Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Артур Конан Дойл

Тайна Клумбер-холла

Глава 1

В которой семья Уэстов покидает Эдинбург

Я, Джон Фотергилл Уэст, студент юридического факультета университета Св. Андрея, на предлагаемых вниманию общественности страницах постараюсь в наиболее сжатой и точной форме изложить все известные мне факты.

И вовсе не жажда литературного признания движет мной, потому я не стремлюсь добиться особого изящества стиля повествования, и не собираюсь прибегать при изложении фактов к художественным приемам, – приемам, способным бросить еще более глубокую тень на странные события, о которых я собираюсь поведать. Если всякий, кому хоть что-либо известно об этом деле, после прочтения моего отчета сможет с чистой совестью сказать, что не нашел в рассказе ни единого абзаца, где я прибавил что-то от себя или погрешил против истины, – именно это я и буду полагать величайшим своим достижением.

Добившись такого результата, я буду всецело удовлетворен исходом своей первой и, по всей вероятности, последней авантюры в области литературы.

Сначала я намеревался изложить последовательность событий в должном порядке, опираясь на заслуживающие доверия слухи в тех случаях, когда я буду описывать то, что выходит за пределы моего собственного знания и разумения. Теперь же, посовещавшись с друзьями, я совместно с ними разработал план, который сулит сделать мой труд менее обременительным для меня самого, и в то же время более удовлетворительным для читателя. Это будет не что иное, как подборка различных рукописей, имеющих отношение к делу и являющихся по сути свидетельствами очевидцев из первых рук, любезно предоставленными мне теми, кто имел большую возможность, чем я, узнать кое-что о жизни генерал-майора Дж. Б. Хэзерстоуна.

Чтобы наилучшим образом выполнить эту задачу, я предлагаю вниманию публики свидетельство Израэля Стейкса, служившего кучером в Клумбер-холле, а также Джона Истерлинга, доктора медицины из Эдинбурга, ныне практикующего в Странраре, что в графстве Уигтауншир. К этому я прилагаю отчет, являющийся выдержками из дневника покойного Джона Бертье Хэзерстоуна, где рассказывается о событиях, произошедших в долине Тхал осенью 1841 года, в конце первой Афганской войны, с описанием схватки в Терадском ущелье и смерти человека по имени Гхулаб-Шах.

За собой я оставляю обязанность заполнять все пробелы и корректировать неточности, которые могут обнаружиться в ходе повествования. В этом наведении порядка автору придется опуститься до работы составителя, но, с другой стороны, моя задача в том и заключается, чтобы максимально прояснить связанную с Клумбер-холлом тайну, а для того необходимо время от времени прерывать собственный рассказ и переключаться на приведение в порядок подборки письменных показаний других свидетелей.

Мой отец, Джон Хантер Уэст, был известным ученым, специалистом по восточной культуре и санскриту, и его имя до сих пор имеет вес для людей, интересующихся подобными вещами. Он был первым после сэра Уильяма Джонса, кто обратил внимание на огромную значимость наследия персидской литературы раннего периода, и его переводы Хафиза и Фередеддина Агара снискали высочайшую похвалу со стороны как барона фон Хаммер-Пургшталля из Вены, так и других видных критиков континента.

В выпуске «Orientallisches Scienzblatt»1 за январь 1861 года о нем отзываются следующим образом: «Der berühmte und sehr gelehrte Hunter West von Edinburgh»2, – эта заметка, как я прекрасно помню, была аккуратно вырезана и со вполне простительным тщеславием присовокуплена к другим бережно хранимым и почитаемым экспонатам из фамильного архива.

Отец служил поверенным, или, как говорят в Шотландии, стряпчим, но ученые занятия отнимали у него так много времени, что своей основной профессии он уделял ничтожно мало внимания.

В то время как клиенты отца безуспешно разыскивали его в апартаментах на Джордж-стрит, он скрывался в недрах Юридической библиотеки, с головой зарывшись в книги, или же сосредоточенно изучал замшелые рукописи, хранившиеся в Институте Философии, и ум его куда больше занимал свод законов Ману3, составленный за шесть столетий до Рождества Христова, нежели все эти сложные проблемы шотландского права нынешнего, девятнадцатого столетия. Принимая во внимание все эти обстоятельства, едва ли стоит удивляться тому, что отец, поглощенный научными изысканиями, даже не заметил, как постепенно растерял всю свою клиентуру, и в один прекрасный день, когда он достиг зенита своей известности в научных кругах, в делах житейских удача, напротив, от него отвернулась.

