— Я предполагаю, что ты всё знаешь, раз спрашиваешь.
— Я хотела лично от тебя правду услышать.
«Не разговор, а какой-то поединок.» — подумал Белый, объясняя тяжесть, возникшую внутри себя.
— Да, Юль, Лука похитил тебя не из-за предприятия. Дело в том, что на нас давили, требуя поставлять оружие в Чечню. Я до последнего шёл в отказ, пока не вышло так, что появилась угроза моей семье и тебе лично. Пришлось согласиться, ну а потом я уже не смог придумать, как обхитрить… — твёрдо сказал Белов. Юлия, на удивление, отреагировала спокойно, без скандалов:
— Ваше дело, — сказала она два слова, потянувшись за бутылкой воды, стоявшей на прикроватной тумбочке. Она тут же охнула и положила руку на бок. Повязка Юли мигом покрылась каплями крови, и Белов это заметил.
— Юля, не шевелись, — Белов подал ей бутылку сначала, а потом налил воду в стакан. Юля сделала пару глотков и сморщилась.
— Кусок в горло не лезет. Я сильно потеряла в весе, я это чувствую.
«Да ты вообще живая экспозиция человека из концлагеря!», — почти сорвалось с языка Белова, но он разумно промолчал. Юля рассматривала свои руки, обхватывала запястье двумя пальцами. Юле постоянно было холодно из-за худобы, поэтому она укуталась в одеяло.
— Саш, одна просьба к тебе будет. Оля же не сильно сейчас занята? — спросила она, высунув голову из одеяла.
— Нет, конечно. Хочешь, чтобы она приехала?
Юля кивнула.
— Приедет, я думаю, с радостью. Она много спрашивала о тебе, смотрела все выпуски с твоим участием и переживала. Да мы все переживали, вон, Кос свечку поставил в церкви, молился, дурак…
— Ладно, хочешь, езжай. Наверное, сын по тебе скучает, — разговор не клеился, да и Юле захотелось немного поспать. Белый не стал сопротивляться: ему хотелось скорее укрыться от этого страдальческого взгляда Юли. Белов уже сделал пару шагов к выходу, но Юля полезла в тумбочку за кошельком, достала оттуда пару купюр и протянула их Белому.
— Я обещала Ване купить робота, но сейчас я не в состоянии сделать это. Можешь подарить игрушку ему, сказав, что это от меня?..
— Юль, потерпит. Деньги тебе нужнее на лечение, — Белов отодвинул руку с деньгами от себя. — Выздоравливай. Если что, звони.
— Ты всегда это говоришь, — Юля добродушно улыбнулась, впервые за время прилёта в Москву.
— Но я отвечаю за свои слова, Фролова. Ты всегда можешь ко мне обратиться за помощью. И ко всем нам.
— Саша! — позвала его Юля. Белый повернул голову.
— Спасибо, что рассказал мне о своей истории из прошлого. Я ценю то, что ты решил поделиться таким опытом со мной. Я подумаю о твоих словах, — пообещала Юля, вытянув ноги.
— Я надеюсь на то, что ты сделаешь правильный выбор, — Саша по-отечески потрепал Юлю по голове и вышел из палаты.Юля отвернулась к стене, свернувшись калачиком и накрывшись одеялом, как в кокон, но её покой снова был нарушен. На этот раз стуком в дверь. Юля упорно его игнорировала, сквозь зубы посылая всех к чёрту, но стук стал настойчивее.
— Кто?! — с раздражением крикнула Юля, надеясь, что собеседник почувствует, что ему не рады и уйдёт.
— Пчёла.
— Пчёлкин, я тебе сказала, куда идти, ты не знаешь туда дорогу? У тебя топографический кретинизм? О, могу тебе карту нарисовать! Или дать путеводитель! — кричала Юля, но потом она закашлялась от недостатка воздуха.
— Фролова, я не уйду. Нам нужно поговорить, — Пчёла стал более настойчивым. Он вспомнил простую истину: если женщина кричит, чтобы ты ушёл из-за большой обиды, бросать её ни в коем случае нельзя. Нужно остаться и показать своё раскаяние. Работает не со всеми, но вдруг Юля не является исключением из правила? Пытаться стоит. Хуже уже не будет. Юля легла на спину, посмотрела в потолок. Глаза стало щипать, всё стало расплываться от накативших слёз. Внутри Юли разворачивалась борьба: борьба сердца, которое хотело увидеть Витю, обнять, всё простить, с умом, которое помнило каждое слово Пчёлкина и его грязное деяние. Всё разрывалось внутри, и гордость рисковала оставить Юлю одну.
