— Вы что-то хотели? — удивился сын Галадона.

Один из воинов, должно быть старший над ними, кивнул и выехал на шаг вперед:

— Да. Мы бы желали присоединиться к вам, принц.

Тот в ответ отрицательно покачал головой:

— Вы не знаете, куда я направляюсь.

— Это не важно. Куда бы вы ни держали путь, вы не можете отправиться один — дороги опасны, и риск встретить орков слишком велик. Мы будем ехать с вами и охранять.

Келеборн вздохнул и посмотрел в небо. Там, в вышине, бежали легкие перистые облака, предвещая скорое похолодание.

— Таково ваше желание? — наконец спросил он.

— Да, — откликнулся предводитель, и остальные верные загудели, выражая согласие.

С минуту принц синдар обдумывал предложение, а после согласился:

— Хорошо, отправляемся вместе. Как тебя зовут?

— Садрон.

Галадриэль мягко улыбнулась, давая тем самым понять, что одобряет решение супруга, и тот протянул ей руку, легонько сжав пальцы.

Тем временем Садрон послал двух воинов вперед разведывать дорогу, и Келеборн, убедившись, что все наконец готово, скомандовал отправление.

— Владыка, фэар опять отказываются подчиняться нам, — со злостью и долей страха произнес майа.

— Ты хочешь, чтобы я лично отлавливал их и заключал… то есть сопровождал к местам исцеления?! — начал сердиться Намо.

— Что вы, и мыслей подобных не было, — спешно произнес майа. — Но, возможно, мы могли бы получить что-то более действенное, чем сеть?

— Они научились избегать ее? — удивился владыка Мандоса.

— Увы, — скорбно донеслось в ответ.

— Как? Мне нужен подробный отчет! — рявкнул вала.

— Все началось с появлением души Макалаурэ. Мы делали все, как вы и велели, чтобы она не могла петь. Однако где-то произошла ошибка… и сын Фэанаро теперь действительно исцеляет фэар. Прискорбно, но многие и правда готовы к возрождению.

— Плохо. Очень плохо. Как вы допустили подобное?! — разгневался Намо.

— Не уследили, — покаялся майа. — Он смог каким-то невероятным образом встретиться со своим отцом. Доказательств у нас нет, но…

— Я помню, вы тогда еще чуть не уничтожили душу Финвэ… — протянул Намо.

— Это досадное недоразумение! Мы действовали…

— Помолчи, — отмахнулся вала. — Уже тогда можно было понять, что фэа Макалаурэ способна на многое.

— Да, он не просто распутал нити, но сжег их, — признался майа.

— Но я об этом узнал, лишь когда сам увидел душу короля нолдор! Ты хоть понимаешь, что теперь и она готова к возрождению?!

— Вы же не допустите этого? — в испуге спросил майа.

— Конечно, нет. Не время. Пусть здесь разбирается с женами и сыновьями, — произнес Намо.

— Сыновьями? Но мы не принимали душу ни Нолофинвэ, ни Арафинвэ, — удивился слуга.

— И не придется! — рассмеялся владыка. — Мой братец оказался тот еще затейник. Фэа Нолофинвэ покинула этот мир.

— Она в изнанке? — воскликнул майа.

— В том-то и дело, что нет. Она… на границе, если тебе так проще понять. И крепко привязана нитями таким образом, что ни с одной стороны достать ее невозможно. Идеальное решение! Жаль, не мое, — признался Намо.

— Как же тогда Финвэ будет с ним разбираться? — задумался майа.

— Продолжит объединять фэар и надоедать мне — отправлю туда же, — ответил вала.

— Я понял вас. Это будет великолепно!

— Не сомневаюсь. А пока… пока что мы возродим кого-нибудь бесполезного, но имеющего отношение к этой неугомонной семье, — произнес владыка.

— Сделаем, как прикажете! — с готовностью отозвался майа.

— Тогда пригоните фэа жены Турукано. Пусть остальные понадеются на скорое возрождение и немного поутихнут. Мы должны полностью контролировать их, — промолвил Намо и прикрыл глаза — прием был окончен.

— Будет исполнено, владыка! — ответил майа и поспешил покинуть зал.

— Скоро уже будем дома, мой лорд, — радостно произнес верный, подставляя лицо лучам Анара. Конечно, стены родного города манили, обещая уют и долгожданный покой, однако когда еще предоставится возможность целыми днями видеть синее небо, нолдо не знал.

