Эти рабочие уже были взаперти, когда я попала в это место. Они просили помочь, и раз уж я здесь – порасспрашивала пока о том, как тут все устроено у этого таинственного голоса. Так вот, каждое успешно пройденное испытание позволяет освободить одного пленника, но и сложность с каждым разом растет. Увы, я провалила первую же попытку,

Вздохнув, она тихо продолжила:

Так что вопрос в том, насколько наш молодой дворянчик в настроении нас спасать, Обычно знать не горит желанием рисковать жизнью

ради кучи навоза вроде нас,

Оценив еще раз свои шансы, Джана вздохнула и села в углу, окончательно отчаявшись. Больше всего ее сейчас волновала судьба ее отряда: намного больше, чем собственная жизнь. Останься она здесь – Корнелиус и Рабан однозначно не преминут воспользоваться возможностью.

К ее удивлению, Скарлетт не ответила и не стала сетовать на судьбу, а просто наблюдала за Брэнделем. В глубине души у девушки каким-то образом успела укорениться надежда, что их обеих спасут, непременно спасут.

Как раз в этот момент Брэндель обеспокоенно следил за Коданом, широким шагом промаршировавшим прямиком на арену.

Лицо старика, резко вдруг прекратившего хохотать, стало абсолютно

невозмутимым. Его меч одним незаметным движением уже оказался у него в руке, а взгляд ни на секунду не упускал из вида чудовище. Когда до сцены

оставался буквально последний шаг, он обернулся и оглядел Брэнделя еще раз:

Тц-тц, точно, высокомерный у Торбуса уродился паршивец. Смотри,

я тебе покажу, что такое настоящее фехтование, а то задрал нос – не опустишь.

Услышанное заставило Брэнделя застыть. Торбус, имя его деда. Деда Бренделя звали Торбус Дариус Кадироссо, а полное имя его внука - Брэндель Кадироссо.

Том 3 Глава 62

Брэндель на мгновение запаниковал, но тут же сообразил, что Кодан – все-таки ветеран, прошедший Ноябрьскую войну, и вполне мог мимоходом встретиться с его дедом.

И все же, Кодан был потомственным рыцарем, из дворянского рода, а его дед – простолюдином, ну и откуда столь близкое знакомство?

С подозрениями Брэндель решил повременить: на арене началась битва. Цербер, похоже, был крайне разочарован потерей добычи, и злобно ревел, борясь с цепями. Кодан ступил на сцену.

Наконец цепи толщиной с руку каждая сдались, лопаясь с громоподобным лязгом. Пока разнесшееся по всему Колизею эхо затухало, Цербер уже с воодушевлением понесся на Кодана.

Чертова псина! -

Направив меч острием на гигантского зверя, Кодан вытащил и щит. Цербер на полной скорости, словно снаряд, врезался в него одной из голов, и тут же отбросил в сторону, покореженным. Движение продолжилось в

сопровождении лязга остатков цепей.

Пожилой воин злобно сверкнул глазами, не спуская взгляда с несущегося на него трехголового демона. Тот взмыл в воздух в очередной атаке, заставляя Кодана отступить на шаг, принимая боевую стойку с обеими руками на рукояти меча.

Пшел вон! – яростно проревел он.

И тут же от него во все стороны разлилась бушующая яростью видимая ударная волна. Адский пес отлетел назад, пораженный этой яростной волной.

Скорость, с которой смело зверя, была сравнима с действием Ветровой Пули, а сила воздействия отнесла пса на сотню метров, не меньше.

Послышался звук сильнейшего удара: похоже, цербер врезался в стену. Из кладки полетели камни, но вскоре все скрыло непроницаемое облако пыли.

Ни-чер-та себе! Как Взрыв меча могла настолько усилиться от его основного навыка фехтования?! -

Брэнделю только и оставалось вопить про себя: техника совершенно обычная, доступна любому владельцу меча, но то, как Кодан отправил тварь

в полет на сотню метров, шокировало.

В игре каждую технику можно было усилить определенными качествами. К примеру, Белого Ворона и Лобовую Атаку, имевшиеся в распоряжении Брэнделя, усиливала его ключевая военная техника, тогда как

Прорыв силы и Ускорение – простая статистика: сила, физическая форма и скорость.

