- Это неплохая традиция. Каждый должен доказать право на место в обществе.
- Угу. Если бы только кварианцы говорили своей молодёжи не воровать у ОПГ. Как-то раз был случай, когда девчонка попыталась слинять с целым кораблём. Её едва не убили вооружённые бандиты. Интересное было дело.
Кварианец направился в их сторону. Август слегка выпрямился, его рука потянулась к пистолету, но кварианец не стал подходить к ним, и вместо этого исчез в коридоре. Полминуты спустя то же самое сделали два человека, чьи взгляды были направлены на исчезнувшего кварианца.
Гаррус страдальчески вздохнул.
- И вот ещё одна проблема с Паломничеством. Кварианская молодёжь неопытна. Лёгкие цели.
Он снова вздохнул.
- Постараюсь убедить эту парочку найти кого-то ещё для ограбления. К тому времени, как сюда прибудут СБЦ, кварианец может уже быть мёртв.
Не ожидая ответа, он достал пистолет и последовал за мужчинами. Не желая оставлять Гарруса наедине с грабителями, Галларди проделал то же.
Они нашли людей угрожающими кварианцу в аллее, освещённой лишь серией тусклых красных огней, отбрасывающих глубокие тени, словно подчёркивающие тьму вокруг. У обоих в руках были длинные кинжалы, направленные на кварианца. Судя по тому, как они держали клинки, Август решил, что опыта в их использовании у них нет.
Впрочем, чтобы ранить кварианца опыт им был не нужен, и они прижали молодого пришельца к стене; один обходил, перекрывая путь к отступлению.
Негромко выругавшись, Гаррус бросился вперёд, подняв пистолет. Август выстрелил из Карнифекса, прицелившись в точку рядом с ногой одного из мужчин. Они обернулись со встревоженными вскриками, поспешно потянувшись к оружию на бёдрах. Август среагировал рефлекторно; по выстрелу попало в грудь каждому, прежде чем они извлекли своё оружие.
Последовал момент шокирующего безмолвия. Гаррус принялся действовать первым; сперва проверил кварианца, затем - мёртвых бандитов. Кварианец подошёл к Августу, может из благодарности, может - от шока. Он что-то сказал, но Август не слышал его слов, и не заметил, когда молодой пришелец ушёл. Вместо того он уставился на пару трупов перед ним. Вот, вновь, свидетельство немыслимого - ксеносы понимают мораль, данную человечеству Императором, в то время как его собратья-люди - нет. Ограбление - гнусное преступление, ибо подстёгивает самодовольство и тратит время, не производя ничего ценного для дела Императора; убийство - ещё хуже. Но какие преступления совершили эти двое? Отнимать у ксеносов не запрещено; собственно, обычно даже наоборот. В конце концов, Человечество обладает правом на галактику. И смерть ксеносов, как был уверен Август даже сейчас, долг каждого гражданина Империума. И вместо этого эти смерти были в защиту ксеноса, в противоречие принципов, кои Август знал и коим подчинялся. Будь потенциальная жертва этих двоих покойников тоже человеком, действия Галларди были бы справедливы. Но кварианец - не человек.
В редкой вспышке озарения Август был вынужден признать бесспорную истину. Он больше не видел разницы между людьми и пришельцами, по крайней мере на подсознательном уровне. Вот почему он не испытывал ярости при виде парочки человека и асари, и это подтолкнуло его спасти кварианца, словно он был человеком. Каким-то образом по ходу дела Август потерял свой путь и принял заразную идеологию этой галактики.
- Галларди?.. - озабоченно произнёс Гаррус.
Август смутно осознавал, что турианец ещё несколько раз окликнул его с растущей обеспокоенностью. Он моргнул, встряхнул головой, и грубо сунул пистолет в кобуру.
- Вернёмся на Нормандию - произнёс он, больше не интересуясь наблюдением за окружающими. Внезапно он ощутил тягу оказаться в своей каюте на борту Нормандии, перед хранящимися там иконами Императора на Троне.
Глава 27: Где гуляет кошка
(Переводчик: Aged)
- Когда ты научишь меня стрелять молниями? - громко спросила Джек, открывая глаза и глядя на Маэтерис.
- Ты научишься этому, когда сможешь различать отдельные мысли, - ответила дальновидящая.
- Думаю, мне лучше научиться стрелять молниями. Это гораздо полезнее в бою.
