вскоре приступит к исполнению служебных обязанностей. Быть посему.

В глазах Гао Дэи зарябило. Он так долго боролся, но все было напрасно!

Вопреки ожиданиям, Его Величество не выбирал никого из армии северной границы. Вместо этого он назначил человека из столицы. И им оказался принц. Если Гао Дэи захочет проделать парочку маневров в будущем, ему это просто так не удастстя...

Кто-то воспринял это известие с радостью, а кто-то с грустью, но Линь Ваньюэ было все равно. В данный момент она наконец поняла истинный смысл слов Ли Му: "Так или иначе, найдется тот, кто наведет порядок”.

Вполне логично. Его Величество ни за что не допустит, чтобы в многочисленной пограничной армии, оставшейся без присмотра, царила ядовитая атмосфера. Заняв выжидательную позицию и проведя некоторые наблюдения, он принял решение! Такого человека, как Гао Дэи, мог держать в узде только принц. Если бы Его Величество послал кого-то другого, его бы тут же смели!

Однако Линь Ваньюэ не считала, что Его Величество позволит принцу Юну проживать на северной границе постоянно.

Все были готовы встать, но посыльной остановил их:

— Терпение, господа генералы, у Его Величества еще один указ!

Еще один?!

Все с замешательством снова опустились на колени.

Посыльной достал из парчовой шкатулки второй указ и с многозначительной улыбкой взглянул на Линь Фэйсина.

Линь Ваньюэ поймала его взгляд. Она начала недоумевать: неужели этот указ как-то связан с ней?

— Волею Неба и по повелению императора объявляю: на днях пульс старшей принцессы показал, что она ожидает ребенка. После оглашения указа фума Линь Фэйсин обязан немедленно вернуться в столицу.

Глава 127

Глава 127. Орошаемые любовью и горечью листья фирмианы

(фирмиана — 梧桐 — дерево, на котором находили пристанище фениксы)

Линь Ваньюэ поднялась с земли. Она приняла императорский указ из рук посыльного, но в голове у нее все еще царил полный беспорядок.

В знак благодарности посыльной обычно получал денежное вознаграждение за объявление подобных торжественных указов, но Линь Ваньюэ не знала об этом обычае.

Видя, что Линь Фэйсин не собирается его награждать, посыльной почувствовал, словно муху проглотил. Но ввиду почетного статуса Линь Фэйсина он не осмеливался ничего говорить.

— Поздравляю! Поздравляю, генерал Линь!

К Линь Фэйсину подошел Бай Жуйда. На одной его руке была наложена шина, поэтому он похлопал того по плечу здоровой и сказал с улыбкой:

— Поздравляю, генерал Линь! Желаю Вам, чтобы первым родился сын!

Застывшая Линь Ваньюэ напряженно повернула голову, чтобы посмотреть на Бай Жуйду. Она не знала, какое выражение лица ей следует принять.

Бай Жуйда, которому не было присуще чувство такта, списал это на то, что Линь Фэйсин впервые получает такого рода новости: наверное, был так счастлив, что утратил самообладание. Бай Жуйда улыбнулся, не сказав больше ни слова.

"Она беременна? Как такое возможно? Как она могла забеременеть от меня?".

За годы, проведенные в военном лагере, Линь Ваньюэ наслушалась более чем достаточно грязных разговоров между неотесанными мужчинами и естественно знала о том, что происходит между мужчинами и женщинами. Неужели этот ребенок был от Ли Чжуна?

Сердце Линь Ваньюэ сжалось от боли, когда она подумала об этом. Но боль была вовсе не душевной, а физической, терзающей ее тело.

Возможно ли, что из-за неминуемого дня свадьбы он вынудил Ли Сянь вступить с ним в незаконную связь?

"Нет! Это невозможно. Никто в мире не мог заставить Ли Сянь, обладавшую таким характером, сделать это... 

Тогда... между ними все было взаимно?!

Хах".

В одной руке Линь Ваньюэ держала указ, а другую прижимала к сердцу. Все окружили ее, чтобы принести поздравления.

Поздравление за поздравлением били в ее уши. Линь Ваньюэ опустила голову и, задев чье-то плечо, начала пробираться сквозь толпу.

Гао Дэи пошатнулся от толчка. Он был в ужасном настроении, поэтому разразился бранью:

— Проклятое отродье! Не видишь, куда идешь?!

Больше всего солдаты боялись разъяренного командира, поэтому бросились врассыпную.

Чуть ли не падая на ходу, Линь Ваньюэ вернулась в свой шатер и рухнула на стул. Она тяжело дышала, прижимая руку к середине груди. Ее била дрожь, сердце пульсировало болью, но она крепко стиснула кулаки. Она запретила себе плакать.

На столе лежал императорский указ, исписанный черными иероглифами по белому шелку, с поставленной императорской печатью.

Не успев выровнять дыхание, Линь Ваньюэ зашлась надрывистым кашлем.

Этот кашель, сопровождаемый хрипами, исходил из глубины груди.

Она кашляла и кашляла, кашляла и кашляла. Из глаз потекли слезы.

Линь Ваньюэ порывисто вытерла их рукавом, но взгляд снова затуманился.

Слезы хлынули, как весенний паводок, и как бы она ни пыталась их остановить, все было тщетно.