Чем выше мастерство фехтования и сильнее общая статистика – тем сильнее навыки, но все же… Брэндель ни разу не сталкивался с навыком Взрыва меча, способным отправить огромного противника типа Цербера в стометровый полет, причем в исполнении бойца Золотого ранга.

Не то чтобы это было в принципе невозможно, и он сам мог выдать такой же результат, но только достигнув девяностого уровня и не раньше.

Цербер, конечно, доказал свою устойчивость, и не выказал признаков сильного ранения. Встав на лапы и встряхнув тремя огромными головами, он освободился от дождя обломков и пыли.

Брэндель почувствовал укол сожаления. Как некстати: атакуй цербер

с земли, а не с воздуха, из полета – урон был бы несравнимо больше.

Зато Кодан не упускал возможности: быстро метнувшись по арене – каждый шаг на дюжину метров, и это без навыка Ускорения – он размытым пятном приблизился к врагу. Стоило псу только оскалиться в его сторону –

а он уже занес клинок над одной из голов.

У твари не было времени ни то чтобы уклониться – цербер даже испугаться не успел.

По амфитеатру разнесся звук грандиозного удара. Клинок Кодана полностью погрузился в среднюю голову твари, пройдя по идеальной дуге. Брызнула кровь, но владелец меча грациозно отступил, не позволив ни единой капле попасть на себя.

У цербера подогнулись лапы, и под тяжестью собственного веса он рухнул на землю. И все же бешеный зверь не сдался: две оставшиеся головы

изрыгнули пламя прямо на Кодана.

Старик был настороже и готовился к чему-то подобному, так что успел отскочить в сторону сцены, но явно не ожидал, что огненные лучи добьют до того места, где он оказался. Опаляющее пламя, стелясь по земле, приближалось, но он успел перекатиться в сторону, продолжая маневр.

И все же, несмотря на всю быстроту реакции, его одежда, волосы и даже борода частично обгорели.

Кодан встал, яростно отряхнувшись, и издал разочарованный рев: пострадала борода, его гордость, тщательно выращиваемая годами. Не прекращая движения, он опустился на корточки, почти коленями в землю, и внезапно одним залпом, как пушечное ядро, стартанул вверх по направлению

к противнику.

Наблюдателям могло показаться, что кулак Кодана настолько мал, что его едва видно, но сила удара поразила всех: звук, с которым он сокрушил подбородок одной из голов Цербера, попросту оглушал.

Треск ломающейся кости не перепутаешь ни с чем, и услышавшие это пленники в клетках синхронно дернулись.

Почти комичным движением зверь взмыл в воздух в сопровождении ударной волны от кулака Кодана. Неконтролируемый взлет сменил траекторию, отклонившись влево, но до того, так туша успела закончить падение на земле, неутомимый старик взмыл в воздух, приземляясь прямо на

последней целой голове. Его меч целиком погрузился в оскаленную морду и

тут же вышел, продолжая кровавый путь по остальному телу множеством неглубоких ран.

Стоило мечу дойти до конца туши – та попросту разделилась надвое,

выпуская наружу водопад крови и ошметков, пока половинки неспешно шлепнулись на землю.

На мгновение Колизей погрузился в тишину.

Невероятно, – глубоко вздохнув, пробормотала наконец Джана, оглядывая происходящее расширившимися до невероятности зелеными глазищами.

Поражена была не только она. Молодежь в клетках замерла с открытыми ртами, неспособная издать ни звука. Сила бойца Золотого ранга в

действии – молниеносная, смертоносная и пугающая.

Да если бы не ранение, его бы ни одна атака этой твари не задела! – Скарлетт сжала стальные прутья решетки в тихом изумлении.

Джана кивнула, полагаясь на наблюдательность соседки: достойно Золотого ранга, что бы там с ней не случилось. На своем уровне она мало что разглядела из произошедшего, и еще меньше поняла.

В то же самое время в другой клетке вовсю шел обмен перешептываниями. Сначала Джока обратился к Коэну:

Как думаешь, они нас спасут?

Трудно сказать, – покачал головой тот.