Поскольку ни в одном из наших родных университетов не было кафедры санскрита, и все плоды умственной деятельности отца не были востребованы, нам ничего не оставалось, кроме как впасть в благородную нищету, теша себя афоризмами и заповедями Фирдоуси4, Омара Хайяма и других авторитетных восточных умов; и так и было бы, когда бы не неожиданная доброта и щедрость сводного брата нашего отца, Уильяма Фаринтоша, лэрда5 Брэнксома, что в Уигтауншире.

Уильям Фаринтош являлся собственником земельных владений, площадь коих в акрах была, к сожалению, несоразмерна их истинной стоимости, поскольку участок был сформирован наиболее бесплодными, лишенными растительности пространствами, какие только могли найтись в этом, в сущности, неплодородном и унылом графстве. Однако Уильям Фаринтош оставался холостяком, и потому расходы его были незначительны, к тому же он исхитрялся получать ренту со своих разбросанных там и сям коттеджей, и имел прибыль от продажи галлоуэйских пони, которых он разводил в своих угодьях, – и всё это, вместе взятое, позволяло ему не только вести образ жизни истинного лэрда, но еще и откладывать приличные суммы для хранения в банке.

В дни нашего относительного процветания мы мало что слышали об этом нашем родственнике, но, едва оказавшись в тупике, мы получили от него письмо, в котором он, подобно доброму ангелу, предлагал нам руку помощи и выражал всяческое сочувствие. Лэрд Брэнксома сообщил нам, что одно из его легких некоторое время назад изрядно ослабело, и что доктор Истерлинг из Странрара настоятельно рекомендовал ему провести оставшиеся несколько лет жизни в стране с более мягким климатом. Уильям Фаринтош решил, таким образом, отправиться на юг Италии, и приглашал нас поселиться в его резиденции в Брэнксоме на время его отсутствия, предлагая отцу занять место управляющего земельными владениями за жалованье, которое должно было развеять все наши страхи перед нуждой.

Отец, я и моя сестра Эстер – наша матушка скончалась за несколько лет до описываемых событий, – посовещались, и нетрудно вообразить, что мы без долгих раздумий согласились принять великодушное предложение лэрда. Отец отправился в Уигтаун той же ночью, а мы с Эстер последовали за ним спустя несколько дней, прихватив с собой два картофельных мешка, битком набитых научными книгами и кое-какими хозяйственными мелочами, ради которых стоило претерпеть немалые хлопоты и изрядные издержки при их перевозке.

Глава 2

О странных обстоятельствах, при которых в Клумбер-холле появляется новый жилец

В сравнении с особняками зажиточных деревенских сквайров Брэнксом кому-то мог бы показаться скромным пристанищем, но нам, после продолжительного обитания в тесной квартирке, его великолепие казалось сравнимым лишь с великолепием королевской резиденции.

Здание было довольно протяженным и приземистым, с покрытой красной черепицей кровлей, со сверкающими бриллиантовым блеском оконными стеклами, с бессчетным количеством жилых комнат, стены которых были обшиты дубовыми панелями, а потолки черны от копоти. Вдоль главного фасада тянулся небольшой газон, окаймленный дикорастущим кустарником и болезненного вида буками, искривленными, сучковатыми и чахлыми из-за вредного воздействия морских брызг. За домом виднелась деревушка Брэнксом-Бир – около дюжины коттеджей, заселенных преимущественно грубыми, неотесанными рыбаками, которые смотрели на лэрда снизу вверх, как на своего естественного покровителя.

вернуться

1

«Восточной научной газеты» (нем.)

вернуться

2

«Знаменитый и высокоэрудированный Хантер Вест из Эдинбурга» (нем.)

вернуться

3

Наиболее известная из Дхармашастр – сборников предписаний и правил, регламентирующих поведение индийца в частной и общественной жизни в соответствии с религиозными догматами брахманизма. Содержит также наставления об управлении государством и судопроизводству. Приписывается мифическому прародителю людей – Ману.

вернуться

4

Фирдоуси Абулькасим (ок. 940 – 1020 или 1030) – персидский и таджикский поэт.

вернуться

5

Лэрд – звание помещика в Шотландии.

1
{"b":"811401","o":1}