- Так проявляются нетерпение, ограниченность и глупость, чаще всего встречающиеся у молодых. Ты должна научиться этому не для применения в бою, а для того, чтобы натренировать свой разум правильно сосредотачиваться. Пока ты не сосредоточена, ты как незаякоренный корабль в бурю. Ты должна научиться душевному покою, даже в те моменты, когда ты используешь грубую силу своих эмоций. Ты должна научиться ясно мыслить, даже если тебя затянуло в водоворот войны. Ты должна научиться использовать самые нежные прикосновения, даже когда пытаешься высвободить катаклизм. Варп-молния направляется через гнев, ненависть и потребность в насилии, и все же ты должна быть сдержана, иначе погибнешь.
- Притормози немного, - запротестовала Джек. - Грубая сила эмоций, водоворот войны? Катаклизмы? Я просто хочу научиться стрелять молниями, а не уничтожать целый город, - она сделала паузу. - Думаешь, я смогу уничтожить целый город? - этой мысли было достаточно, чтобы Джек вздрогнула от волнения, что случалось редко. Насколько далеко она сможет зайти со своей новой силой?
Маэтерис бросила на нее испепеляющий взгляд.
- Ты научишься всем навыкам, о которых я говорила, или не научишься вовсе.
- Ладно, - проворчала Джек. - Боже. Иногда ты можешь быть настоящей стервой, ты знаешь это?
- Джек, - голос Маэтэрис был ровным, но слабый отзвук силы, наполняющий её голос, ощущался резким раскатом грома.
Джек содрогнулась.
- Хорошо, я продолжаю, - она закрыла глаза и сделала, как велела Маэтерис, сосредоточившись на разуме одного конкретного члена экипажа Нормандии. Конечно же, она выбрала Миранду. Если предсказательница хотела научить ее читать мысли, Джек решила, что она должна использовать эту возможность, чтобы узнать больше секретов, которые скрывает офицер Цербера. Она сосредоточилась, пытаясь заглушить мысли других членов экипажа Нормандии, сконцентрировавшись на каюте Миранды.
- Почувствуй мысли своей цели, - донесся до нее голос Маэтерис. - Забудь об ограничениях физического мира.
- Я пытаюсь.
- Не пытайся. Делай.
Кулаки Джек сжались на её коленях, когда она проглотила язвительный ответ. Насколько это может быть сложно? В конце концов, она делала это раньше. Затем бормотание мыслей экипажа в ее голове исчезло, и она осталась наедине с мыслями Миранды.
- Хорошо, - снова раздался голос Дальновидящей. - Теперь не просто слушай её поверхностные мысли. Погрузись в её разум. Взгляни на её самые сокровенные воспоминания. Только почувствовав ее самые глубоко запрятанные чувства и скрытые эмоции, тогда ты сможешь увидеть, что делает её такой, какая она есть. Только тогда можно по-настоящему понять кого-то другого.
- Для этого понадобится прочитать инструкцию пользователя, - пожаловалась Джек чуть напряжённым голосом. - Я не понимаю, что ты говоришь мне делать.
- Ты уже поняла, - спокойно ответила Маэтерис. - Не думай об этом целенаправленно. Откроются ли тебе её мысли. Позволь своим инстинктам направлять тебя.
Джек крепко зажмурилась, пытаясь сделать то, что велела Маэтерис, осознавая каждую прошедшую секунду. Затем она почувствовала что-то, почувствовала боль и страх, настолько ощутимые, что Джек на мгновение вернулась ко дням её юности, проведённым в том проклятом здании Цербера. Но эти эмоции были не её. Они казались слегка иными. Затем эмоции стали сопровождаться образами. Она отчетливо увидела маленькую девочку, съежившуюся в тени чего-то; Джек не могла видеть, что это было, только то, что оно было велико, ужасно, безразлично и отчуждённо, и имело абсолютный контроль не только над всей её жизнью, но и над её личностью.
'Достаточно' - хотела сказать она, но не могла оторваться от мыслей Миранды. Она оказалась прикована, увлечена глубже в недра сознания Миранды, не в силах отвернуться от всего увиденного и прочувствованного. И от того, насколько это было парадоксальным. Она ощущала боль и страх, но также и небольшое удовлетворение от обладания силой. Она была одновременно совершенна и несовершенна, осознавала два непримиримых факта и боялась обоих. Потом были и другие лица, осуждающие, порицающие, ожидающие того, что она могла бы сделать, но не того, что она делала, как будто она была полезной ВИ программой.
