Как обстоят дела сегодня? Гораздо большая часть немецкого народа выступает сегодня против нацистов, против войны, против милитаризма и за мир. Точно так же было и в 1918 году. Однако через двадцать лет началась Вторая мировая война. В финале фильма «Последний акт» звучат слова: «Будьте бдительны!». Будьте бдительны, чтобы то, что произошло, никогда больше не случилось. Нужно ли нам быть бдительными?

Передо мной лежит воззвание Боевого союза против нацизма в Берлинском округе Шарлоттенбург. В нем говорится, что в Западной Германии существует уже более 100 организаций с открыто нацистскими установками, и еще более 40 периодических печатных изданий. К этому добавились праворадикальные группы, без помощи которых нацисты никогда не пришли бы к власти, и которые вновь заняты все такой же энергичной деятельностью.

В 1945 году должны были начаться крупные выплаты компенсаций жертвам нацизма. Это казалось чем-то само собой разумеющимся. Однако о чем рассказывает на своих страницах серьезная базельская газета «Национальцайтунг» в статье под заголовком «Боннский скандал с компенсациями» в конце 1954 года?

«Около 85 % высокопоставленных лиц среднего и высшего эшелона НСДАП, СА и СС, которые были государственными служащими еще до 1933 года, получают сегодня полную пенсию. Примерно у половины из них ежемесячная пенсия составляет свыше 1000 марок. Оставшиеся круглыми сиротами по вине нацистов люди получают – если им вообще повезло и их случай был рассмотрен – 100 марок. Однако и эта сумма им не полагается, если они зарабатывают больше 75 марок. Основатель и первый начальник гестапо, Дильс, тоже получает полную пенсию, как и вдова главного палача – Гейдриха, в то время как десятки тысяч родственников не получают сегодня ни пфеннига».

Разве это не выглядит скорее как компенсация нацистам и их политическим попутчикам, отнятая у их жертв? Разве это не сигнал? Рассмотрим еще один случай. В 1945 году один полковник был приговорен к 15 годам каторжных работ: за несколько дней до того, как американцы заняли городок Пенцберг, он приказал расстрелять бургомистра и шестерых жителей города, которые хотели помешать нацистам осуществить бессмысленный взрыв на городской шахте. Полковник подал апелляцию. В 1956 году его оправдали в Мюнхене, так как он действовал по приказу. Оправдательных приговоров такого рода становится все больше, вновь и вновь многократно повторяются слова «приказ есть приказ», и их достаточно для оправдания. Точно так же множатся тревожные сообщения в прессе о бывших нацистах и их пособниках, которые пробрались на важные политические посты. Ненавидимый всеми прокурор Гитлера, который внес предложение не расстреливать участников заговора 20 июля[59], а вешать их, и который лично присутствовал при повешениях, с комфортом живет на полную пенсию. Комендант печально известного концлагеря Штуттгоф был недавно приговорен всего к 5 годам каторги за 150 убийств. В этот срок засчитано предварительное заключение, и в итоге получается примерно по 10 дней каторжных работ за одну смерть. Город Киль, который в 1945 году лишил почетного гражданства адмирала Редера, осужденного за военные преступления, вновь предложил ему стать почетным гражданином города в 1956 году. Этого военного преступника чествовали после освобождения из заключения звоном колоколов, цветами и речами.

Представитель военно-морского флота в новом бундесвере несколько недель назад произнес речь перед учебно-тренировочной ротой в Вильгельмсхафене. В этой речи он представил осужденных за военные преступления адмиралов Дёница и Редера как примеры для подражания, заявив, что «ни одно пятно позора не пристало к личности нашего бывшего главнокомандующего». Что?! Да, вы прочли правильно: он стал руководителем флотского подразделения новых вооруженных сил в ведомстве Бланка[60]. К счастью, поднявшейся в Бундестаге бури негодования оказалось достаточно, чтобы этого опрометчивого господина сняли с должности. Но как он вообще попал на столь важный пост?

