Пожалуй единственной большой сложностью в семье Тейлор, были их единственные сыновья. Они очень часто устраивали между собой драки по мелочам ещё с самых пелёнок. Старшему из братьев, без месяца двенадцать, а Джереми, младшему, десять.
Прибежав к большому, старому дубу на окраине города, Джей взобрался наверх по свешанной толстой верёвке с завязанными узлами. Ствол дерева был толстым и по его форме казалось, что в нём соединились несколько деревьев. Ветви его были раскидисты, достаточно густы для прохладной тени и могучи, однако с каждым годом всё больше увядают и плотные, волнистые листы, быстрее теряют весеннюю свежесть. "Убежище от брата", было сложно именовать домиком, так как состоял он не более чем из трёх неновых досок играющих роль пола, и потрёпанного материала взятых из сарая для какого то укрытия от лишних глаз и ветра. Зимой сюда конечно, не прийти, но Джей был рад проводить здесь хотя бы часть свободного от труда времени, пусть даже только до холодного сезона.
Он поднял верёвку, что бы сюда никто не смог просто так забраться и расслабившись, поднял взгляд вверх к просветам неба меж кроной. Так спокойно, слышно лишь отдалённые голоса играющей детворы да шелест листвы. Даже в такое время, дети не упускают возможности порезвиться. Джей просидел так около двух часов погрузившись в свои раздумья.
Они с братом никогда не были похожи, разве что внешне имели некоторые схожие черты. Но во всём остальном, даже и не подумал бы никто что они братья. Джей гораздо более крепкого телосложения и ему хорошо давалась тяжёлая работа по дому. В учёбе он был не силён, и поэтому даже не пытался вникать в изучаемый предмет. Хотя, конечно, и учителя здесь нормального не было. Научился читать, писать и с горем пополам считать, это уже хорошо. Но в отличие от старшего, младшему Джереми этого было недостаточно. Как бы не было трудно, младший Тейлор вгрызался в предмет изучая учебник от корки до корки. Он чуть ли не пылал желанием познания сего мира, однако физической силой почти не располагал. За Джеем, ему никогда не удавалось угнаться, а ведь так хотелось рассказать о недавно прочитанном детективе, поговорить о простых и сложных вещах или сыграть в обычное «камень-ножницы-бумага» на то, кто будет мыть посуду. Их родители, копили на будущее обучение младшего сына видя его потенциал и желание. Быть может, из-за этой существенной разницы темпераментов они и не ладили.
Парень отвёл взгляд в поле на горизонте, всматриваясь в раскалённый дневным солнцем воздух, хоть время и близилось к вечеру. Как он и полагал, отец как раз возвращался домой с выпаса овец. А с ним поблизости бегала верная псина, помогающая хозяину дабы овцы не отбивались от стада к тому же играла некую роль сторожа. Хоть пёс и был дворнягой, умён был словно чистокровная овчарка. Вскоре отец со стадом, скрылся в городе пройдя недалеко от раскидистого дуба, где был Джей, который никак не мог прекратить размышлять о том, почему же всё-таки они с братцем такие разные.
— Джей! — вдруг раздался снизу детский, мальчишеский голос, наконец вытянув парнишку из раздумий. — Джей! Ну братишка!
— Чего тебе? — выглянул из своего убежища парень, недовольно взглянув на пришедшего. — Ты уже и здесь решил меня достать?
— Ты всё ещё злишься?
— Да! И вообще, чего ты сюда пришёл?
— Мириться, — Джереми слегка виновато улыбнулся и протянул руку вверх к брату, для примирительного рукопожатия хотя и понимал, что как не тянись, всё равно не дотянется, пока тот не соизволит спуститься. — Я, знаешь ли, тоже был не прав. Извини.
Джей лишь вскинул бровь смотря на того сверху вниз немного раздражённо и надменно, понимая, что вся эта ситуация вновь и вновь будет повторяться, пока они не найдут общий язык. А он был уверен, они его не найдут. Но он обещал матери, что к ужину они помирятся, а обещание для него было важнее собственных бзиков, поэтому он вновь сбросил верёвку, и присмотревшись, спрыгнул на землю. Наблюдая за братом, Джереми улыбнулся ещё лучезарней, ведь всё-таки добился примирения. Хоть и понимал, что долго это не продлится, да и не лично его эта заслуга.
