— Черт возьми, — выругался он. И раздражение с новой силой захватило его сознание, —чего тебе?

— Директор Дамблдор вызывает вас, мастер Снейп, — оробело промямлил эльф, прижимая свои огромные уши к затылку и сверкая в опускающихся на школу сумерках желтыми глазами.

Северус натянуто кивнул, и домовик с хлопком исчез. Вечер переставал быть томным. Еще больше раздражаясь предстоящему разговору с Альбусом, тему которого предвидел, он быстро пошел в сторону директорского кабинета, оглашая быстрыми нервными шагами пустой коридор школы.

Преодолев несколько поворотов и лестничных маршей, он оказался напротив каменной горгульи ведущей в кабинет директора, посещение которого требовало от него, в последнее время, особого терпения и такта. Все эти не до конца понятные просьбы и приказы доводили опытного шпиона до мигрени. Альбус и раньше не был с ним до конца откровенен, но сейчас игра была на грани фола. Северус чувствовал себя эквилибристом, что идет по натянутому через пропасть канату, как всегда без страховки, а сейчас еще и с завязанными глазами. Любой его неверный шаг может положить конец всему, к чему они так долго шли. Северус подавил волнение и, надев на лицо непроницаемую маску, быстро назвал пароль. Он поднялся по винтовой лестнице наверх и без прелюдий толкнул тяжелую дубовую дверь. За столом Дамблдора не было. Быстро окинув кабинет взглядом, он обнаружил его стоящим возле большого стрельчатого окна, в задумчивости смотрящего в даль.

«Не хороший признак, однозначно», — подумал Северус, который прекрасно знал своего наставника.

— Вы вызывали мня, директор, — начал он подчеркнуто вежливо и официально, сразу определив границы, в которых он готов общаться.

Дамблдор медленно развернулся к нему, на лице его была едва заметная улыбка.

— Да, мой мальчик, — начал он мягко.

Сразу же смяв попытку Северуса доминировать в этой партии.

— Я хотел спросить, что ты решил на счет дня рождения миссис Малфой? — он так же спокойно наблюдал за оппонентом, который, несмотря на внешнее спокойствие, вел тяжелую внутреннюю борьбу, давая Северусу время справиться с эмоциями.

— Я намерен вернуться в игру, — безапелляционно выдал Снейп и поднял на директора холодный решительный взгляд, напоминая ему о границе дозволенного им участия.

— Как ты намерен это сделать? — Альбус, как всегда, был беспощаден.

— Что-нибудь придумаю. Я разговаривал с Люциусом, высказал пару тройку соображений, которые заинтересовали Лорда.

— И то, о чем я просил тебя сказать, тоже? — он настойчиво смотрел на зельевара, вынуждая его продолжать разговор.

— Да, — коротко отрезал он, глядя на директора своим напряженно - пронизывающим взглядом. — Альбус, я думаю, что…

— Рано, Северус, — коротко и твердо прервал его директор, — нужно, чтобы Том безоговорочно верил тебе. Игра скоро усложнится до предела и сложно станет держать ситуацию под контролем.

— Я не отпущу ее одну, — решительно возразил Снейп и порывисто отошел к окну, словно не мог больше выносить на себе этот давящий взгляд. Он знал, что его могли убить, но смириться с мыслью, что Нат пойдет туда одна было невыносимо.

— Он не тронет ее. Нагирий ему не позволит. Да и Натали уже набирает силу, и если сейчас она действует скорее по наитию, то буквально через месяц вступит в полную силу. Нагирий знает это, — Альбус старался говорить спокойнее, но повелительные нотки делали его голос жестким и назидательным.

— Как я узнаю, что пришло время? — со смирением спросил Снейп, немного помедлив, стараясь подавить нервную дрожь и поднял глаза на Альбуса.

— Ты поймешь, мой мальчик, ты сразу все поймешь. Уже скоро.

Он с сочувствием наблюдал, как снова разбередил только начавшие зарубцовываться раны в сердце этого сильного, умного, молодого мужчины, которые снова начали кровоточить. Он знал, какую причиняет ему боль, но он шел к этому моменту так долго, что у него не осталось права на жалость.