В финале фильма «Последний акт» звучат слова «Будьте бдительны!». Возможно, не стоит чрезмерно тревожиться по поводу приведенных здесь примеров: большинство представителей немецкого народа желает мира и демократии и сыто по горло Гитлером и его союзниками; однако реакционные силы все же не умерли окончательно. Они копошатся, работают и ждут подходящего случая. И они состоят не только из бывших нацистов: в них входят также круги, которые помогли нацистам прийти к власти; которые ничего не сделали, чтобы помешать им, когда нацистов еще можно было остановить; которые ставили фальшивый патриотизм выше личности и выше ответственности, и сотрудничали с нацистами в своих личных целях. Будем надеяться, что они больше никогда не придут к власти! Однако одной надежды недостаточно. Гораздо важнее взрастить деятельную демократию. Двенадцать лет воспитания нетерпимости и пару сотен лет обучения слепому повиновению невозможно сразу сбросить со счетов. Поэтому нужно быть бдительными. И лучше проявить бдительность слишком рано, чем слишком поздно: этому должны были научить нас события с 1914 года по сегодняшний день.

Попытка сделать это – фильм «Последний акт». Над ним совместно работали несколько авторов, в том числе и я: я написал для него предварительный сценарий. Представленный здесь рабочий сценарий принадлежит перу Фрица Хабека. Большое количество материала основано на рассказах очевидцев, документах и рассказах судьи Майкла Масманно, который принимал участие в Нюрнбергском процессе и позже опубликовал об этом книгу «Десять дней до смерти».

Странным оказалось то, что больше нельзя было снять чисто документальный фильм. Был один такой, составленный из кусков новостной хроники. В 1955 году он казался абсолютно недостоверным – эдаким театром ужасов, настолько жутким, что эти ужасы вызывали смех. Необходимо было найти героев, но в бункере Гитлера таких людей не было. Там не было ни Аттилы, ни Чингисхана. Было лишь жалкое существо, которое страдало нервными срывами, пило чай, истребляло чудовищное количество пирогов, впадало в буйство, бахвалилось, плакало, и которому однако же до последнего подчинялись генералы, отлично знавшие, что после Сталинграда и прорыва в Нормандии война была проиграна, и всё же оставшиеся пленниками своей собственной максимы – «приказ есть приказ» – даже если приказ этот исходил от дурака или убийцы.

Поэтому необходимо было ввести в фильм носителей другого поведения. Это удалось сделать при помощи двух юных офицеров фронта и одного члена Гитлерюгенда. В глазах этих непредубежденных молодых людей отразился дьявольский шабаш последних дней в бункере, и только таким образом можно было четко донести до зрителя финальную мысль: «Больше никогда!» и «Будьте бдительны!». Все остальное в фильме – подлинная история, какой бы невероятной она ни казалась сегодня.

1956

Последний, кто может судить о снятом по книге фильме, – это, вероятно, сам автор книги. Когда я двадцать восемь лет назад посмотрел фильм «На Западном фронте без перемен», он оставил в моей душе двойственное чувство. Меня восхитила постановка батальных сцен. Однако исполнители показались мне незнакомцами, которых я не мог связать с людьми из моих воспоминаний. Они были другими; у них были другие лица, да и вели они себя по-иному.

Сегодня происходит противоположное. Повинуясь какой-то неведомой алхимии, сила фильма вклинилась между моими воспоминаниями и персонажами. Фильм смешал исполнителей и моих персонажей, о которых я помнил, и оттеснил мои реальные воспоминания на задний план. Когда я теперь думаю о героях книги, я первым делом вспоминаю актеров, игравших в фильме, и только когда начинаю я рыться в темных закоулках моей памяти, передо мной встают прежние образы, люди, такие, какими они были в действительности. Фильм оказался живее. Глаз – великий соблазнитель.