Не успел Джей полностью обернуться к братишке, как в городе раздались очередные, ритмичные крики протестов, топот и угрозы народа. Многим не нравился здешний уклад и они постоянно искали виноватых. То буржуи зажимают средства, то военные ущемляют права граждан. Дошло до того, что местные темнокожие заявили, что это их земля. И что она пришла в упадок потому что пришли белые. Расизм стал процветать и госслужбам, пришлось предпринимать меры. Последнее время, всё вроде улеглось, но многие считали, что это лишь временное прекращение действий. По Блюхилу ходили слухи, что темнокожие стали собираться в общины и искать союзников. Появлялись колыбели революции, хотя армия пыталась их предотвратить. Сначала мирным путём, переговорами, затем штрафами, вскоре тюремным заключением, но и это не смогло остановить их озлобленность и убеждения в правильности своих поступков. А совсем недавно началось открытое, насильственное притеснение белых. Где среди всего этого правда, братья не знали. Семья Тейлор, искала защиты у закона и короля, и в какой-то мере это удалось. Но как потом выяснилось, этого оказалось недостаточно.
— Который это уже раз? — тихо спросил Джей, наблюдая как среди улиц мельтешит народ.
— Третий за неделю, — так же тихо ответил Джереми, а на его лице не осталось и следа той недавней радости. Он так же смотрел на идущий недовольный народ взявший кто что. Другие, кто не хотел участвовать, или притеснённые белые ещё не уехавшие, запирались в домах. — Надо уходить, не то попадём под раздачу.
Джей согласно кивнул, и окольными путями направился к дому, а братец за ним. Они старались избегать встреч с представителями темнокожих, иначе, так как они белые, то рисковали как минимум быть избитыми. Вскоре, к протестующим крикам, примешались ужасающие вопли и заставляли сердце биться сильнее, а желудок неприятно сжиматься в камушек. В воздухе стала ощущаться мерзкая гарь, а по тусклому небу, расползались тёмно-серые и чёрные облака дыма.
— Джей! — окликнул братец, бегущий немного позади. — Постой, Джей! Я не успеваю!
Но старший даже не обернулся лишь ускорившись, и продолжая бежать. Пожары распространялись всё больше. Точнее, это были поджоги. Дома возгорались словно спички, и чернили небо копотью, усеивая пыльную землю пеплом. Джереми остановился дабы перевести дыхание, больше не в силах поспевать за братом. Он с печалью смотрел, как его спина, снова всё больше удаляется. От дыма першило горло и слезились глаза, но как ни странно, он не чувствовал печали. Лишь разочарование в себе и своих силах.
А Джей… Джей не слышал его зова, потому и не собирался останавливаться. Он всё продолжал бежать со всех ног, пока его не догнало чувство одиночества и потери. Только тогда он всё же оглянулся, и в глазах его отразилось столько чувств, что было сложно разобрать их все. Он увидел в дали оставшегося брата, видел как рядом с ним воспылал дом языками пламени дотягиваясь до Джереми. Джей хотел вернуться, но какой-то человек возникший непонятно откуда, успел грубо схватить Джереми до того, как тот попал под шквальный огонь и выстрелы. А теперь он боялся вернуться. Боялся попасть под пули, или стать окружённым огнём. Он боялся, что уже не успел и Джереми возможно убили, хотя видел, что его буквально вытащили из опасной зоны и оба где-то укрылись. Всё ещё надеясь, что брат жив он бросился бежать изо всех сил дальше полагая, что позже найдёт его. Но дальше было только хуже.
Дома горели один за другим, в том числе и его собственный дом. Огонь был таким безжалостным, что не оставлял ничего на своём пути. Запах горелой плоти врезался в нос заставляя морщиться, а все окружающие звуки, почему-то ушли на второй план и Джей слышал их отдалённо, хотя источники были совсем рядом. Источники этих ужасающих воплей были здесь, вокруг. Другие, с яростью кричали на белых угрозами смертной казни, и тут же выполняли их. Кто-то бежал, кто-то боролся, другие искали помощи, а иные, в своём меньшинстве, помогали близким или просто тем кто оказался рядом. Никто не хочет стать жертвой этого безумия. Во всё это вмешалась армия, пытаясь остановить бесчинства народа.