— Юля, я буду сидеть под дверью, если ты будешь меня избегать, — Пчёла перешёл к угрозам. Юля не выдержала и сдалась.
— Входи, — с неохотой сказала Юля, приводя себя в порядок: поправляя растрёпанные волосы и вытирая слёзы в глазах. Она хотела казаться сильной женщиной, которая с лёгкостью несла это тяжкое бремя. Если бы Пчёла понимал, как же плохо было Юле, и как она нуждалась в том, чтобы её погладили по голове, поцеловали в лобик и сказали, что любят!..
Пчёла сел на краешек кровати, боясь приблизиться к Юле. Фролова же вздохнула шумно и сделала максимально равнодушное лицо.
— Юль, я знаю, ты ненавидишь меня из-за предательства, — начал говорить Пчёла, но Юля его остановила:
— Я тебя не ненавижу. Это бред. Я тебя любила, безумно, всем сердцем, всем нутром. И ты думаешь, что даже такое тяжкое нравственное преступление сможет убить эти чувства? Я признаюсь, что я… До сих пор люблю тебя, — Юля закрыла глаза, всхлипнув. Она вытерла глаза краем одеяла, отвернувшись и обратно надела маску циничной особы.
— Кто эта женщина? Я хочу это понять для себя. Назови её имя.
— Юль, я не знаю, как её зовут. Это танцовщица из клуба.
Юля закрыла лицо ладонями, истерически смеясь. Новый удар, хотя она не успела оправиться от предыдущих…
— Господи! Я настолько ужасна, что ты даже пошёл на то, чтобы переспать с падшей женщиной?! — она продолжала смеяться. — Нонсенс!
— Юль, я был пьян. Если бы не алкоголь, этого бы не произошло. Я хочу вернуть всё, что было, без тебя мне паршиво и плохо. Клянусь всем, чем хочешь, я буду тебе предан, как пёс, — тараторил Пчёла, схватив её руки и целуя. Юля уже не отпиралась и терпела.
— Ты почему-то не думал, что я буду чувствовать, когда ты ебался с другой в мой юбилей, хотя ты должен был дарить мне положительные эмоции, в которых я блять нуждалась, потому что я была на войне. Вот теперь иди к той, с которой изменил и пускай она тебя будет оберегать так, как это делала я, — Юля указала на себя пальцем. — Как я тебе в рот смотрела, как я в тебя верила. Ты был моим божеством, я тебе поклонялась, унижалась. Но я не терпила. Вить, уйди от меня. Ты красивый, успешный, у тебя много денег, если тебе нужно, я дам ещё. Найди себе другую мелкую дуру. Тебе труда это не составит по вышеописанным причинам, — Юля зачитала свой приговор стойко, хотя ей хотелось закричать.
— Мне нужна дурочка по имени Юля, — возразил Пчёла.
— Юля поумнела и выросла, Пчёлкин. И Юля передаёт тебе за это спасибо. Я как Татьяна Ларина: расцвела после неудачной любви. Как там твой Космос сказал? Я теперь Юлия Александровна, — губы Юли искривились в насмешке.Следующее признание Пчёлы повергло Юлю в шок.
— Юль, я… С ней я просто занялся сексом, а с тобой я занимался любовью.
— Разница?
— Колоссальная. Странно, что ты этого не понимаешь.
— Вить, я понимаю разницу. Поверь, из-за Лёши я понимаю. Я про другое. Факт предательства от этого не исчезает. Ты всё равно касался другой и ты провёл ночь с другой. Но веселье в том, что… Предательство двойное. Вы мне врали. Вы пошли на… Я даже не знаю, как назвать это. Вы пошли против своей страны и против своего народа. Я не знаю, смогу ли я это принять, — Юля сжала свои руки в кулаки, садясь на кровать. Пчёла закатил глаза, цокнув.
— Фролова, блять, не включай Соню Мармеладову. Не смей читать нотаций, это бесполезно. Не знаю, о чём вы шептались с Беловым, — Пчёла подмигнул, намекая на своё отношение к тому, что у Белого и Фроловой были свои дела. — Но я тебя просвещу: мы до последнего пытались не идти на это, но тогда могла пострадать Оля, Ваня и ты. И ещё, возможно, Тома. И мы все. Саша был под конкретным прессом. И вообще, ты в криминале, как гуманитарий в математике. Ты ничего не понимаешь в наших делах, тогда на кой хрен лезешь?
— Мы опять вернулись к диалогу, который произошёл в момент, когда я сообщила тебе об отлёте в Чечню. Ты осуждал меня за моё решение, я осуждаю за твоё. Всё тождественно, не находишь? — Юля наклонила голову, ожидая ответного хода Пчёлы.