— Не так уж быстро мы доберемся, все же пройдена лишь половина пути, — отозвался Финдарато. — Обойдем топи и…

Договорить он не успел. К нему подлетел один из разведчиков, что шли впереди отряда, и, осадив коня, произнес:

— Беда, государь! Атани тонут в трясине. Орки загнали их туда и глумятся.

— Большой отряд?

— Тварей тридцать.

— Как расположены?

— Да никак. Стоят на берегу болота, хохочут и предлагают вытащить в обмен за услуги разные, непотребные.

Финрод поморщился и кивнул. Тридцать ирчей были несущественным препятствием для немалого войска Нарготронда, но как после помочь людям, он пока не знал.

Лучники быстро расправились с тварями, так что выехавшим после воинам пришлось лишь добить пару раненых орков да свалить их туши в одну большую уродливую кучу.

Тем временем атани, попавшие в болото, продолжали отчаянно цепляться за жизнь и маленькие кочки мха.

— Держитесь! Мы вытащим вас. Только не сдавайтесь, — прокричал Финрод, рубя ближайшее в меру тонкое деревце. Несколько воинов по его приказу уже повалили пару гибких стволов, направив их к тонущим людям.

Атани вцеплялись в ветви, выдергивая себя из трясины и выбираясь на твердый берег. Самых ослабших вытаскивали нолдор вместе со стволами деревьев.

Вскоре в болоте остался лишь один человек. Он провалился в вязкую грязь по самую шею и теперь тратил все силы на то, чтобы сделать очередной вдох, грозящий стать последним.

— Держите как можно крепче, — приказал Финрод и сам отправился по стволу в трясину.

— Мой лорд! — отчаянно закричал кто-то из нолдор.

— Не отпускать дерево! И не качать! — донеслось до них.

Когда ствол сделался слишком тонким, Финдарато пришлось лечь в холодную отвратительную жижу и поползти. Он спешил, понимая, что человек уже почти сдался, и на поверхности осталось лишь запрокинутое к небу лицо.

Крепко держась за дерево одной рукой, Финрод опустил другую в болото, стараясь найти руку адана. Тот уже полностью ушел в трясину, лишь изредка выталкивая на поверхность нос и рот, чтобы сделать судорожный вдох. Финдарато схватил что-то твердое и потянул наверх. Пойманная коряга была отброшена в сторону. Он повторил попытку и сумел немного приподнять человека над трясиной.

— Цепляйся за ствол! — сказал он, помогая несчастному. Однако адан, вымотанный борьбой и замерзший, со всей силы ухватился на первое попавшееся ему под руку, а именно за короля Нарготронда.

Все произошло слишком быстро. Не ожидавший такого рывка, Финрод слетел с дерева и оказался в болоте, тогда как адан, выдернувший себя из болота до пояса, дотянулся до ветвей и вскоре оказался в безопасности.

Воины, увидевшие лорда в трясине, тут же повалили еще одно дерево, и ближайший нолдо бросился к тонущему Финдарато на помощь. Тот упал лицом вниз и отчаянно пытался перевернуться, когда спасенный им человек все же решился помочь. Адану стоило всего лишь протянуть руку и подтянуть эльфа к себе. Тяжело дышавший, весь перепачканный грязью Арафинвион пополз по стволу на берег, не спуская глаз с человека, не желавшего встать на ноги даже там, где толщина ствола уже позволяла это сделать.

Верные развели костры, у которых тут же сели греться спасенные люди. Финрод, несмотря на холод и усталость, подошел к каждому, уточняя, не нужна ли еще какая помощь. Те неизменно благодарили нолдор за спасение.

— Пропали бы зазря без вас, — произнес один из них и поклонился. — А уж за спасение Барахира мы должны служить вам до конца дней наших и завещать то детям своим!

— Барахира? — удивился лорд.

— Да. Командира ж нашего вы сами вытащили. А он и человек храбрый, еще и женатый. Погиб бы, да и оставил супругу свою с дитем малым одну-одинешенку…

Финрод улыбнулся, давая понять, что все страшное уже позади.

На следующее утро, поделившись запасами провизии и одарив атани оружием, воины Нарготронда попрощались с людьми, пожелав им доброго пути.