Не говоря ни слова, Снейп откланялся и стремительно вышел из кабинета директора в обычном для себя состоянии бессильного негодования, которое надоедливым послевкусием сопровождало почти каждую беседу с директором последний месяц. Он пытался подавить его до того, как начнет испытывать жалость к себе, с которой могла справиться лишь внушительная порция огневиски. А терять контроль вообще не входило в его планы. Тем более сейчас.

Северус решил уединиться в школьной лаборатории и привести мысли в порядок, поколдовав над каким-нибудь не сложным зельем из списка Поппи, который она составила для него еще неделю назад. Но на полпути вдруг понял, что он хочет увидеть Ее, словно время побежало для него болезненно быстро. Он чувствовал, как оно пронизывает беспокойством его тело. Снейп решительно развернулся на каблуках и уже спокойнее направился домой. С каждым шагом, который приближал его к Нат он чувствовал, как отступает это гнетущее его ощущение собственной слабости. Как сердце наполняет уверенность, вытесняя все, что еще пять минут назад сковывало его

железными тисками, причиняя нестерпимую боль.

***

Он словно черная тень проскользнул в дверь, бесшумно прикрыв ее за собой. В гостиной царил полумрак, но даже в нем Северус различал в кресле ее силуэт. Взмахом руки он зажег все свечи, что были в гостиной, которые мгновенно наполнили пространство своим теплым мягким светом, отбрасывая причудливые тени на стены и играя бликами на ее слепо смотрящем куда-то перед собой лице. Северус медленно подошел к ней и сел в кресло напротив, положив руки на подлокотники.

Нат сидела с ногами в кресле, обхватив колени руками и зажав между пальцами уголок конверта, который вяло свисал вниз, как приспущенное знамя. Он осторожно взял его и пробежался глазами по записке, что была в нем:

— Что это?

Нат подняла на него глаза и совершенно спокойно ответила:

— Ты был прав. Это от Саиба.

Его брови взлетели вверх, а губы чуть напряглись:

— Так вроде это совсем не плохо? — тихо спросил он, словно старался не нарушить то уединение, в котором находилась Нат до его прихода. — Что думаешь с этим делать?

— Ничего, — устало ответила она и, встав с кресла, прошла мимо него в кабинет. Северус проводил ее взглядом до стола, с которого она что-то взяла и вернулась назад.

— А еще вот это.

Она протянула ему небольшую книгу в твердом, довольно старом переплете.

— Что это? — неуверенно спросил он, переводя взгляд с нее на книгу.

— Карло, — ответила Нат и снова села в кресло, положив ногу на ногу, внимательно глядя на него.

— Карло? — переспросил Северус и еще раз взглянул на книгу. На обложке, как ни странно не было ни названия, ни автора. На ней не было вообще ничего.

— Помнишь, я рассказывала тебе, что у меня есть любимый книжный магазинчик. Он совсем не большой, но в нем есть все, что мне бывает нужно. И Душа мастера тоже оттуда. В последний раз я была там именно в поисках этой книги. Карло, сначала не хотел мне ее продавать, мы даже чуть не поссорились из-за этого, но потом он вдруг успокоился и даже сделал мне подарок, как он объяснил, на прошедший день рождения. Разгадывая Душу мастера, я совсем забыла про него, а сегодня, чтобы скоротать время, стала рыться в твоей библиотеке и нечаянно нашла его.

— И что в ней? — спросил Северус, предчувствуя неладное.

— Легенда. Или сказка… Я не знаю. В ней кроме самого текста ничего нет: ни названия, ни жанра, ни автора, вообще ничего.

— И о чем же эта легенда? — уже настойчивее спросил Северус и подался вперед.

— Она гласит о том, что жил был один очень могущественный Бессмертный. Я бы назвала его Богом-отцом, но это богохульство. Назовем его — Создатель. Звали его Регул. И было у него, как водится, два сына, — говорила Нат нарочито беспечно, словно пыталась скрыть волнение, которое вызывала в ней эта история, — старшего звали Дигнас, младшего-Малум. И вот, как это обычно бывает, мальчишки не поделили царство своего отца. Каждый хотел урвать кусок пожирнее. И тогда отец, своей властной рукой сам поделил между ними владения, которые достанутся им, когда предстоит ему покинуть этот мир. Старшему достался подлунный мир, а младшему, как ты, наверное, уже догадался — подземный.